СЛУШАЙТЕ РАДИО «ВЕСТИ» ГДЕ УДОБНО И КОГДА УГОДНО!

Диалоги

Гия Канчели: "Богдан Ступка - человек, который как бы находится рядом со мной"

Музыка, знакомая нам с детства. Песни, которые стали народными. Проездом из Антверпена в гостях Радио Вести - грузинский композитор, народный артист СССР Гия Канчели.

Повтор программы.

СТЕНОГРАММА ЭФИРА

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Добрый вечер все слушателям Радио Вести. Это программа "Диалоги". И для меня большая честь сегодня в этой студии провести диалог с величайшим композитором современности. Дамы и господа, наш гость - Гия Канчели. Здравствуйте, Гия Александрович.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Добрый день.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Среди огромного количества ваших наград и регалий я могу назвать "композитор" и "педагог".

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Педагог - нет.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Почему?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Ну, я никогда не преподавал.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну, вы знаете, какое количество людей считает вас своими учениками.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Это их право. Но я, я считаю, что профессия педагога - это отдельная и очень значительная специальность. И я никогда не обладал и не обладаю.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Вы композитор, который менял сознание людей и делал сердца из черствых в щедрые, добрые. Вы думаете, что вы не занимались преподавательской деятельностью?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Если бы музыка могла бы менять сознание людей, мир был бы другим. К сожалению, музыка, и вообще, искусство, не в состоянии что-либо изменить.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А какую, думаете, в современном мире миссию, роль, функцию, я не знаю, выполняет музыка?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Я думаю, что такую же роль, какую исполняла всегда. Просто я хотел сказать, что если бы искусство могла бы что-то изменить, то существует музыка Баха, баховская музыка. Я уже не говорю о живописи, о литературе, о поэзии. Все это как бы существует параллельно и является какой-то, ну, не знаю, отдушиной для огромного количества людей. Но мир становится все жестче, и я даже позволю себе сказать, наверно, хуже, чем он был раньше.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: У вас есть одно произведение. Я хотела бы напомнить нашим слушателям, называется оно "Война бессмысленная". Это произведение для хора, на латыни это звучит "Ам оми", правильно?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Это не латынь, это грузинский.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: На грузинском языке.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: "Амао оми".

