СЛУШАЙТЕ РАДИО «ВЕСТИ» ГДЕ УДОБНО И КОГДА УГОДНО!
стенограмма

"Почти убеждена, что бюджет будет "продавлен" 30 декабря"

"Тема Калныша"Акимова: "Когда принимаются жесткие меры, напряжение неизбежно"

Стенограмма "Героя дня" на Радио Вести

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Добрый вечер! Сегодня я представлю вам Ирину Акимову, будем говорить с директором аналитического центра «Новая социально-экономическая политика». Здравствуйте!

Ирина АКИМОВА, экономист: Добрый вечер!

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Давно не виделись мы, года два. Я очень хотела бы, чтобы вы подвели итого года, потому что много экономистов в нашей стране, но всегда мне помнится, что наиболее точны были вы в своих прогнозах относительно экономического будущего.

Ирина АКИМОВА, экономист: Экономистам очень легко делать прогнозы, особенно когда они по прошлому. Итоги года вряд ли можно назвать оптимистичными и с точки зрения человеческих эмоций, огромного напряжения, которое каждый из нас испытывает. Это был год войны, очень сильного экономического кризиса, энергетического напряжения и больших социальных проблем. Это также был год больших надежд, потому что революция достоинства делалась на основе больших надежд на будущее: евроинтеграционное и отечественное. Спираль надежд, раскрученная в начале года, не нашла ответа с точки зрения конкретных шагов, потому что кроме иллюзий и имитации реформ ничего реального мы пока что не увидели. В такой сложный для страны момент нужны конкретные шаги. В течении этого года мы увидели старую неприятную картинку, от которой мы хотели уйти – поиск увеличения полномочий разных высокопоставленных чиновников, продолжение попыток ручняка в экономике, это тоже очень опасная тенденция. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Это ведь было свойственно и команде Януковича?

Ирина АКИМОВА, экономист: Мы ведь хотим двигаться вперед. Если мы делаем революцию, то она должна быть качественным шагом. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Исторических уроков никто не выносит касательно людей во власти. Для меня всегда было большим вопросом: когда вы появились в команде Януковича, я считаю, что вы были бы прекрасным министром экономики. Вам нашлось место в администрации, как вы себя там чувствовали? Я знаю, что реформы – это был ваш фронт ответственности.

Ирина АКИМОВА, экономист: Моя позиция была стараться быть эффективном на том месте, куда тебя уносит жизнь. До того, как я пришла в политику, я была директором нескольких аналитических центров и разрабатывала и с международными экспертами различного рода рекомендации, начиная с 98-го года. Принцип быть максимально полезным там, где ты находишься он самый правильный. Выработать рекомендации сложно, а реализовать на практике еще сложнее. 14-ый год подтверждает давно известную всем истину, что для этого нужна не только политическая воля, хотя без нее не обойтись.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Мы понимаем, что всегда люди делятся на своих и чужих. Если вам нашлось место в администрации, означает ли это, что вы были человеком Левочкина? И некое противостояние, которое обозначилось отставкой Левочкина. Что там происходило год назад?

Ирина АКИМОВА, экономист: Я не могу комментировать эту ситуацию, потому что не принимала в ней участия, моя часть была исключительно экономическая. Важно одно: в команде Левочкина была не только я технократ, были и другие люди, заточенные на реформах, которые хотели их делать, но если такой совет не поддерживается политической волей, нет условий для работы с обществом, то подобного рода деятельность идет очень сложно. Я с этим столкнулась, будучи первым заместителем главы администрации. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Как вы думаете, как власть должна была бы подготовить общество? Давайте начнем с бюджета, вы знакомы с его проектом. Давайте пройдемся по некоторым интересным пунктам. Что вас как профессионала беспокоит в наибольшей степени?

Ирина АКИМОВА, экономист: Абсолютно все, но больше всего – процесс прохождения этого документа в ВРУ, его подготовки и «обсуждения», попытка политического шантажа – продавить этот документ вместе с законами, на которых он основывается, в парламент. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Бюджет всегда властями рассматривался как такой общак, и кто дорвался, владел миром. Сохранены ли эти риски до сих пор?

