СЛУШАЙТЕ РАДИО «ВЕСТИ» ГДЕ УДОБНО И КОГДА УГОДНО!
стенограмма

"Художник для того, чтобы состояться, должен, так или иначе, развивать какую-то свою идею на протяжении всей жизни"

Культ ДорошенкоFuture Generation Art Prize-2014. Результаты и тенденции

Стенограмма передачи "Культ Дорошенко" на Радио Вести

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Это Вести - радио новостей и мнений, в эфире программа "Культ Дорошенко". И сегодня целый час мы будем обсуждать международную премию для молодых художников "Future Generation Art Prize", которая учреждена была фондом Виктора Пинчук, и которая в этом году присуждалась в третий раз. У нас в студии сегодня арт-критик и преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Ольга Балашова. Также к нам присоединится художница Жанна Кадырова - один из рекордсменов по получению призов различных институций в нашей стране, в том числе, она получила специальный приз на этой премии фонд Пинчука. И мы созвонимся с одним из самых интересных участников, и на мой взгляд, и, я так понимаю, на взгляд Ольги Балашовой тоже, нынешней выставки - это Аслан Гайсумов, российский художник, родившийся в Грозном в девяносто первом году, как раз в те тяжелые страшные годы, когда Чечня переживала состояние войны. Он сейчас находится уже в Москве, он тоже получил специальный приз "Future Generation Art Prize". Мы позвоним ему в Москву в течение этого часа. И хочу вам также сказать, что если вас этот художник заинтересует, то вы можете прочесть очень интересное интервью, совсем не только об искусстве, в том числе об опыте и переживании войны, которая Ольга Балашова взяла у него и опубликовала на сайте "Украинская правда". Но сейчас давайте мы для начала послушаем справку, собственно, о той премии, которую мы будем обсуждать. 

Справка Радио Вести: Контекст. "Future Generation Art Prize" - это первая глобальная международная премия для молодых художников в возрасте до тридцати пяти лет, учрежденная фондом украинского миллиардера Виктора Пинчука в декабре две тысячи девятого года. Целью премии является открытие новых имен и предоставление долгосрочной поддержки будущему поколению художников, в не зависимости от места их работы и проживания. Патронами премии выступают звезды современного искусства: Дэмьен Херст, Джефф Кунс, Андреас Гурски и Такаши Мураками. Кроме консультирования и поддержки художников победителей, патроны представляют свое творчество параллельно с выставкой номинантов "Future Generation Art Prize". У награды также существует международный наблюдательный совет. Кроме Виктора Пинчука и четверых патронов премии, в его состав входит сэр Элтон Джон, Миучча Прада, директора именитых художественных институций, фонд и музея Соломон Гуггенхайм, MoMA, центра Жоржа Помпиду. Выставки номинантов "Future Generation Art Prize" фонд Пинчука представляют на Венецианском биеннале - старейшем форуме актуального искусства в мире. А международном признании премии, деятельности Пинчука центра и уровня коллекции Виктора Пинчука, свидетельствуют его регулярное присутствие в рейтинге ста самых влиятельных людей в мире искусства британского издания Art Review. В этом году Виктор Пинчук оказался на восемьдесят пятом месте. Список две тысячи четырнадцатого года возглавил директор лондонской галереи Тейт Николас Серота. В нынешнем рейтинге российские деятели искусства не представлены.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Ольга, вы регулярно пишите о выставках премий Пинчука. Хочу сказать, что кроме "Future Generation Art Prize" - международной премии для молодых художников, у него есть еще премия для молодых украинских художников. Они чередуются каждый год. И возможно ли говорить о каких-то тенденциях за это время - прошло три выставки международных. Вы насколько я понимаю, участник отборочной комиссии?

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Нет-нет.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Нет. Значит, я ошибся. Но, во всяком случае, о тенденциях каких-то можно говорить за эти годы?

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Ну, во-первых, здравствуйте. Да, я думаю, что можно говорить о тенденциях. И в тенденциях главное - это то, что молодое искусство является, ну, наверное, это тренд, который освоил господин Пинчук или центр и его имени. И вообще, тренд на молодое искусство, которое теперь уже имеет свою премию и, мне кажется, это такая ставка на молодое поколение. Она довольно, ну, оправдывает себя.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Вы же в одной из ваших рецензий писали, что вы видите новую тенденцию, которую можно свести к формуле хороший художник - молодой художник. И что это как бы новая парадигма, потому что раньше принято было считать: хороший художник - мертвый художник. Звучит цинично, но действительно, как бы... это скорее с точки зрения арт-рынков всегда ясно, что хороший художник - это мертвый художник.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Ну, конечно, да. А сейчас тоже во многом это. Просто рынок уже он поменялся, да. То есть, мы не говорим уже просто о продажах сенсационных, галерей. Просто это символический такой капитал, и рынок символического капитала больше чем монетизация собственно искусства. Поэтому и на этой территории происходят самые амбициозные какие-то... ну, я бы не хотела говорить продажи, но где-то близки к этой риторике, наверное.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: А если говорить о визуальной составляющей, о какой-то идеологической составляющей: видим ли мы всякий раз на выставках молодых художников PinchukArtCentre какие-то новые идеи или это, все-таки, проговаривание одних и тех же идей, посылов и тенденций?