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А, вот видите, у меня уже современники написали уже латынью.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Нет, "Амао оми", это название одного из стихотворений нашего великого поэта Важа Пшавелы. И я вот это название использовал для своего сочинения.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Вот, говорят, что у художников, у композиторов есть какое-то предчувствие времени. Потому что они не следуют моде, они опережают время. Они задают какое-то общественное настроение, если хотите. "Война бессмысленна", почему обратились к этому названию?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Ну, вы знаете, как-то так случилось, что еще совсем, будучи ребенком, я почувствовал, что такое война, потому что отец мой был довольно известный педиатр, врач. И в сорок первом году был мобилизован и почти всю войну мы провели без него. И я это, естественно, чувствовал. Он сперва был в Подмосковье, а потом был вблизи Харькова, начальником госпиталя. А потом, после большого перерыва, произошла война в Абхазии. И это уже почувствовал весь наш народ. И те двести пятьдесят тысяч беженцев, которые были оттуда изгнаны. И мне кажется, что это был какой-то спровоцирован такой специальный план для того, чтобы грузины, живущие в Абхазии, покинули эту землю. Потому что их было тогда большинство. И всегда находятся люди, с помощью которых осуществляются такие планы. Ну, вот, сейчас война происходит на земле, на которой я сейчас нахожусь. И поскольку, мне так кажется, что во мне развито чувство сострадания, я очень это переживаю.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А можно воспитать это чувство? Вот, современные люди, общаетесь вы сегодня с современными людьми, ваши молодые, юные коллеги, не буду говорить ученики.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Вы знаете, я боюсь, что чувство сострадания бывает, наверно, врожденное. И как-то попытаться кого-то перевоспитать, наверно, невозможно. Ведь огромное количество людей подвластны пропаганде. И если эта пропаганда бывает изощренная и целенаправленная, к великому сожалению, очень многие попадают под влияние этой пропаганды.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Гия Александрович, но вы ведь, в вашей официальной биографии написано "советский композитор". Вы советский человек. Ваше желание уехать жить в Германию, жить и работать в Германию, чем было обусловлено? Нежеланием оставаться в этих советских границах с пониманием, что мир гораздо больше, чем эти рамки Советского Союза?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Вы знаете, что, может быть, советский композитор, имеется в виду то, что я прожил всю жизнь при Советском Союзе. Я думаю, только это имеется в виду. На самом же деле я просто композитор. И мне было бы приятнее, если бы обо мне говорили, что я грузинский композитор, а не советский композитор. Ну, если кому-то приятно называть Альфреда Шнитке, Арво Пярта, Валю Сильвестрова советскими композиторами, пусть они так и называют нас. Но, на самом деле, советскими мы никогда не были.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А не кажется ли вам, что сегодня, вот, очень многие ваши коллеги держаться за это звание "Советский народный артист Советского Союза" ввиду того, что проходит некоторое время, некоторое переосмысление, вот эта вся идеологическая мишура остается в прошлом. И, касательно людей творческих, это как своего рода знак качества, степень, уровень. Потому что уровень музыкального материала сегодня и композиторской работы сегодня, он несколько отличается, не всегда в лучшую сторону. Я имею в виду современных композиторов. Есть такое наблюдение с вашей стороны, имеет место такой тезис качества?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Вы знаете, мне немножко трудно говорить о качестве музыки, которую пишут молодые композиторы, потому что я не очень знаком с этой музыкой. Но я уверен в том, что среди молодого поколения, также как и всегда, живут и творят необычайно талантливые люди. Просто они бывают всегда в меньшинстве. И это бывает единицы. Но они есть, несмотря на то, что я не могу никого назвать. Я абсолютно убежден, что они есть. И они есть сейчас в Киеве, наверно.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну, какую музыку сегодня вы слушаете? Вы слушаете музыку других композиторов?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Вы знаете, после инфаркта врачи посоветовали мне гулять, что я не очень люблю?

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: От чего же? Теряете время, считаете?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Нет-нет, я просто не люблю ходить. Я в свое время закончил геологический факультет и потом поступил в консерваторию только потому, что я не любил ходить.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Так, путешествовать.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Еще с рюкзаком.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: За плечами.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: После того, когда, значит, вот, меня просто жизнь заставила этим заниматься, то я беру такой волкмен, наушники и слушаю музыку. И, в основном, это музыка моего друга Валентина Сильвестрова. Потому что она меня как-то успокаивает. Конечно, я слушаю не только музыку Сильвестрова, но в основном я предпочитаю слушать его музыку. Я имею в виду то, что он написал за последние пять-семь лет.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: О том, как талантливейший композитор оказался все-таки на геологическом факультете и что было бы, если бы вы не изменили этой профессии и остались, и стали геологом. Что произошло бы с вами, с нами, людьми, которые бы не услышали бы вашей музыки, давайте мы об этом куда предметнее будем говорить...

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Вы знаете, я не знаю, что приобрела в моем лице музыка, но то, что геология ничего не потеряла...

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Как знать, как знать, мы вернемся через пару минут и продолжим. Напомню, что сегодня композитор Гия Канчели на Радио Вести. Мы ведем с ним диалог, оставайтесь с нами.