Ирина АКИМОВА, экономист: Бесспорно. Вы говорите о ручном управлении бюджетом, всегда правительство критиковалось с этой точки зрения, и нынешнее правительство заслуживает аналогичной критики: убирается полностью региональный фонд, эти деньги сливаются с другими затратами, они попадают в кабмин, и должны распределяться по тем положениям, которые пока не существуют в природе, это и есть ручное управление. Второе: изменения к бюджетному кодексу. Разрешения более, чем на 1%, увеличивать резервный фонд. Звучит это вроде просто, а на самом деле это означает, что кабмин без согласования с кем-либо может загонять большее количество денег в резервный фонд и с точки зрения своих собственных решений их распределять. Это тоже называется ручняк. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Есть ли инструмент как этого избежать? Есть же кланы, которые только живут за счет бюджета. Когда это прекратится? 

Ирина АКИМОВА, экономист: Мне трудно говорить что-либо сейчас, пока не вижу конкретных действий власти. Вы правы, коррупция имеет конкретную фискальную цену. С самого начала правительство Яценюка обещало навести порядок в госзакупках, за счет чего существенно пополнить бюджет. Что мы видим по факту? Тема государственных закупок, которая трясла всю страну в течении года, она перетекла на самое циничное и болезненное место – это закупка вооружений, всех продуктов, и всего необходимого для людей, находящихся в зоне АТО. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Правильно ли я понимаю, что эта статья абсолютного грабежа из бюджета как раз содержание армии и военные расходы? 

Ирина АКИМОВА, экономист: Военные расходы могут и не быть грабежом, вопрос в том, насколько прозрачно используются деньги. Критерии прозрачности всегда определяются условиями проведения госзакупок, требования к тем участникам, которые могут принимать в них участие, и контролем, который должен быть общественным, также пресса должна иметь всю информацию о том, по каким ценам происходили закупки, и комментировать их так, как она считает нужным. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Не могу не спросить, с кем из своей бывшей команды вы общаетесь, с кем сохранили отношения?

Ирина АКИМОВА, экономист: Я общаюсь с С.В. Левочкиным, работаю с Андреем Ермолаевым в одном здании, он не был государственным чиновником, а директором Института стратегических исследований и является таким же аналитиком как и я. Есть и другие коллеги, которые не бежали, они нормальные украинские граждане, которые хотят делать для своей страны хорошее. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Я в своей журналистской жизни видела Левочкина один раз. Это было в стенах государственной администрации. Мне показалось… Вернее, я увидела человека с огромным потенциалом, готовностью действовать, менять. Почему так не случилось? Януковича я видела в начале пути и через год его каденции, и как власть его извратила. Неужели вы этого не видели? Почему команда не могла влиять на лидера?

Ирина АКИМОВА, экономист: Возможно ли всегда влиять на мнение другого человека?

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Но ведь никто из вас не признал того, что не справлялся со своими обязанностями и не ушел. 

Ирина АКИМОВА, экономист: Есть два варианта развития событий: либо мы будем иметь бесконечную череду сменяющихся правительств, либо высокопоставленных чиновников. Наверное, в этом есть свой смысл, но и ограничения: простая смена людей ни к чему не приводит. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Левочкин ведь молодой политик. Какова степень его политических амбиция на сегодня? Насколько ему комфортна роль серого кардинала?

Ирина АКИМОВА, экономист: Я всегда предпочитаю говорить только о себе по одной простой причине: о другом человеке было бы корректнее спрашивать у самого человека. Я могу вам сказать о своих амбициях: они технократические и экспертные. Если ты хочешь что-то сделать, нужно выбирать из тех инструментов, которые находятся в твоих руках, а именно: критика того, что ты не приемлешь, предложение того, что ты считаешь правильным, возможность и организация диалога с людьми, которые могут тебе помочь продвинуть ту или другую идею. Мне кажется, что Сергей Владимирович с точки зрения своих амбиций тоже технократичен: ему хочется сделать хорошее. В нашей стране я таких людей встречаю не очень часто, но очень уважаю. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Как часто вы видитесь с Сергеем Левочкиным?

Ирина АКИМОВА, экономист: Сейчас мы видимся, по крайней мере, раз в неделю. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Вы можете ему передать просьбу от Радио Вести прийти к нам на эфир?

Ирина АКИМОВА, экономист: Обязательно передам. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Давайте послушаем небольшую справку об Ирине Акимовой.