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Ну вот то, что касается, третий раз проходит эта премия. И нужно сказать, что это, наверное, самый интересный проект PinchukArtCentre, который постоянно работает, постоянно несколько раз в год радует нас новыми проектами, новыми выставками. И вот это действительно ожидаемое событие, причем, не только в Украине, но и международном, наверное, контексте. Действительно внимание профессионального сообщества мирового. Оно приковано к этой премии, потому что не только молодые прогрессивные художники и молодые прогрессивные авторы представлены, но еще благодаря влиятельному жюри, которое оценивает эту премию, и все хотят понимать и чувствовать вот те тенденции, которые оно определит и что же оно выделит. Это достаточно интересно, то есть это действительно подогревает интерес к премии. Что же касается самого наполнения, то в этом году, я бы сказала, что как бы уже идет по проторенной дорожке. Вот эти художники, новые имена, безусловно, ну, для нашего контекст, хотя все они достаточно известные, нужно сказать.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Вот в том то и дело. Вот действительно, если даже сравнивать с первой, когда первый раз присуждалась премия "Future Generation Art Prize", второй раз, сейчас - если посмотреть на краткие резюме участников, отобранных для выставки, то практически каждый из них совсем не открытие на территории современного искусства. 

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Да. Не чистый лист.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Да. Они выставлялись, вот те люди, которые те ребята, которые получили в этом году гран-при, в этом году гран-при разделили между двумя художниками: Настя Москита из Анголы и Карлос Мотто из Колумбии. Так вот один из них участвовал уже в Венецианской биеннале, в биеннале в Сан-Пауло, в Tate Modern учствовали оба в проектах, в Гуггинхйме, в МоМА. На самом деле, это очень серьезные институции. Может быть, и жюри и те люди, которые отбирают работы, уже перестали смотреть собственно на произведения, а выбирают уже вписанных в арт-сцену мировую художников?

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Ну, вот это, на самом деле, очень проблемный и хороший вопрос. С одной стороны, вообще премия для молодых художников очень проблемно. Потому что, за что собственно давать премию, потому что, ну, как бы, это вклад, наверное, в развитие художника, но ты никогда не можешь знать. Интересно, кстати, сложилась история с первым призером.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Победителем.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Ну да, победительница Синтия Марчелле была. Я вот когда писала вот этот текст на "Украинскую правду", хороший художник - молодой художник, я пыталась посмотреть судьбу победителей, и вот, что касается Линнет Ядом-Буакье, которая выиграла в прошлую премию, то она, конечно, потом взяла Eternal Prize поучаствовать в Венецианской биеннале и в документе, по-моему, даже, и очень многих престижных выставках и персональные проекты свои делать. То есть, за период довольно маленький. Вот четыре года назад Синтия Марчелло, каких-то свершений выдающихся у нее я бы не сказала, что произошли. Ну, по крайней мере, в сравнении, да. Вот и в этом смысле тут действительно не хочется прогадать, я думаю, сделать ставку на художников, которые не выстрелят - это не так почетно, как наоборот, как заметить и подхватить какой-то талант на взлете. И вот поэтому очень осторожно, мне кажется, выбирают вообще эту двадцатку, совсем не беспечно, совсем не авантюрно, а это несмотря на то, что заявлена такая прекрасная инициатива опенкол, можно подавать любой человек, там пять тысяч заявок бесконечно, да. 

