Семен Горов. Фото Радио Вести

Дмитрий Терешков: Программа “Циники” на Радио Вести. У микрофонов Константин Дорошенко и Дмитрий Терешков. Наш гость сегодня режиссер Семен Горов. Будем говорить о телевидении, в частности о премьере на “1+1” восьмисерийного комедийного сериала “Лучшая неделя моей жизни". Это ремейк известного британского сериала, режиссером которого выступил Семен. Добрый день!

Семен Горов: Добрый день!

Константин Дорошенко: Слушатели Радио Вести наверняка от меня это слышали уже. У меня уже давно нет телевизора, очень редко смотрю что-то с ним связанное, и должен открыть секрет – иногда, из ностальгических соображений с Олей Громовой мы пересматриваем твои мюзиклы. Сложно в этом признаться, я тоже потребитель такого продукта. На самом деле, твоим сериалом “Лучшая неделя моей жизни” я удивлен, потому что это реальное мыло. Как же ты дожился до такого?

Семен Горов: Во-первых, это не совсем мыло, это телевизионный фильм, эксцентричная комедия с погонями, взрывами, падениями, каскадерами. Современный телевизионный сериальный продукт уже давно перерос твои воспоминания о сериале “Роксолана” и.т.д. Это не только сидящие люди на диване и говорящие что-то скучное. Мы видим, как развивается сериальный продукт в Америке, а он уже конкурирует с продуктом кинотеатральным и по бюджету, и по качеству. Это новая эра телевидения, она уже не совсем связана с эфирным телевидением. Это новая эпоха, когда зритель покупает контент. У него может не быть телевизора, может быть только экран, на котором он сам выбирает, что ему смотреть. То, что мы снимаем – мы в начале пути, но единственный способ повысить качество этого, это, конечно, снимать.

Дмитрий Терешков: Что такое британский и американский сериал мы знаем, потому что, в отличие от украинских, смотрим их. То, что это украинский ремейк британского сериала — это интересно. Значит ли это, что сериал “Лучшая неделя моей жизни” более удобоварим для молодой публики и публики, которая разбалована западными сериалами?

Семен Горов: В "Лучшей неделе моей жизни" есть и черный юмор. Это, наверное, впервые на украинском экране. И мы очень переживаем, как зритель к этому отнесется.

Константин Дорошенко: Ты же сам обозначил то, что есть телезритель на сегодняшний день – это старушки, старички и дети. Если ты делаешь продукт для кого-то другого, попадет ли он в цель на украинском телеканале?

Семен Горов: Я надеюсь, что да. Смотрят не только бабушки и дети, иногда и молодежь смотрит, если им действительно есть что смотреть. Они не смотрят, потому что им нечего смотреть...

Дмитрий Терешков: Исходя из трейлера, там эксплуатируются конструкции, знакомые для украинца: тесть, зять, свекровь, родители. Почему-то весь украинский контент строится, как правило, на таких родственных ценностях. Можно ли этими ценностями привлечь внимание молодой аудитории?

Семен Горов: Да, там главные герои — это молодые люди, которые собираются пожениться и которые едут на неделю к родителям невесты. Это сериал о молодых людях, большинство героев там молодежь.

Дмитрий Терешков: В чем суть адаптации, что там меняется в сравнении с британской версией? Ведь не только имена, наверное, и какие-то сюжетные моменты, шутки?

Семен Горов: Естественно. Там меняется очень многое, начиная от имен и профессий героев, до того, что у нас другие реалии. Например, в британском сериале отец невесты был судьей, а у нас к судье другое отношение, чем в Британии. Если там это очень грозный авторитетный человек, то у нас немного другой образ возникает.

Дмитрий Терешков: Вы говорите, что хотите, чтобы молодые люди, которые не смотрят обычно телевизор,  увидели этот сериал. Что конкретно телеканал и вы предпринимаете для того, чтобы новую аудиторию привлечь на украинское телевидение?

Семен Горов: Там другой юмор, есть элементы черного юмора…

Дмитрий Терешков: Я видел комментарий под трейлером: “шутки из Кривого зеркала”. На самом деле, я что-то подобное испытал, просто не имею привычки комментарии писать. Какие-то очень знакомые советские приемы…

Семен Горов: Например?