ДОСЬЕ: Ирина Акимова, 54 года, родилась в Харькове. Окончила факультет экономики Харьковского государственного университета, кандидат экономических наук. Была директором Института экономических исследований и политических консультаций, старшим научным сотрудником в центре экономических исследований Варшавского университета, научным сотрудником экономического департамента Магдебургского университета. С ноября 2007 по март 2010 – народный депутат VI созыва от Партии регионов. Заместитель главы комитета ВРУ по вопросам экономической политики. Занимала пост министра экономики в теневом оппозиционном правительстве Виктора Януковича. С февраля 2010 по апрель 2014 – первый заместитель главы администрации президента Украины. В октябре 2012 была избрана в ВРУ VII созыва от ПР, однако от депутатского мандата отказалась. Член Партии регионов с октября 2010г. В апреле 2014 в одном из интервью заявила о выходе из партии. В 2012-13 журнал «Фокус» отдал Акимовой 2 место в рейтинге 100 самых влиятельных женщин Украины. В 2012 политик заняла 22 место рейтинга «200 самых влиятельных украинцев по версии Фокуса». Разведена, есть взрослая дочь. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Давайте поговорим о той работе над ошибками, которую вы, как экономист, наверняка сделали. Вы видите, каким должен быть проект бюджета, потому что это должна быть Библия по спасению украинской экономики. На что нужно было бы обратить внимание? 

Ирина АКИМОВА, экономист: Первое – макропоказатели, на которых строится бюджет, должны быть более реалистичными. Сейчас заложены очень сомнительные показатели: падение ВВП в следующем году – на 3,4%. По оценкам многих международных агентств это падение может быть до 6%. Казалось бы, какая разница? Разница в цифрах будет означать недопоступление денег в бюджет, невозможность финансировать ту или другую программу, и программы будут исключительно социальные. Второе: я являюсь членом совета НБУ, недавно у нас было заседание, где было утверждено объем части прибыли, которая перечисляется в следующем году в бюджет страны, она составляет 38 000 000 000грн по решению совета. В бюджете с удивлением мы находим цифру 65. Это не соответствует плановому дефициту государственного бюджета. Получается, что НБУ должен полностью профинансировать своими деньгами значительную часть бюджетного дефицита. Это бывает только в тех странах, которые всерьез рассчитывают печатать деньги, закрывать бюджетные дыры исключительно бумажками, которые буду обесцениваться. Это путь в никуда. Подобного рода вещи – это не технические ошибки, а политические, которые могут ударить всю страну. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Это умышленная ошибка?

Ирина АКИМОВА, экономист: Я не писала бюджет, и кто эти цифры ставил – не знаю. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Каким должен быть показатель по вашему мнению?

Ирина АКИМОВА, экономист: Не более той цифры, которая принимается решением совета НБУ. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: На что рассчитывают власти, когда идут на такие уступки?

Ирина АКИМОВА, экономист: Я не знаю, но это признак опускания рук и невозможности найти другие реальные источники, которые бы покрывали бюджетный дефицит. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А какие могут быть источники?

Ирина АКИМОВА, экономист: Единственным источником является помощь экономике, восстановление экономического производства, вместе с ним восстанавливаются доходы, которые идут из бизнеса, потребительский спрос, который тоже вам дает определенные налоги в бюджет. В этом бюджете меня волнует одно: принцип свести концы с концами построен только на давлении на население и на бизнес. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Включить печатный станок – это сделать беднее население.

Ирина АКИМОВА, экономист: Которое уже и так достаточно обеднело, потому что уровень инфляции по концу года у нас будет около 25%, а уровень девальвации, которую каждый из нас считает и смотрит по телевизору, уже составляет практически два раза. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: В Фейсбуке сейчас большая дискуссия по части повышения налоговых ставок. 