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Да. Более пяти тысяч пятисот заявок в этом году было прислано на премию из ста сорока восьми стран мира - это впечатляющая цифра.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Да, впечатляющая цифра. Но представьте вообще, я вот представлял себе, даже обработать такое количество заявок профессиональным взглядом, то есть, человеком не просто, который, я не знаю, студентами, а людьми, которые действительно разбираются и собаку съели на том, чтобы как-то оценивать искусство - это довольно проблематично. Поэтому там есть такая сноска, на нее не каждый обращает внимание, что кроме опенкола есть еще рекомендации различных институций партнеров PinchukArtCentre в разных странах мир. И вот они, кураторы этих институций в разных странах дают рекомендации, и таким образом художники попадают в шорт-лист. Ну, не в шорт-лист, шорт-лист отбирает, конечно, премия, но вот для того, чтобы отбирает жюри, члены жюри. Но для того, чтобы попасть как бы к ним на стол, я думаю, что проходит, что это по рекомендациям больше, чем по опенколу. То есть, они не просматривают, я уверена, пять тысяч заявок. То есть, это невероятно сложно.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Видите, таким образом, возникает действительно проблема. С одной стороны - это прекрасная идея. И фактически, Пинчук действительно получил некую монополию, по крайней мере, он как бы пионер в создании большой премии, большого прайса для молодых художников. С другой стороны - развитие этой премии происходит в такую сторону, что снова та же конвенциональность, та же пресловутая конвенциональность. грубо говоря, некий сговор мировых институций, которые себе решили, кого они считают художниками, а кого они художниками не считают.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Я не думаю, что это сговор прямо. То есть, это очень оправданная стратегия и я, наверное бы, на их месте делала точно также. Потому что по-другому сложно. То есть, это действительно очень такой прагматичный и правильный ход, если ты не хочешь облажаться.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Вот мы сейчас прервемся на вести и потом продолжим этот разговор.

На волне Вестей - радио новостей и мнений продолжается программа "Культ Дорошенко", в которой мы рассуждаем о недавно присужденной международной премии для молодых художников "Future Generation Art Prize", которая создана фондом Пинчука. И вот сейчас у нас на связи из Москвы один из художников, который получил специальный приз международного жюри. Это Аслан Гайсумов, художник из Чечни, российский художник. Первый российский художник, который вообще попал в шорт-лист этой премии Пинчука. Добрый вечер, Аслан, слышите ли вы нас?

Аслан ГАЙСУМОВ, художник: Да, добрый вечер, здравствуйте. Да, слышу.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Добрый вечер. У вас довольно неплохое резюме, как и у многих участников, как, фактически, у всех участников выставки "Future Generation Art Prize". Даже в свое время вы получили первую премию на третьей Московской биеннале молодого искусства. В данном случае вам досталась не первая премия, всего лишь специальная. Необидно было, что все получилось именно так?

Аслан ГАЙСУМОВ, художник: Совершенно нет. Я даже больше, наверно, доволен, потому что доволен или нет, просто я больше рад. Потому что это возможность, как бы учится, а не то, что тебе деньги дают и делаешь с ними все, что хочешь, а продолжаешь, развиваешься как художник. И так далее.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: В этом году вы участвовали в параллельной... Да, прошу, вы хотели что-то добавить?

Аслан ГАЙСУМОВ, художник: Извините, что я вас перебил. Я совершенно, конечно, даже этого не ожидал, это было для меня совершенно сюрпризом.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Но в этом году, вот, вы участвовали в параллельной программе биеннале Манифеста в Санкт-Петербурге. Притом, что вам наверняка было известно, что к этой биеннале даже часть приглашенных в основную программу биеннале художников отказалось участвовать в проекте, как раз из-за ситуации конфликта между Россией и Украиной, из-за прочих моментов, из-за специфики российского законодательства. Вот, у вас возникали ли сомнения в том участвовать в "Манифесте" или нет. И вообще, должен ли художник руководствоваться некими политическими взглядами, выбирая те или иные форумы, в которых он принимает участие.

Аслан ГАЙСУМОВ, художник: Ну, художник, как любой человек, мне кажется, волен выбирать то, что он хочет. И то, что ему кажется правильным. Но я никак не сомневался участвовать или не участвовать, потому что это была большая возможность показать мою работу большому количеству зрителей. Я, в первую очередь, основывался на этом, и, конечно же, не многие художники отказывались, всего лишь несколько. Например, как бы, что делать, но я совершенно не сомневался участвовать или не участвовать.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: В интервью, которое вы дали в Украине Ольге Балашовой, нашему критику, которая, кстати, сейчас у нас в студии присутствует.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Привет, Аслан.

Аслан ГАЙСУМОВ, художник: Да, привет тоже.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Вы говорите интересные вещи, во всяком, рефлексируя тему войны и конфликта гражданского, вы заканчиваете это интервью фразой Рамсула Гамзатова, который говорит, что сейчас нужна смелость не для того, чтобы воевать, а для того, чтобы не воевать. С другой стороны, вы точно в том же интервью вы говорите, что война это ни что-то, что можно пережить это. Ну, вот я неточно цитирую, что человек, который пережил войну, он не может ее отрефлексировать в искусстве и отпустить. Что это то, с чем приходиться жить все время. Насколько эти, как бы, заверения, эти идеи не противоречат одна другой? То, что вы продолжаете жить, вот, с той войной, которую в детстве пережить. И то, что смелость нужна для того, чтобы не воевать.