Дмитрий Терешков: Из трейлера: “Поедем к нашим родителям на неделю, ха-ха”, в таком духе. “Зачем?” - звучит вопрос героя.

Семен Горов: И, что тут советского?

Дмитрий Терешков: А где черный юмор, вы говорите там что-то принципиально новое. В чем оно?

Семен Горов: Я, к сожалению, не могу открывать сюжетные ходы…

Константин Дорошенко: Да. Это же будет неинтересно.

Семен Горов: Это просто завязка. Это история о том, как молодые люди перед свадьбой едут на неделю к родителям.

Константин Дорошенко: Что это для тебя? Ты ведь начинал как театральный режиссер, это так элитарно и интересно, а теперь занимаешься такими вещами как телевизионный продукт. Понятно, что он должен быть более простым и более удобоваримым. Тебе не жаль, ты себя не размениваешь таким образом?

Семен Горов: Нет, абсолютно. Во-первых, я не считаю, что это проще и не так элитарно. Я считаю, что сейчас работа на телевидении – это очень престижно. Но это нельзя сравнивать, это другое.

Дмитрий Терешков: Аудитория, которая смотрит на Украине “Игру престолов”, очевидно, это совсем другая аудитория. Ее внимание так просто не привлечешь украинским сериалом, рассказывая о том, что там черный юмор.

Семен Горов: Конечно, не привлечешь. Это другие бюджеты, другая эпоха телевидения уже. Для того, чтобы выйти на такой уровень, как “Игра престолов” нужно 10 лет снимать украинские сериалы. А не снимая их, мы никогда не выйдем на этот уровень. Автомобиль, который будет производиться в Украине, сейчас не производиться. Если сейчас не начать его производить, он никогда не станет конкурентно способным с “Mercedesом”. Можно произвести украинский автомобиль и говорить, что он намного хуже, чем “Mercedes”. Конечно, он хуже.

Дмитрий Терешков: Это несколько странно, все на бюджет списывать.

Семен Горов: Не только на бюджет, это, прежде всего, опыт работы. Чтобы стать успешным радиоведущим, нужно работать радиоведущим, нужно получать опыт, общаться с разными людьми, читать, проходить стажировки в Лондоне, Бонне. Просто так с нуля прийти на радио…

Константин Дорошенко: Видишь, Терешков, мы пролетели, не в Лондоне, не в Бонне стажировок не проходили…

Семен Горов: Ну, у вас все впереди, вы молодые, талантливые, много чего добьетесь.

Дмитрий Терешков: Что касается украинских сериалов, в чем, в большей степени, не достает опыта? Картинка вроде красивая, милая, не выделяется как-то плохо, сценарий, может быть?

Семен Горов: Это комплекс. Это, конечно же, сценарий, это оператор, режиссер, артисты. Если мы говорим об Америке, собирательный образ - Голливуд, там процесс не прекращался больше ста лет. Этот непрерывный процесс улучшения, накапливания знаний, приезжают новые люди, лучшие люди из разных стран – сценаристы, артисты, режиссеры. Уровень там только повышается и повышается.  У нас, к сожалению, были большие перерывы. Кино, которое зарождалось на Украине, потом были репрессии, снимали только идеологическое кино и только избранные, и то им не давали ничего снимать. Потом, в конце 80-ых, кино просто умерло. Киностудия опустела, все уехали, кино не снималось десятилетия, двадцатилетия. Только сейчас это возрождается снова, по сути, с нуля. Как учил нас еще Гегель, количество переходит в качество. Единственный способ улучшаться – работать, снимать. Из 20 сериалов, которые будут сниматься в этом году, один станет хорошим. Нельзя снимать один сериал в год и надеяться, что он будет классным.

Константин Дорошенко: В твоем сериале “Лучшая неделя моей жизни” участвуют наши звезды – Горянский, Сумская. Это обязательно присутствие звезд локальных для того, чтобы сериал был удачный? Почему именно на этих людях ты делаешь ставку в данном случае? Извини меня, но мне кажется, что Горянский и Сумская, в общем-то, всюду и всегда играют самих себя. Они мало чего добавляют, кроме своего типажа и фактуры к тому, что мы видим на телевидении.