Ирина АКИМОВА, экономист: Опасно и непонятно по многим направлениям. Населению предлагают более прогрессивную ставку налогообложения – свыше 10 минимальных з/п. Казалось бы ничего, пусть богатые заплатят, но учитывая инфляцию, это не будут богатые, а средний класс. В условиях теневой экономики повышение прогрессивной ставки, как правило, ведет к тенизации. Второе, пенсии, которые до сих пор не облагались налогом, будут облагаться. Налоговый минимум уменьшается до 3600грн. Это означает, что очень многие пенсионеры вынуждены будут платить еще 15% налога на доходы. Третий момент: введение новых налогов на землю и на имущество. Налог на коммерческую и некоммерческуюю недвижимость будут платить абсолютно все и с первого метра, не будет никакого необлагаемого минимума, там 100м. Если взять карман среднего украинца, до 2% от минимальной з/п, порядка 25грн за метр. Налог на землю – исходя из рыночной стоимости. Вот мы брали среднюю картинку, когда учительница с з/п ниже среднего живет в небольшом домике за городом, имеет сарай, это называется нежилая недвижимость, сколько она будет платить за сарай и за домик и за землю, на которой это расположено? По новым правилам она будет платить где-то четверть своего годового дохода. Готово ли население Украины к таким жестким правилам?

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Я все время вспоминаю Азарова, который говорил, что украинское общество не готово вступать в ЕС. Кто определяет эту степень готовности? Мы видим, какую цену заплатило правительство Саакашвили, они не могут вернуться в свою страну, но мы понимаем, что реформы когда-то же нужно начинать. Как избежать напряжения, связанного с непопулярными реформами?

Ирина АКИМОВА, экономист: Напряжение неизбежно, но снизить его можно только открытым диалогом с обществом. Я абсолютно убеждена, что в условиях, когда есть военные конфликты, когда люди понимают, что страна не может жить по тем правилам, по которым она жила раньше, многие готовы на эти жертвы. Но тут важно знать, по какому пути ты идешь, что тебя ожидает в ближайшем будущем, какой будет объем твоих жертв и что ты получишь в конечном счете. Но не нужно путать слово реформы с выражением обычная фискальная нагрузка на бизнес и население. Сейчас делается все, чтобы и в публичном обсуждении эти вещи отождествить. Реформы не идут, потому что нет денег, есть война, поэтому мы должны делать реформы, сокращая социальные расходы и прочее. Но это не реформы. Например: нужно ли нам повышать коммунальные тарифы? Любой эксперт скажет да. Но когда мы повышаем тарифы, возникает интересный вопрос: сколько потерь закладывается в тот тариф, который спускается на каждого: на учительницу, врача, простого украинского гражданина. Так вот, уровень потерь у нас составляет приблизительно 40%, в то время как в развитых странах это более 10%. Количество разрывов в трубах, по которым течет горячая вода, у нас в 10 раз больше, чем в других странах. Если мы пойдем не по пути роста эффективности, помощи населению в использовании каких-то мер, повышающих энергоэффективность, а просто тупое перекладывание на плечи всех затрат, которые связаны с нашей плохой работой, то, я думаю, наша страна на это не пойдет и не надо называть это реформами. Также предлагается ввести налог на добавленную стоимость на социальные услуги: медицину, образование. Вопрос спорный. Стоимость услуг разумеется должна возрасти. На также предлагается увеличить нагрузку на всех социальных работников, при этом сокращая бюджет. Мы говорим о реформировании сети, давайте, она действительно не эффективна, но никто не говорит о том, как же эта эффективность будет повышаться. Сохранится ли доступность этой услуги для простого человека? Вы этого не увидите ни в одном законопроекте. Если бы бюджет был поддержан рядом законопроектов, которые бы говорили, что нам не нужно столько врачей или учителей, мы будем их использовать по-другому, от этого качество обслуживания резко увеличится. Это был бы один разговор. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Есть такая общественная организация, которая называется «Родительский контроль», одна пишет: Такое чувство, что вся нагрузка в образовании ложится на родителей. Как будто родители живут в совершенно другой стране, у них нет кризиса, войны, они вытянут это. – А есть другие варианты?

Ирина АКИМОВА, экономист: Чтобы не обрезать вообще бюджетные расходы? Наверное, нет. Но есть другие варианты деления этой нагрузки между государственными органами, бизнесом, обществом, а также – сокращение коррупции. С ней никто не борется. Где использование закона о трансферном ценообразовании, который по оценкам уже этого правительства должен был дать около 100 000 000 000грн? Где тема госзакупок? Это очень большие бюджетообразующие статьи. Где уменьшение теневой экономики? Пока что по статистике уровень теневой экономики в 14-ом году вырос еще на 5% пунктов, и достигает порядка 47%. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Увеличение налогов приведет к увеличению этой цифры.