Аслан ГАЙСУМОВ, художник: Ну, мне кажется разные ответы. Смелость для того, чтобы не воевать, я имел в виду, в том же интервью Расул Гамзатов рассуждает о том, что война - это такая большая катастрофа, которая разрушает все. Например, та война закончилась, например, два дня назад в Грозном была опять контртеррористическая операция. Я звонил своей сестре, чтобы узнать как дела. И ее дети рассказывали мне, некоторые, никогда в жизни не жили как бы на войне, как они слышат, маленькие дети, как там все взрывалось и так далее, и так далее. Я имел в виду, чтобы вот такого не продолжалось, чтобы смелость должна быть, чтобы сейчас не воевать, вот. А то, что вы сказали по поводу пережитого - ну, конечно, можно рефлексировать в искусстве по поводу пережитого или не пережитого, но, как бы, но как можно от этого полностью избавиться я не знаю.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Ну, вот этот момент определенной боли, он присутствует во всех ваших работах. И в частности в одной из работ, которая представлена в PinchukArtCentre, это объект, который называется "Протезы". Достаточно уродливая вещь, книга, сшитая из кусков разных других книг. Что, собственно, что это за метафора для вас? Естественно, каждый зритель воспримет это по-своему. 

Аслан ГАЙСУМОВ, художник: Для меня это метафора, как бы сегодняшнего лица чеченского общества. Вот как оно себя чувствует сегодня. То есть, как бы незнание, непонимание той истории, которая была, невозможность пережить, отрефлексировать по поводу нее и так далее, и так далее. Люди знают, что-то, там, маленького от того времени, от этого времени. И вот, как бы, что складывается. Вот, какая книжка, как бы, какая форма складывается сегодня, той культуры, которую мы имеем.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Вы знаете, понятно, что вы руководствовались здесь и своим опытом. И жизненным, и опытом истории своего народа. Но я должен вам сказать, что этот образ книги, сшитой из кусков совершенно разных книг, разных времен - это очень неправильный образ и для Украины, и для украинской культуры сегодня. И, может быть, для всего постсоветского пространства. Потому что в нашей памяти слишком много было аберраций, слишком много было надругательств идеологических. И поэтому, в данном случае, я, конечно, соглашусь с решениями международного жюри, ваш проект один из самых сильных. Ну, хочу пожелать вам успеха и хочу сказать, что такое искусство, как то, что делаете вы - оно, в самом деле, не напрямую помогает и нам сегодня здесь осознать то, что происходит в нашей культуре.

Аслан ГАЙСУМОВ, художник: Спасибо огромное, спасибо вам большое.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Успехов вам.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Спасибо, Аслан.

Аслан ГАЙСУМОВ, художник: Спасибо. До свидания, спасибо.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Возвращаясь, Ольга, к вашему тезису о молодых художниках, и о том, что действительно, как бы это некая тенденция, открываемая артцентром миру, я хочу вам напомнить фразу человека, который входит в жюри "Future Generation Art Prize", это Франческо Бонами, один из моих любимых кураторов современного искусства. И вот он тоже говорил, обращаясь к молодым художникам, в частности, вот что: "Сегодня молодые художники и кураторы хотят быть Стивом Джобсом. Они хотят быть на вершине, но не готовы к ошибкам. Они боятся неудачи. И прежде чем сделать выставку просчитывают все до последней детали. Моя выставка на Венецианской биеннале в каком-то смысле была абсолютной катастрофой, но в конечном итоге оказалась успешной". Так то, о чем говорит Бонами, фактически то, о чем и вы говорили. Значит, не только художники, не только молодые, но и институции, такие как PinchukArtCentre уже хотят быть Стивом Джобсом, хотят быть на вершине и не готовы к ошибкам?