Семен Горов: Позволь не согласиться. Кроме того, что они звезды, они замечательные артисты. Володя Горянский играет в нашем фильме генерала с усами очень требовательного, который привык командовать. Я таким Володю еще не видел, это очень забавно и смешно. Ольга Сумская играет его жену, домохозяйку. Тут, мне кажется, новые грани. Они звезды, и это хорошо. Украина давно готова, и рассчитывала на то, что у нее будут свои звезды, и что на Радио Вести или в Газете “Вести” будут писать не то, что какая-то артистка из Саратова, которая снималась в сериале “Брат 10”, забеременела или сломала ногу, не дай бог; а будут писать, что Ольга Сумская отдыхает в Буковеле. Пора уже, в конце концов.

Константин Дорошенко:  С другой стороны, раньше в своих мюзиклах ты все равно использовал звезд не только украинских, но была ставка на то, что какой-нибудь Киркоров появится, может быть еще Алла Пугачева. А сейчас как без этих всех звезд обходишься?

Семен Горов: Нормально обхожусь. Хотя я бы с удовольствием приглашал каких-то и российских звезд, и польских, и немецких. Это все зависит только от бюджета и от времени. Даже за те 2-3 года, которые я занимаюсь сериалами, я вижу насколько вырос уровень украинских артистов. Те же артисты, которых я снимал 3 года назад, сейчас я нахожусь в съемочном процессе другого сериала, я вижу насколько они выросли, что значит для артиста работа в кадре, как нужно артисту в общем, и художнику, и поэту, слава и фидбэк - он должен чувствовать, что его работа нужна, что она нравиться. Только тогда он может развиваться и расти.

Дмитрий Терешков: С другой стороны, если взять как пример западный сериал “Теория большого взрыва” там не было ни одной звезды, это сейчас они по несколько миллионов за эпизод получают. Совершенно никому не известные молодые люди не стали препятствием тому, чтобы сериал стал успешным в итоге, хитом вообще среди ситкомов. Вы все-таки акцентируете на звезд?

Семен Горов: Это канал в своей рекламной компании акцентирует звезд и это естественно. Там снималось много молодых людей, главные голи там играют молодые артисты – Константин Октябрьский и Екатерина Вострикова, они мало кому известны, но они играют там главные роли. Это естественно, когда реклама идет через какие-то знакомые имена для телезрителей.

Константин Дорошенко: Ты знаешь, в конце нулевых, где-то в 2007-2008 году господин Ткаченко, который возглавляет канал “1+1” высказался в таком роде, что нужно делать телевидение для Барбоса, чем проще, тем лучше. Была целая дискуссия в обществе, что телезрителя считают Барбосом. На сегодняшний день ты чувствуешь, что ты продукт для Барбоса делаешь?

Семен Горов: Нет, мы не делаем продукт для Барбоса, мы снимаем фильм, в котором отличный сценарий, шутки и артисты. Я вообще не думаю никогда, что надо что-то упрощать, потому что зритель не поймет. Режиссер для артистов это, по сути, первый зритель – ты проверяешь на себе эти шутки, и я никогда не отделяю себя от зрителя. Я в принципе понимаю, что зритель, наверное, такой же, как и я, в чем-то мы, может, разнимся, но ненамного.

Дмитрий Терешков: Тем не менее, почему молодые украинцы в большей степени смотрят американские и британские сериалы?

Семен Горов: Потому что они лучше.

Дмитрий Терешков: Вы говорите, что нам нужно снимать, при этом делаете ремейк, вы не снимаете собственно украинский продукт. Почему ремейк, в чем его ценность? Там уже много обкатано, проработано и нам меньше работать приходится?

Семен Горов: Я сейчас приведу пример, и вы все поймете. Когда вы идете в театр, и там написано “Гамлет. Шекспир, это что не украинский спектакль?

Константин Дорошенко: А кто все-таки выбирает, ты или телеканал? Первоначально, ты как режиссер можешь себе позволить прийти на тот или иной телеканал и сказать: “Я хочу сделать это, вы знаете меня, я звезда, я десятилетия на телевидении, я делал здесь самый лучший телепродукт, и вот я хочу делать такой сериал”. Либо все-таки изначально телеканал говорит:” У нас есть такая целевая аудитория, не барбос конечно, немного образованней, и нам нужно что-то в этом роде, давайте, Семен, вы нам это сделаете”.