Добрый вечер. Вы слушаете Радио Вести. Сегодня в программе "Диалоги" грузинский композитор Гия Канчели. Любопытный факт из вашей биографии, Гия Александрович. Вы сами же и вспомнили о том, что вы-то поступили в геологический факультет, выросли вы в семье врача и выбор профессии, наверно, странным делом оказался для ваших родителей. Потому что, по всей видимости, не хотели они видеть вас композитором. Или я заблуждаюсь?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Ну, отец, естественно, хотел, чтобы я также стал врачом. Но я, может быть, это единственное, в чем я не смог пойти ему навстречу. На геологический факультет Тбилисского университета я поступил лишь по одной причине - закончив среднюю школу, я параллельно сдавал вступительные экзамены в музыкальное училище. И на первом же экзамене срезался, получил двойку. И, вот, после этого я, значит, поскольку я закончил на медаль школу, я мог поступить в любой ВУЗ. И почему-то в то время геологический факультет университета был. Может быть, потому что студенты имели право носить очень красивую форму, я не знаю. Но, в общем, я поступил, вот, на этот факультет и очень пожалел об этом, как только мне пришлось совершить геологический маршрут с рюкзаком. Это было около четырнадцати километров туда и обратно, еще обратно с наполненным рюкзаком. Вот тогда я, я много раз об этом писал и говорил, я взял тогда лист бумаги, карандаш. Мы жили в средней школе, у нас были спальные мешки. И, вот, я в первую же ночь, я приблизительно семнадцать профессий вспомнил, которые не требуют ходьбы.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Так, написали вы на листе.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Да. И из этих семнадцати профессий, Все-таки, самая близкая для меня оказалась музыка. И будучи студентом университета, я параллельно уже частным образом начал готовиться для поступления в консерваторию. Вот так все изменилось. Так что я должен быть благодарен геологии.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Помогла с выбором то вам геология. Но, вот, кроме шуток, есть мое глубокое убеждение, что есть профессии, которым научить нельзя. Это как Божья отметина. Это или дано, или не дано. Вот, много ли обучение в ВУЗе дало вам, на самом деле? Вот, вы стали, ну, чем, что можно освоить композитору, скажем, обучаясь?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Очень многое. Я вернулся к музыке из-за какой-то безмерной любви к джазу. И в то время моей мечтой было получить ценз какой-то, хотя бы для того, чтобы стать перед бигбендом и продирижировать какой-то пьесой. Это была такая юношеская мечта. Но потом, когда я поступил в консерваторию, и особенно после того, когда началась моя дружба с Джансугом Кахидзе, с дирижером, вот тогда направление несколько изменилось. И, несмотря на то, что я джаз люблю по сей день, я, все-таки, начал работать в жанре симфонической музыки, а позже в жанре камерной музыки.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну, джаз - это в советские времена, это такая крамола.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Вы знаете, я не помню какого года это издание "Большая Советская Энциклопедия", и там слово "джаз", потом "тире" и написано "музыка толстых". И в скобках "Максим Горький".

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну, вы помните, сегодня он играет джаз, а завтра Родину продаст, и все это. Было же все это?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Да, это я все помню.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Это было. А как можно было противостоять всему этому? Вот ваш отъезд, куда вы, в Берлин уехали, в девяностых?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Нет, я никуда не уезжал. Я просто получил стипендию.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Немецкой академии искусств.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Да, Немецкой академии искусств, и на год бы приглашен в Берлин с семьей. Эта стипендия давала возможность на протяжении одного года жить в замечательной квартире, иметь замечательный рояль. И в то же самое время можно было что-то писать, а можно было ничего не писать. Просто путешествовать, отдыхать. Никто ни к чему не обязывал. Вот, когда этот год закончился, и надо было возвращаться, в Грузии назревала гражданская война. У меня к тому режиму, первому грузинскому президенту, было весьма отрицательное отношение. И я решил как-то переждать и вернуться позже. И вот в то время я получил первое предложение с Амстердама, инициатором этого предложения был замечательный музыкант, дирижер и деятель Лев Маркиз. И, вот, гонорар, который я первый раз получил, дал мне возможность снять квартиру, довольно скромную. И продлить мое пребывание в Берлине. Потом я получил еще одно предложение. И ожидал, когда все это закончится и все время думал о той сумме, которая понадобится на авиабилеты, чтобы вернуться. Но эти предложения по сей день не заканчиваются, и поэтому я, значит, провел четыре года в Берлине. А потом меня на год пригласил королевский оркестр Антверпена. И, вот, мы так попали с моей супругой в город Антверпен. И настолько этот Антверпен напоминал мой родной Тбилиси, этот не очень большой город. Я не смог бы жить в мегаполисе, но, вот, именно в Антверпене я себя как-то почувствовал более комфортно. И мы там обосновались. Ну, вот, это было...