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Ну, конечно. Такие институции, как PinchukArtCentre, в принципе и созданы для того, чтобы быть на вершине. И они совершенно, это же не лабораторные какие-то вещи, да. Они не для этого создавались. И поэтому это такой очень хороший продуманный имиджевый пиар-проект, можно сказать, да. То есть, прекрасная инициатива, то есть я приветствую всяческий такой подход. Но, безусловно, это не лабораторная история. То есть, они, я хочу сказать, что как бы они не просто почувствовали этот тренд, они его оседлали. Они его сделали, как бы, своей визитной карточкой. Поэтому не случайно на Венецианскую биеннале идет именно этот проект. Потому что он вызывает интерес, вот я уже сказала, не только благодаря тем художникам, которые показываются. Которые, безусловно, интересны, да. Но благодаря и членам жюри, которые выбирают, которые определяют. То есть, фактически взяли на себя миссия такую определять тенденции, в сфере молодого искусства. Искусство молодеет, то есть новые какие-то идеи, вот. Это сопряжено вообще с системой искусства, и с тем как оно устроено. Потому что художник для того, чтобы состояться, да, он должен, так или иначе, развивать какую-то свою идею на протяжении всей жизни. Ну, не одну, ну, несколько, да. Быть последовательным в том, что он делает. Именно поэтому рождение новых, все новых и новых открытий на территории искусства или на территории творческого пути одного автора довольно проблематичны. Поэтому появление новых идей возможно за счет как раз новых сил, которые вступают и которые появляются на территории искусства вообще. И это связано, поэтому, с молодым искусством. Поэтому всем интересна вот эта новизна. Все ищут ее, все ее хотят видеть.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: А вот в результате новизна ли мы попробуем разобраться после перерыва на новости.

На волне Вестей - радио новостей и мнений. В программе "Культ Дорошенко" мы продолжаем разговор о "Future Generation Art Prize", международной премии фонда Пинчука для молодых художников, которая в этом году была вручена в третий раз. В студии у нас критик искусства и преподаватель Национальной академии изобразительных искусств и архитектуры Ольга Балашева. А на телефонной связи сейчас у нас Жанна Кадырова, вот. Которой будет один вопрос, в общем-то, спровоцированный тем, о том, о чем вы, Ольга, говорили. Потому что здесь я вижу противоречие. Вы говорите о молодых художниках и о том, что они дают некую новизну. С другой стороны, получается то, что это все одни и те же художники. Это все одни и те же художники. И какая же здесь новизна? Жанна, добрый вечер.

Жанна КАДЫРОВА, художник: Добрый вечер.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Вот вы, наверно, на сегодняшний день, пожалуй, самая награжденная украинская художница. Каких только премий вы не получали: и Казимира Малевича, и Сергея Курехина, и специальную премию PinchukArtCentre для украинских художников, и гран-при в прошлом году. В этот раз, вот, специальную премию уже международной премии, ну, специальную международную премию Пинчука. Это все приятно, и вы человек талантливый. С другой стороны, вас саму это не смущает, вот такое количество постоянных награждений?

Жанна КАДЫРОВА, художник: Знаете, я скажу, что в любом случае премия украинская последняя, которую могу получить. 

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: В силу возраста.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Просто в силу возраста. То есть, вы как дорогой Леонид Ильич Брежнев собрали все уже звезды геройские.

Жанна КАДЫРОВА, художник: Нет-нет, я просто даже, если бы и хотела, я уже становлюсь старше. И мне скоро будет тридцать пять лет, а это значит, что премии для молодых художников чисто технически невозможно.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Ну, есть еще премии для взрослых художников, их тоже довольно много в этом мире. Вопрос мой в другом. При всем притом, что работы ваши яркие, при всем притом, что премии получать приятно, у вас у самой не возникает впечатления, что вы и еще несколько художников из группы РЭП - это, собственно, те люди, на которых делают ставки институции. В частности, PinchukArtCentre. А прочих вокруг вас собирают как некий, скажем так, ансамбль. И вот, как бы, насколько это вам комфортно и корректно. Может, лучше было бы как-то без ансамбля? Ну, вот, без стаффажных фигур, которыми выглядят другие участники выставок, которые премии не получают?

Жанна КАДЫРОВА, художник: Хорошо, но вы со мной говорите как с членом жюри.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Да мне просто интересно ваше личное отношение здесь. У вас не возникало желания когда-нибудь сказать: "Слушайте, ну я уже наполучала премий. Знаете, я, вот, не хочу"?

Жанна КАДЫРОВА, художник: Смотрите, получив украинскую премию, я автоматически попадаю в финал. Ну, вот этого "Future Generation Prize". То есть, там даже нет возможности выбирать. А начнем с того, что премия это не только, там, вознаграждение, вот, получил и все. Даже когда ты участвуешь в этой выставке конкурса, ты, прежде всего, делаешь новую работу, тебе полностью помогают ее делать. Для меня это очень важно, потому что у меня работа бывает очень разная. Иногда очень дорогостоящая. И я просто физически не могу сама сделать что-то. И поэтому, как бы такую возможность я не могу упускать. 

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Ну, хорошо. Вы любите делать масштабные дорогостоящие проекты.