Ирина АКИМОВА, экономист: Если только не постараются фискальные органы. Еще одно опасение: всеобщее обязательное декларирование доходов и очень размытые и непонятные методы, которыми будут контролировать расходы граждан, причем очень многие люди думают, что это коснется только богатых. Нет. Это коснется абсолютно всех. В условиях, когда порядка 50% з/п выплачиваются в конвертах, то будет сложно объяснить …. А права и полномочия, которые даются налоговому инспектору без суда начислять налоги прямо не месте, и потом выбивать исполнения налоговых норм, они совершенно фантастически. Мне очень страшно, чтобы Украина не превратилась в полицейское налоговое государство. Я за общее декларирование расходов, но все страны, которые вводили это постепенно, за 3-5 лет, и начинали они с логической группы – это государственные служащие. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Рассадник коррупции. Я не могу не спросить курс гривны. Что ждет нас сразу после Нового года?

Ирина АКИМОВА, экономист: Курс гривны должен комментировать исключительно НБУ. Как экономист скажу, что на сегодняшний день сохраняются очень серьезные факторы, которые будут давить в сторону девальвации гривны. С этими факторами можно бороться. Отрицательный платежный баланс страны будет давить на гривну. Нереальный бюджет, а тем более если туда закладывать прибыль НБУ, будет стимулировать давление на гривну в сторону девальвации. Понятно, что военный конфликт, который требует огромных средств, на войну идет более 90 000 000грн в день, тоже не будет способствовать выздоровлению экономики…

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: После Нового года какую мы увидим отметку?

Ирина АКИМОВА, экономист: Я не знаю. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Что заложено в бюджете? 17. 

Ирина АКИМОВА, экономист: Фантастические слухи о том, что заложено 22, потом 17. Многие международные агентства, делая прогнозы на 2015г., давали более высокие цифры. Сейчас любой прогноз может оказаться ошибкой, хотя бы по той просто причине, что пока в страну не пришел очередной транш из МВФ, страну будет лихорадить. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Падение рубля как скажется на судьбе гривны?

Ирина АКИМОВА, экономист: Взаимосвязи между этим валютами безусловно есть, но учитывая нарушения товарных связей с Россией, это влияние не будет таким драматичным. Если мы являемся конкурентами на международных рынках товаров России, она будет получать преимущество, потому что падение национальной валюты дает конкурентное преимущество экспорту. На сегодняшний день траектории падения у нас очень похожи, я не думаю, что здесь эффект будет такой драматический. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Есть ли понимание того, что концепция новой социально-экономической политики действительно есть у украинской власти?

Ирина АКИМОВА, экономист: Концепций было выработано много за последние десятилетия, не все были плохие. Мое мнение, что никакие замечательные иностранные эксперты со своими комментариями и замечаниями не будут иметь успех, если этот диалог не будет налажен. Мне казалось, что после революции достоинства вот эта потребность гражданского общества быть услышанным, задействованным сыграет большую положительную роль в продвижении реформ, пока что этого не видно. Если посмотреть на стратегию 2020, меня там волнует то, что мы ставим цели на очень отдаленное будущее, а то, что сейчас нужно делать, его нет. Посмотрите, как сейчас принимаются или обсуждаются законопроекты, связанные с бюджетом: за одну ночь выплевывается порядка 40 очень серьезных законопроектов. И потом начинается политический шантаж. Нельзя принимать просто чтобы получить очередной транш МВФ, а чтобы понять, какие цели мы ставим не только в далеком будущем, а и сейчас. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Вы пережили налоговый Майдан. Какие уроки тогда вы извлекли?

Ирина АКИМОВА, экономист: Уроки не были извлечены. Сейчас в процессе принятия налогового кодекса одна норма висела дамокловым мечом в течении полугода. Перед обсуждением в зале по слухам, потому что текста никто не видел, эту норму убрали. Она очень опасная. Почему не обсуждаются вопросы имущественных налогов, прогрессивного налогообложения?

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Вы – за диалог. Я не знаю, может ли власть его организовать. Парламент выразил готовность проголосовать за проект бюджета уже 30 декабря, а значит, что никто не будет организовывать никаких публичных слушаний и обсуждений. Чем грозит такая спешка и что случилось бы, если бы все-таки этот бюджет приняли после Нового года?