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Девяносто пятый год, да? Это в девяносто пятом году?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Да, и, вот, по сей день, мы живем в Антверпене.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну, как бельгийский, ваш бельгийский зритель отличается от вашего грузинского зрителя? Вот, есть разница?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Вы знаете, что? Я в Бельгии исполняю меньше, чем в других странах. Бывают исполнения, но они такие, не очень частые. Вот, сейчас у меня будет исполнение нового сочинения. Это предложение поступило от Бельгийского национального симфонического оркестра. Ну, конечно, и раньше у меня были исполнения в Бельгии. Но меньше, чем, предположим, в Голландии или Германии. И я вообще считаю, что публика везде очень хорошая и очень одинаковая. Не бывает разницы. Если я прекрасно осознаю, что не все одинаково воспринимают музыку, но, несмотря на то, кто как ее воспринимает, слушают ее очень внимательно. Хотя, я помню, Гидон Кремер с Филадельфийским оркестром сыграл мое произведение. На целое отделение, "Ламент" для скрипки сопрано и большого оркестра. И я был на этом исполнении, а потом Филадельфийский оркестр приехал в Нью-Йорк. И в Карнеги-холле этот концерт повторили. И я присутствовал в Карнеги-холле. Вдруг я почему-то вспомнил публику, которая слушала мою музыку в Екатеринбурге. И я так как-то подумал о том, что я бы многое отдал бы, если бы сейчас в Карнеги-холле сидела бы публика, которая бы слушала мою музыку в Екатеринбурге.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Чтобы разницу почувствовали?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Я почувствовал, вы знаете, что? Поскольку я пишу очень тихую музыку, то я всегда ощущаю эту тишину по-разному. Она бывает иногда такая вежливая, иногда бывает звенящая. Это тогда, когда устанавливается контакт между людьми, которые на сцене, человеком, который за пультом и залом. Какие-то невидимые нити вдруг появляются, и вот тогда бывает звенящая тишина.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Напомню, что грузинский композитор Гия Канчели сегодня ведет с нами диалог. Вернемся через пару мгновений.