Семен Горов: Мне поступают предложения, присылают сценарий, я его смотрю. Наверное, возможен первый вариант. Я просто не пробовал так. Есть разные режиссеры с разным психотипом. Есть много моих коллег, которые пишут сценарий, ходят с ним, предлагают его, ищут деньги на это. Я так никогда не делал.

Константин Дорошенко: Ленивый? Или само собой все происходит?

Семен Горов: Как-то много предложений, нет времени на это. Я сейчас пишу сценарий полного метра и, надеюсь, я его допишу в ближайшее время и попробую этот путь.

Дмитрий Терешков: А как бюджеты растут в Украине, те деньги, которые выделяются на новые сериалы на фоне очевидного роста бюджетов в мире?

Семен Горов: Финансирование стоит на месте. Оно упало естественным образом после известных событий. Но общий объем растет, это заметно. Я замечаю, что сложно найти артиста свободного, операторы все заняты, уже и с техникой есть проблемы. Но это же рынок, он неизбежно будет развиваться. Я думаю, все как-то наладиться. И качество, в том числе. Я думаю, что и вы когда-нибудь посмотрите украинский сериал.

Дмитрий Терешков: О каких суммах вообще идет речь, можно в процентном соотношении, потому что мы знаем какие-то цифры, например, 10 миллионов долларов стоит эпизод той же “Игры престолов”. Украинский сериал это намного дешевле?

Семен Горов: Конечно намного.

Дмитрий Терешков: Насколько, это где-то несколько сотен тысяч долларов?

Семен Горов: По-разному. Есть сериалы, которые стоят от 20 до 100 тысяч долларов эпизод, некоторые могут и 250 стоить.

Константин Дорошенко: То, что ты говоришь, что развивается мастерство артиста, когда он больше востребован. Можно ли сказать, что наш конфликт с Россией сейчас он так или иначе способствует росту мастерства украинских артистов: то, что мы стараемся не приглашать звезд из России, оттачивает мастерство наших?

Семен Горов: Безусловно, это очевидно, ты прав.

Константин Дорошенко: Таким образом, можно ли говорить, что нас, возможно, ждет какая-то новая волна интересных артистов, не тех, которых мы знаем и видели уже 300 раз еще с 90-ых. Чувствуешь ли ты, что на этой почве могут появиться новые имена, которые совершенно нас удивят. Как, например, Иван Дорн в свое время взял и удивил всех, никто ничего подобного не ожидал ни в России, ни в Украине. Может ли что-то такое на актерской ниве в Украине появится?

Семен Горов: Я даже больше скажу, не может быть, а появится обязательно. Это закон диалектики, это не может не развиваться.  Мы вспоминали Ольгу Сумскую, почему она звездой стала? Вышел первый украинский сериал “Роксолана”, мы все его помним, и она стала звездой. Почему новых звезд нет? Потому что не снимали новых сериалов такого масштаба. Сейчас снимают, и, безусловно, будут появляться новые звезды. Они уже появляются, просто еще украинская пресса не готова к этому, они еще никак не могут понять, что этот артист, который рядом с тобой стоит, он из Украины, никак не могут “вдуплиться”, что это звезда, что о ней надо писать, интервью у нее надо брать, следить за ее жизнью, за кого замуж вышла или развелась... До сих пор есть такое пренебрежительное отношение: ну что, это же наши… Нет пророка в своем отечестве.

Дмитрий Терешков: Возвращаясь к вопросу Кости о том, будет ли волна новых артистов, был упомянут Дорн, но он все-таки сделал рывок в естественной ситуации – Украина не была изолирована, не было никаких специальных обстоятельств для того, чтобы Дорн взял и выстрелил. А у нас же сейчас ситуация все-таки искусственная, когда-то она закончится и наши артисты снова будут конкурировать с российскими и другими артистами, снова россияне сюда вернуться.

Семен Горов: И слава богу, что вернуться.

Дмитрий Терешков: А вы считаете, что мы по-любому как-то прорвемся и покажем себя за это время?