Ирина АКИМОВА, экономист: Сейчас, думаю, будут попытки в соответствующих комитетах, вычистить самые одиозные нормы, хочу надеяться, что это будет сделано. С другой стороны уверена, что бюджет будет разорван, не сбалансирован, это будет нести риски бюджетных поступлений в следующем году, для страны в возможности обеспечения и военных и социальных расходов. С этими рисками придется бороться с колес. Почти убеждена, что бюджет будет «продавлен» 30 декабря. Вряд ли страна войдет без бюджета, и не потому, что он хороший или его смогут довести до качественного состояния. Логика здесь простая: правительство говорит: не будет бюджета, не будет транша МВФ. В таком случае будет драматический коллапс. Вот и все. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Но мы понимаем, что если не будет реформ, также не будет транша МВФ. О каких реформах будет говорить правительство, чем будут отчитываться? 

Ирина АКИМОВА, экономист: Это уже ясно из тех законопроектов, которые поданы. Реформами правительство называет резкое усиление налоговой нагрузки на бизнес, на население. Это закон 15-77, который не был проголосован и означал огромные социальные урезания, он отдан на доработку, без него бюджет развалится. Я предполагаю, что будет давление, чтобы его принять. Сейчас мы видим странную логику, когда бюджет доложили в среду до того как были доложены законы, на которых этот бюджет базируется. Тема ручного управления бюджетом не только не утихает, а и раскручивается. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Видите, от государственного бюджета зависит бюджет городов и областей. Вы поняли, что этот бюджет готов содействовать регионам по части реализации реформы по децентрализации?

Ирина АКИМОВА, экономист: Намерение есть, но в нем тоже есть очень много своих но. Первое: увеличивается налоговая база местных бюджетов, но как: сначала мы забираем 25% налога на доходы физических лиц. Это тот налог, который всегда был самым устойчивым и стабильным с точки зрения наполнения. Шаг второй: компенсируем частью налога на прибыль. У меня возникает вопрос: в условиях кризиса, когда количество неприбыльных предприятий растет как грибы, местные бюджеты могут рассчитывать на этот налог или нет? Третий шаг: а мы компенсируем налогами на имущество граждан и бизнеса. А способна ли будет страна собрать с населения беднеющего этот налог. Второй вопрос по наполнению бюджетов: мы меняем трансферты на целевые субсидии. Есть определенные стандарты, на основе которых должна рассчитываться формула. Только этих стандартов нет, потому что кабмину дают задание, чтобы в течении 3 месяцев он эти самые стандарты разработал. Если такая логика является логикой наполнения местных бюджетов, то тогда все мы что-то неправильно понимаем в этой жизни. С другой стороны, в бюджетном кодексе есть тенденция переложить все полномочия на плечи местных советов. Логика в этом есть, потому что на местах легче понять, сколько нужно и какие социальные учреждения. Но передача полномочий без денег означает одно: ответственность мы отдаем на места, и пусть приходят голосовать ногами не под ВРУ или кабмин, а возле обладминистрации. Я думаю, что проект бюджетного кодекса с хорошими намерениями несет в себе большие риски, над ним нужно серьезно работать, чтобы он действительно стал базой для децентрализации. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Для того, чтобы работать, нужно хотеть. Как полагаете, преемственность власти, консолидация общества рано или поздно наступит это светлое время? 

Ирина АКИМОВА, экономист: Я все-таки являюсь оптимистом и верю, что страна сможет выбраться и продолжить свое нормальное развитие. Мне сложно прогнозировать, когда это пройдет. Если будут продолжаться политические интриги, то это не внушает большие надежды, но мы же накануне Нового года, а это всегда большие надежды. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Спасибо вам, что пришли к нам в студию сегодня. 

Ирина АКИМОВА, экономист: Спасибо еще раз. Всех с наступающим Новым годом.

Правила комментирования
На ресурсе запрещены:
  • Любые проявления нетерпимости к разным конфесcиям,расовым различиям,национальностям.
  • Размещение провокационной и/или ложной информации
  • Нецензурные выражения (мат) и оскорбления
  • Реклама(прямая или ссылки), оффтоп, флуд, капс.
Читать все