Добрый вечер, это Радио Вести. В программе "Диалоги" сегодня грузинский композитор Гия Канчели. Гия Александрович, я не могу, конечно же, не спросить о этом проекте, который вы привезли в Киев. Как сильно вы доверяете Гидону Кремеру, который будет представлять вашу музыку в этот раз? Сколько дружите вы?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Гидон Кремер - это не та личность, которой можно доверять или не доверять. Гидон Кремер - это явление. Я считаю себя человеком счастливым, поскольку когда-то в моей жизни настало время, и Гидон Кремер как-то тепло отозвался о моей музыке, и предложил написать для нее сочинение. Это было в начале девяностых годов. К тому времени с Гидоном уже дружили и писали для него и Альфред Шнитке, и Арво Пярта, и Валя Сильвестров. Вот я к этой... И Соня Губайдулина. Вот к этой группе и я подключился позже. Но подключился, может быть, это не то слово, потому что я не считал, правда, но, может быть, начиная с начала девяностых годов я специально для него написал, по-моему, девять сочинений. Наше общение продолжается по сей день, и я счастлив, что у меня есть такая возможность, потому что вы знаете, очень немало исполнителей очень высокого уровня. Я не буду их перечислять, но Гидон Кремер единственный, который переиграл всю классику, параллельно все время ищет что-то новое. И отдает этому новому и свои силы, и свою энергию, и он какой-то в этом смысле, я бы даже сказал, неугомонный.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А вы, Гия Александрович, вы ведь тоже перфекционист, и, несмотря на то, что как вы говорите, пишите тихую музыку, это музыка невероятно проникновенна. И понятное дело, что то, что вы вместе встретились, и то, что вы работаете с Кремером, мне кажется, конечно, это, наверное, наслаждение для вас, но поверьте, это не менее наслаждение для нас, для публики, которая всякий раз видит ваш творческий тандем.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Ну я... мне как-то неловко бывает говорить про то, что ощущает публика, но я вот надеюсь на эту тишину, о которой я выше говорил. И я почему-то думаю, что она будет потому, что всегда, когда я исполнялся в Киеве, и совсем недавно во Львове у меня был авторский концерт, я вот эту звенящую тишину ощущал.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Это знаете, когда аудитория слушает вашу музыку затаив дыхание - это так называется. Когда они вздыхают вместе с вами, начинают дышать в ритм вашей музыке, останавливаются когда... когда композитор предусмотрел паузы - это так. Я вам объясняю эту тишину. Какую-то особую программу вы представите вместе с Кремером?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Нет, не особую программу. Просто по инициативе Кремера, по-моему, в октябре прошлого года в берлине в филармонии состоялся концерт посвященный узникам совести. И инициатором этого концерта был Гидон Кремер, и в этом концерте было исполнено сочинение, оно называется "Ангелы печали", и я это сочинение посвятил Ходорковскому в то время, когда он был в заключении, и когда ему исполнилось пятьдесят лет. И, к счастью, после того, когда, значит, эта премьера состоялась, он вышел на свободу. На этом концерте присутствовал отец его, сын, мать уже была, по-моему, болела и не смогла приехать в Берлин. Но, а он был в заключении.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Но видите, ваша музыка стала таким талисманом, и, благодаря, мы можем так говорить, то ли отчасти, то ли благодаря, то ли вопреки, он получил эту долгожданную свободу. Я хотела бы спросить вашего разрешения, не будете ли вы против, если бы мы послушали этот небольшой отрывок из этого вашего произведения "Ангелы печали". Но не возражаете ли вы, если мы посвятим этот фрагмент, который слышат наши слушатели, замечательному человеку, который уже не обретет свободу, но я очень надеюсь, что доброе сердце его, его мудрость, его знания, его опыт и доброта помогут обрести ему Царство Небесное и вечную память. Я хотела бы, чтобы эта мелодия прозвучала в честь Кахи Бендукидзе.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: С удовольствием.

Звучит отрывок произведения.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Вы знаете, поскольку я, в основном, пишу довольно печально, а порой, может быть, и трагичную музыку, хотя это сочинение во Львове не исполнялось, но исполнялись два других сочинения. Я попросил даму, которая вела концерт, объявить, что я это исполнение посвящаю тем людям, которые ушли из жизни, отдавая ее за независимость Украины. И когда будет исполняться вот произведение, я, наверно, все-таки внутренне буду ощущать какую-то дань вот тем людям, которые погибли и которые гибнут по сей день. Притом, непонятно за что и почему. А то, что касается Бендукидзе, то я должен сказать, что у меня с ним были всего лишь две встречи. Я всегда ощущал яркость и индивидуальность этой личности. И мне очень-очень жаль, что он так рано ушел из жизни. Мне очень неприятно, что это произошло. Он был особенным человеком.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Гия Канчели, грузинский композитор, сегодня у нас в гостях на Радио Вести программе "Диалоги". Гия Александрович, ведь ваша музыка для кино, саундтреки, как модно сейчас говорить, совершила революцию. По сути, можно говорить, что с вашей музыки, фильмов Данелия и началась история киномузыки еще в Советском Союзе. Вот как легко работалось вас с Данелия? 

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: С Данелия было нелегко работать. Общаться с ним очень легко, но в работе он довольно...