Семен Горов: Нет, дело не в том. Должны конкурировать со всеми народами. Искусственная ситуация не сейчас, а три года назад была, потому что была откровенная, неприкрытая культурная экспансия России в Украине.

Дмитрий Терешков: И мы этого будто бы не замечали? Нас же все устраивало. Вас же устраивало, вы работали с Россией и эксплуатировали российских артистов?

Семен Горов: В том числе и украинских, пропагандировал украинскую культуру как мог, но это же делается на высоком уровне.

Константин Дорошенко: Все те вещи, которые ты снимал до сих пор, всякие мюзиклы, построены на подходе к эстраде, к музыке, выросшей из Советского Союза. Сейчас, в частности, у нас с Димой на эфирах часто звучит такая идея о том, что появилась новая украинская музыка, много замечательных открытий: и Onuka, и Hardkiss, и VivienneMort, и.т.д. Тебе интересно было бы создать какой-то совершенно иной телевизионный продукт на той базе, которая называется новая украинская музыка? И вообще, считаешь ли ты, что этот феномен есть на самом деле?

Семен Горов: Безусловно, есть, но жанр мюзикла, это жанр, и он имеет свои законы. Это один из классических жанров музыкального театра, у него есть четкие принципы: 20 музыкальных номеров, короткие сцены между ними. Кроме того, артист мюзикла — это артист, который может перевоплощаться, которому не обязательно быть собой, он понимает, что это роль. Конечно, он привносит свои вибрации, свою внутреннюю культуру в эту роль, но прежде всего он перевоплощается. Готовы ли молодые артисты к этому - вопрос. Иван Дорн может, потому что он очень артистичный, тонкий, подвижный и темпераментный.

Дмитрий Терешков: А вы не утратили интерес к мюзиклам? Вы же их последний время снимаете меньше или вообще не снимаете.

Семен Горов: Пока не было заказов таких. Если будет такой заказ, я смогу это сделать. Но для мюзикла нужна, прежде всего, хорошая музыка. Когда я делал мюзиклы, я работал с Константином Меладзе.

Константин Дорошенко: Понятно, что есть звезды, которые рвутся в телевизор, будут с удовольствием участвовать в любых проектах, им нужна слава. Есть такого уровня сверх звезды как София Ротару. Мне интересно, как ты ее мотивировал сниматься в своих проектах, потому что ей сложно уже чего-то добавить.

Семен Горов: Я готовился к съемкам мюзикла “Сорочинская ярмарка” по Гоголю и там не было роли для Софии Михайловны. И потом я нашел роль цыгана и подумал, что можно переписать на цыганку. Я купил билет на самолет, полетел в Симферополь, купил букет цветов, взял такси и приехал к ней домой. Мы пили чай с ее семьей, она мне показывала свой сад. И уже в конце вечера, когда я собирался уезжать, я ей дал этот сценарий, и она согласилась.

Константин Дорошенко: Вот так вот просто и легко. А до этого вы были с ней знакомы?

Семен Горов: Да.

Дмитрий Терешков: Вы говорите о том, что телевидение не умирает, трансформируется и новая аудитория может туда перейти. С другой стороны, есть Интернет. Например, Луи Си Кей снял сериал на свои деньги, там несколько миллионов, исключительно для Интернета, выложил и поимел, грубо выражаясь, хорошую аудиторию при этом.

Константин Дорошенко: Это какой сериал?

Дмитрий Терешков: “Хорас и Пит”.

Константин Дорошенко: Великолепный.

Семен Горов: Не видел. Хорошо, что у него есть собственные деньги, пару миллионов.

Дмитрий Терешков: Тут не в этом дело. А в новых медиа.

Семен Горов: Как не в этом, если бы у меня были свои пару миллионов…

Дмитрий Терешков: Очевидно, что мы как-то перетекаем в Интернет, там появляются какие-то новые площадки.

Семен Горов: Мы давно в Интернете уже.

Дмитрий Терешков: Да. Но Семен Горов с мюзиклами, нам давно известный, может там оказаться в какой-то момент?

Семен Горов: Выросло уже поколение людей, которым достаточно смотреть сериал, ту же “Игру престолов” в телефоне. А есть более требовательные люди – они хотят это смотреть на большом экране дома.