Жанна КАДЫРОВА, художник: Не только, разные.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Вот именно, вот именно. Что на самом-то деле на сегодняшний день уже существует такая тенденция, что вес эти огромные, гигантские, впечатляющие проекты - ну, это, знаете ли, немного попахивает все той же биеннале, куратором которой был Франческо Бонами. Только это биеннале было в две тысячи третьем году, когда все любили большое, масштабное, громоздкое.

Жанна КАДЫРОВА, художник: Ну, я не знаю. Я делаю то, что мне интересно. Когда мне интересно громоздкое, это не первое из-за чего это интересно. Прежде всего, идеи реализовать интересно. И она может, в частности, этот проект не самый громоздкий, скажем так.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: А вам лично самой кто из участников данной выставки больше всего понравился? Возникло ли желание с кем-нибудь в коллаборации в будущем пересечься в каких-нибудь проектах?

Жанна КАДЫРОВА, художник: Ну, понравились мне те люди, которые были возле меня, я с ними успела пообщаться. Имеется в виду по расположению залов. Ну, и те, кто говорили по-русски, это был Аслан и Никита, вот. Поэтому у меня, а так я, слава Богу, не была жюри, мне не надо было никого выбирать. Тем более, для коллаборации у меня не было таких мыслей. Поэтому, как бы я пообщалась, там, с какими-то людьми, мне было приятно обменяться каким-то опытом, узнать больше об их работах. Вот и все.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Исходя из того, что при всей обращенности и фонда Пинчука, и PinchukArtCentre, и других институций к художникам молодым, продолжает на мировой арт-сцене существовать, очевидно, такое явление как конвенциональность, я думаю, Жанна, что вы из всех украинских художников имеете больше всего возможностей в будущем получить такую взрослую премию как золотого льва Венецианской биеннале. Чего, собственно, вам очень и желаю. Надеюсь, это будет, в самом деле, будет, и будет заслуженно.

Жанна КАДЫРОВА, художник: Спасибо.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Вдохновения вам.

Жанна КАДЫРОВА, художник: Спасибо, это тоже очень нужно.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Всего доброго. Ольга, итак, вернемся снова-таки к этой ситуации - молодые художники и между тем, притом, что молодые, непременно, как бы, подпертые каким-то количеством уже наград и заслуг. Это получается настолько проверенное, как какой-то чемодан Луи Виттон. Который, как бы, ну, понятно, он не просто дорогой, он еще и очень качественный. Только это очень старушечья вещь, чемодан Луи Виттон. Даже если его разрисует Мураками.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Дело в том, что здесь работает еще то, что касается, например, украинских художников, которые взяли специальный приз. Мне кажется, что в этом году был очень, как бы, большой интерес. Он вполне заслуженный. То есть, те художники, которые получили премию, и Жанна, и Аслан, то есть они, безусловно, это заслужили. И тут, в этом нет сомнения. А Жанна, вот, мы брали интервью у Адама Шимчика, который...

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Один из членов жюри, да.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Один из членов жюри, и, наверно, сегодня самый влиятельный человек в мире искусства. Потому что он куратор будущей Document'ы. Вот, Жанна, например, была единственным украинским художником, ну, помимо Бориса Михайлова и Браткова, которых он знал. Которые он говорит, что действительно я знал этого автора, а слышал о них. Вот, мне было интересно. Она оправдала, как бы, его надежды.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Оля, ну это же совсем другой подход. Вот, Харольд Деймон искал художников, которых он не знал. Харольд Зееман, собственно, человек, который считается легендарным, фактически первым выдающимся куратором. Во многом он породил эту профессию. Харольд Зееман искал художников, которых никто не знал. Харольд Зееман в свое время прилетел в Нью-Йорк к Александру Ройтбурду, и ройтбурд даже не поверил, что это произошло. А вот новые вот эти, как бы новые кураторы, тот же Шимчик - это уже деятельность номенклатурная. Он выбирает из тех, кого он знает. И так и будет бесконечно. Братков, Михайлов, Кадырова. Ну, молодец, что он знал Кадырову.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Он знал ее, он не так хорошо знал ее работу, но он слышал о ней, потому что Жанна... Что я хочу сказать, вот в этой премии, мне кажется, когда в отборочный попал один украинский художник. И вот Жанна была в итоге, их было два. Причем до этого группа РЭП только была из украинских художников. А в первой премии вообще никто из украинских художников не попадал. То есть, тут постепенно происходит, ну, я не знаю, синхронизация процессов, наверно. Которые происходят у нас и которые происходят в мировом контексте. И тут речь о том идет, что это сверка часов. Что мы начинаем жить в каком-то глобальном пространстве, и наши художники тоже попадают в этот контекст глобальный. И это прекрасно, то есть, это очень хорошо. Это значит, что они говорят на понятном языке международном. И языке искусства, потому что этому языку здесь не учат, они самостоятельно его изучили и научились говорить на нем, да. И быть заметными, быть интересными. Во многом, конечно, большую роль, мне кажется, действительно, сыграла в этом институция PinchukArtCentre, который приводит сюда кураторов и так далее - они сыграли роль в их судьбе. Ну, это прекрасно, что это произошло.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Искусство современное как язык, действительно, международный. И это то, на чем настаивал в свое время Джордж Сорос. Это вообще очень интересный разворот темы. Об этом говорил и Пинчук, на вручении премии. Мы сейчас снова прервемся и потом продолжим.