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Деспот?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Тяжелый. И поскольку он человек необычайно музыкальный, он точно знает, что ему нужно и добивается этого всеми дозволенными и недозволенными методами. Но я ему благодарен за это, потому что многому у него научился.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А чему? Мне очень интересно. Чему? Давайте вы дадите на этот вопрос...

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Во-первых, критическому отношению.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Гия Александрович, сразу... вот мы вернемся к этому вопросу сразу после небольшой паузы. Свежие вести, а потом мы возвращаемся, и Гия Александрович поделится своим впечатлением о работе с Данелия. Оставайтесь с нами. Это Вести.

Добрый вечер. Вы слушаете Радио Вести, мы говорим сегодня в программе "Диалоги" с грузинским коспозитором Гия Канчели. Итак, Данелия, ваш тандем. Мы считали, что легко трудится над фильмами. Сколько работ у вас? "Кин-дза-дза!"...

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: У меня восемь фильмов. "Не горюй", "Мимино", "Кин-дза-дза!", "Орел и решка", "Паспорт"... видите, какая хорошая память?

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Да у вас великолепная память.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Последний фильм...

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Музыкальная память.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Анимационная версия "Кин-дза-дзы!", которую он снимал семь лет. Ну вот я...

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А в чем сложность? Вот говорите, вот сложный человек это был Данелия. Критически к вашей музыке относился? 

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Нет. Добивается того, что ему... он очень хорошо об этом написал в своих книгах. Как он меня заставлял крутить какое-то заржавленный старый замок, который издавал, может быть, это и звуками нельзя назвать, но это ему надо было для изображения. Когда он заставлял на скрипке издавать какие-то странные звуки, он добивался такого звучания на скрипке, никто не сказал бы, послушав это, что это имеет какое-то отношение к скрипке. И так далее, и так далее. Вы знаете, я в основном, всю жизнь проработал в драматическом театре с Робертом Стуруа, и в кинематографе с Георгием Николаевичем Данелия, и я даже написал об этом что... или сказал где-то. Мне, по-моему, написал, что работа со Стуруа - для меня это пребывание в каком-то необычайно красивом санатории. А работа с Данелия, хотя я никогда не бывал в заключении, но я себя чувствовал, как будто бы я нахожусь в тюрьме.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Да вы что?! Как так?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Да, это было, но благодарность и к одному, и ко второму у меня одинаковая. И с Данелия буквально позавчера довольно долго говорил по телефону. Он, к сожалению, уже почти не выходит из дому. И недавно выпустил третью свою книгу. А со Стуруа я работаю по сей день. Еще я никогда не забуду работу Стуруа в Киеве, он ставил "Царя Эдипа". Мне посчастливилось общаться на протяжении некоторого времени с Богданом Ступкой. И этот человек как-то остался во мне. Я сразу почувствовал какая-то личность. И после того, как «Эдип» был выпущен, нам пришлось несколько раз еще встретиться, и я пригласил его на один из моих концертов в филармонию. И вот уже прошло столько времени, вот есть какие-то люди очень близкие мне люди, которые ушли из жизни, но они как бы продолжают жить вместе со мной. Вот Богдан Ступка - человек, который как бы находится рядом со мной.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ой, Гия Александрович, так вот вы проникновенны и правду сказали, потому что вот именно... мне тоже довелось общаться с Богданом Сильвестровичем, и вот о нем именно так можно сказать - он продолжает жить. Потому что мы иногда сверяем какие-то свои поступки, вот, а что он, а как бы он. Тут не найти точнее слова, чем то, что вы сказали сейчас. Я напомню, что Гия Канчели сегодня наш гость. Я не могу не спросить про ваших детей. Что ваши дети? Какой путь избрали? Ничего не знаю я про ваших детей. Расскажите нам.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: У нас сын старший и дочка. И я не буду распространяться по поводу моих детей, но считаю, что и мне, и моей супруге, это в основном ее заслуга, повезло в том смысле, что я никогда об этом не говорю, но сам себе я могу сказать иногда, что я горжусь тем, какие у меня дети. А вот сейчас я это сказал в этой передаче.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну, мне кажется, это для них важно услышать от отца такую похвалу.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: И четыре внука.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Четыре внука?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Да.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Все мальчишки у вас?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Три мальчика и одна девочка.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Одна все-таки девочка. Чем занимаются дети ваши? Кто-то вот продолжит вашу творческую историю? Ваш путь?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Нет.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Нет?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Пока что никто. Старший внук, которому двадцать лет, несмотря на замечательный слух и ритм, просто остался любителем музыки. Второй его брат играет сейчас на трубе и играет на фортепиано. Но насколько это серьезно, и насколько это будет продолжено, я не знаю. А внучка моя, которая живет в Тбилиси, ей семь лет исполнится, и она пошла в первый класс и там в этой школе, в этой гимназии кружки разные: по рисованию, по скалолазанию, по народному фольклорному пению. Она записалась в одиннадцать, во все.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Во все, которые были.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Да. Так что посмотрим. Она и поет прекрасно. Но я еще не знаю. А самому маленькому два года, и он пока что произносит только два слова, там, или мама, или папа. Он два эти слова Б и В, и джип.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Наш человек, Гия Александрович. Где комфортно сегодня вот вы чувствуете себя? На отдыхе, на работе? вы путешествуете вместе со своими музыкантами.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Я такт же не люблю путешествовать, как и ходить. Что касается отдыха, я не знаю, что это такое, потому что если я даже оказываюсь там, где нету инструмента, а я без инструмента не работаю. Все работают по-разному. Альфред Шнитке писал без инструмента, Старкович писал без инструмента, Стравицкий писал только сидя за клавиатурой рояля. Ну вот, если я попадаю в такие места, где я как бы не работаю, я все равно продолжаю работать, потому что как бы так заочно - думаю о форме, заочно оркеструю. И отдыхом это нельзя назвать, потому что все время я нахожусь в каком-то напряжении. И вот здесь мне сигарета помогает.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Еще бы. Тогда у меня будет один из последних вопросов. Гия Александрович, вы вспомнили о своем юбилейном году, следующем году для нас будет большая честь, я думаю, у нас будет возможность вас поздравить даже здесь, сидя в Киеве. А каком подарке на день рождения вы мечтаете, я могу у вас спросить? 