С вами Вести - радио новостей и мнений. Это программа "Культ Дорошенко". И мы продолжаем рассуждать о том, о каких тенденциях говорит нам международная премия "Future Generation Art Prize", основанная фондом Пинчука. Недавно, напомню, в Киеве третий раз она вручалась художникам со всех континентов. У нас в студии Ольга Балашова, преподаватель Национальной академии изобразительных искусств и архитектуры. И вот только что вы сказали о том, что происходит на территории PinchukArtCentre некая сверка часов между искусством украинским современным и мировым. Что, как бы, оно говорит на одном языке, мы видим это, вы фиксируете это, исходя из того, что украинские художники становятся лауреатами теперь и международной премии Пинчука. Здесь при желании можно видеть и другой момент, здесь можно увидеть, что происходит некий лоббизм.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: В этом не вижу ничего плохого.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Институция просто продвигает совершенно конкретных художников.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Ничего плохого. Если у них есть эта цель - это прекрасно, потому что они тогда делают в Украине и в Киеве, если они не продвигают украинское искусство. Это их прямая задача.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Но сам тезис, сам тезис, кстати, очень перекликается с тем, о чем Джордж Сорос в свое время говорил, когда он после краха советской системы и развала Варшавского пакта, он основал, фактически, во всех государствах Варшавского пакта и новых государствах, которые появились из союзных республик, центры современного искусства. И для него было принципиальным тот момент, что, во-первых, современное искусство - это язык международный, современный, живой. Который понятен и на котором и происходит диалог. И другой важный фактор, который он отмечал, это то, что современное искусство позволяет существовать свободе. Что это нечто по природе своей антитоталитарное. Интересно, что прошли годы, и вот на вручении премии в PinchukArtCentre, сам Виктор Пинчук говорит, фактически, о том же. Он говорит о свободе и об открытости. Я себе позволю процитировать, потому что обращался он к присутствующим на английском, но в переводе то, о чем он говорит, звучит так: "Благодаря вашему присутствие здесь сегодня, я вижу, как Киев вновь становится сильным энергетическим центром позитивных изменений. Посмотрите на шестьсот километров на восток, и вы поймете, что именно я имею в виду. В Донецке, на востоке страны, центр современного искусства превратили в тюрьму. Сначала выгнали художников теперь там, в ужасных условиях держат и пытают заключенных". Это Пинчук говорит об "Изоляции" донецкой, да. Дальше он продолжает: "Для меня это трагедия, но она закономерна. Это как закон природы - репрессивные режимы ненавидят современное искусство. Они его боятся, останавливают, запрещают. Они хотят сдерживать то, чему современное искусство дает свободу. И нет ничего более диссидентского, и более иного, чем современное искусство и современные художники. Мы инвестировали в украинскую художественную среду, в молодых международных художников для того, чтобы появилась сеть, объединяющая лучших создателей открытости, свободы, перемен. Я горжусь нашей инвестицией. Я надеюсь, что она пригодится нашей стране в трудные времена". Пересечение абсолютно очевидное, мы смотрим, что со времен, там, крушения железного занавеса прошло больше двадцати лет. Проблематика осталась все та же. Более того, момент возможности возврата назад, к тоталитаризму, и к запретам весьма реален и никуда не делся. Но, возвращаясь к тому, что вы писали, Ольга, о нынешнем "Future Generation Art Prize", вы, в частности, отмечали выросшее присутствие украинского контекста в репертуаре художников и авторов. Вы считаете, что это некая новая идея или новый подход? Что это свойство именно молодых художников?

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Мне кажется, что это вообще не свойство, это отражение той тенденции, которую мы видим. И мне кажется, что специальные премии дали украинским художникам не случайно. Потому что если эта премия происходила где-то в другом месте, и не в Украине. То есть, дали эти премии, тоже есть такая, как бы некоторая подоплека. Потому что если где-то это тоже такой политический жест, если где-то можно поддержать, вот эту инициативу поддержать молодых художников. В том числе из-за того, о чем говорил Виктор Пинчук, то нужно это делать. Потому что это способствует открытости. И когда мы спрашивали, вот, Адама Шимчика о критериях, которые он для себя, по крайней мере, определяет. И он среди критериев как раз назвал, что это те вопросы, которые в обществе сегодня наиболее сложны, наиболее не проговорены. Те проекты, которые те художники, которые подымают в своем творчестве вопросы, которые важны для современного общества вообще и украинского в частности. Это художники, которые имеют все шансы состояться. То есть, это их функция, это одна из важнейших задач, которая стоит перед искусством, проливать свет или, как бы, брать в фокус какие-то проблемные зоны. И вот мне кажется, что тут украинский контекст, потому что несколько художников обратились к украинскому контексту.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Вы насчитали шесть художников зарубежных.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Которые, так или иначе, да, но прибегают к, по крайней мере, тем проблемам, которые очень актуальны в Украине. К теме протестов, к теме памяти. Как, там, Аслан, например, делает. И была художница, которая реконструировала фонтан, да, который был разрушен на Майдане. То есть, вообще работала с местным контекстом. Вот эти Public Movement, да, художники, которые устраивали.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Израильская группа перформеров, насколько понимаю.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Да-да-да, и это он тоже, как они задействовали украинскую публику, украинских людей. Делили их на разные группы. Это тоже была работа с украинским контекстом, с украинским пространством. И это прекрасно, на мой взгляд. Потому что, действительно, искусство современное сейчас имеет такую тенденцию, чтобы работать с локальным контекстом, в который оно попадает.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Но видите, это сейчас как тенденция фиксируется вами, но вот вашей, как бы вилке, что хороший художник, молодой художник или хороший художник - мертвый художник, существует еще третий вариант - хороший художник это зрелый художник. Я, вот, хочу напомнить всем...

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Но я же иронично, вы же понимаете?

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Безусловно, но, например, вполне и давно уже зрелый, но все еще не мертвый, уже давно не молодой Яннис Кунеллис, он, например, всегда принципиально работал только с локальным контекстом. Поэтому когда в тысяча девятьсот девяносто седьмом году он по приглашению, кстати, директора центра Сороса Марты Кузьмы приехал в Киев для участия в выставке "Опера Формоза" международной, он поставил условие, что он будет работать только с местным изобразительным материалом. Он задумал сложнейшую инсталляцию, для которой нужны были церковные колокола. И их ему достали, и он действительно это сделал. 

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Время чудес было.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Да.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Возможно, было все.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Но значимо было то, что, действительно, в мире все знали, что Кунеллис всегда работает с локальным материалом. И никогда не повторяет своих инсталляций.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Это его методы, да. Это метод, которым он пользуется, и понятно, и очень много таких художников было. Это вообще-то тенденция современного искусства, которую сшить начинаешь с шестидесятых годов. Когда художники работают с обществом и с проблемами общества, в котором они находятся. То есть, здесь нету никакой сверхъестественной новизны. Я говорю о том, что эта премия, эта тенденция, которая обозначилась внутри премии. Потому что до этого ни один художник, и я связываю это напрямую с теми событиями, которые есть во внимании международного сообщества. Которое приковано сегодня к Украине, потому что ни одна премия, вот их было три, из трех премий не было художников, которые так или иначе пытались заинтересовано относиться к украинскому. Скорее не привносили свой какой-то экзотический, может быть, контекст в Украину. И это было довольно интересно, почему нет.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: Таким образом, молодые художники, перенимая подходы художников зрелых, таких как Куналлис, могут действительно состояться не только в рамках премии молодого искусства. К сожалению, мы должны заканчивать, я слушателям хочу еще напомнить, что Франческо Бонами, куратор, о котором мы сегодня вспоминали, который является членом жюри "Future Generation Art Prize", он еще и автор очень интересных и вполне доходчивых книжек о современном искусстве. Одна из них в прошлом году была переведена на русский, она называется "Я тоже так могу. Почему современное искусство все-таки искусство". Рекомендую всем эту книгу прочесть и действительно понять, почему современное искусство это искусство.

Ольга БАЛАШОВА, преподаватель Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры Украины: Спасибо.

Константин ДОРОШЕНКО, ведущий: С нами была Ольга Балашова и Константин Дорошенко, оставайтесь на волне Радио Вести.

Правила комментирования
На ресурсе запрещены:
  • Любые проявления нетерпимости к разным конфесcиям,расовым различиям,национальностям.
  • Размещение провокационной и/или ложной информации
  • Нецензурные выражения (мат) и оскорбления
  • Реклама(прямая или ссылки), оффтоп, флуд, капс.
Читать все