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: О здоровье для моих близких. Ни о моем. Моих близких. Вот и все. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Вы по роду своей деятельности, по роду службы, дали огромное количество интервью. Есть вопрос, на который бы вам самому очень хотелось ответить, но нерадивые журналисты так вам его и не задали?

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Мне бы очень хотелось ответить на вопрос, когда закончится та трагедия, которая сейчас происходит в Украине. Я пока не могу на этот вопрос ответить. Единственное, что я могу сказать, мне вспоминаются слова - коленопреклоненный раб мечтает или грезит о мировом господстве. Я здесь подразумеваю человека, который затеял всю эту трагедию, и который по сей день продолжает...

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Пребывать в рабстве своих же иллюзий, по сути, и желаний низменных.

Гия КАНЧЕЛИ, композитор, народный артист СССР: Я думаю, да. Вот и все.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Гия Александрович, я, конечно же, очень надеюсь, что это наша с вами не последняя встреча, и ближе к вашему юбилею, у меня будет возможность вас поздравить. Гия Канчели - наш гость сегодня. Спасибо, что слушали. Приятного вечера всем, кто остается с нами дальше.

Гости программы и спикеры:
Гия Канчели
Композитор, народный артист СССР. Гражданин Грузии, живет в Бельгии

Поделиться:
Правила комментирования
На ресурсе запрещены:
  • Любые проявления нетерпимости к разным конфесcиям,расовым различиям,национальностям.
  • Размещение провокационной и/или ложной информации
  • Нецензурные выражения (мат) и оскорбления
  • Реклама(прямая или ссылки), оффтоп, флуд, капс.
Читать все