Дмитрий Терешков: На большом экране в прямом эфире, по телевизору, дома…мне только родители вспоминаются. Не потому что я какой-то особенный молодой человек, я не знаю, кто смотрит так в прямом эфире сериалы дома.

Семен Горов: Очень много людей так смотрит. Большинство украинцев так смотрит. Например, в селе как-то у них нет хорошего Интернета, чтобы смотреть так фильмы, чтобы они не прерывались и без пикселей были. Мне кажется, они смотрят кнопочное телевидение, которое антенну берет. В то же время, я эфирное телевидение тоже не смотрю очень давно.

Константин Дорошенко: Это кстати интересно, Семен, потому что я знаю нескольких людей, которые завязаны на телевидении, режиссеры, продюсеры, у них бесконечно включен телевизор, они все время что-то высматривают, с чем-то сравнивают. А ты нет?

Семен Горов: Нет, я вообще не смотрю его. Что такое для меня смотреть телевизор? Я думаю, что мне посмотреть, открываю еx.ua или что-то подобное, нахожу что-то, вчера, например, смотрел “Синий бархат” Дэвида Линча. Я его не покупаю, потому что это у нас не развито пока. Но я бы мог и купить его за 2-3 доллара. Это будущее телевидение, когда человек садится, открывает сайт какой-то и ему показывают, что есть сериал “Лучшая неделя моей жизни”, ты можешь посмотреть одну серию бесплатно, понравился – ты купил этот сериал, не понравился – купи другой.

Константин Дорошенко: Но если ты сам не смотришь телевизор украинский, как ты можешь понимать, что то, что ты делаешь в общем, в струю, что у этого реально есть потребитель? Если ты не сравниваешь это с тем, что показывают другие каналы, какими критериями ты руководствуешься?

Семен Горов: Только собственным вкусом и тем другим, что я смотрю. Вы знаете, я к сериалам относился с большим пренебрежением и снисходительностью. Раньше я их вообще не принимал как часть искусства, творчества, даже как жанр не принимал. Первый сериал, который мне понравился это был “Твин Пикс” того же Линча. Я понял, что может быть сериал интересный, захватывающий, который не отпускает, умный, глубокий, не такой как все. Сейчас, например, сериал “Черное зеркало” это сильно глубоко, это политическая сатира, это на высоком уровне. Сериалы, которые сейчас можно купить, ту же “Игру престолов”, хотя я ее не смотрю, я считаю, что это масс, поп…

Константин Дорошенко: А я “Твин Пикс” бы не смотрел, потому что тоже все его смотрели.

Семен Горов: Я знаю, что Костя в свое время смотрел какой-то турецкий сериал про Роксолану, он писал посты в Фейсбуке. Я его не видел, но Костя так ярко писал об этом, что я представлял этих героев.

Дмитрий Терешков: У вас нет ощущения, что вы с одной стороны вкусом руководствуетесь и видите каких-то старушек в селе, у которых нет Интернета, а в этот момент подростки, которые сериалы в телефонах смотрят… там будущее и разворачивается? И это не собственно телевидение, сериал, а вообще, связанно с тем, чем вы занимаетесь всю свою жизнь.

Семен Горов: Нет.

Константин Дорошенко: Ты так однозначно ответил, что тебе не интересно иное поколение, есть кому снимать для подростков, а кто это? На самом деле, много ли в этой стране людей, твоих коллег, с которыми ты можешь конкурировать, которых ты можешь наравне воспринимать как людей твоей профессии?

Семен Горов: Не так много, как в любой профессии, среди радиоведущих их тоже, наверное, немного, где-то 10-20.

Дмитрий Терешков: Молодые радиоведущие появляются, а молодые режиссеры, молодое кино?

Семен Горов: Конечно, появляются. Если мы говорим о подростках, то недавняя премьера, в прошлом году была премьера у Любомира Левицкого фильма “#SELFIEPARTY”. Он снимает для молодой аудитории уже не первый фильм и сейчас еще снимает, и еще будет. Он именно заточен на молодежную аудиторию. Я знаю, что его смотрят молодые люди, там шутки для подростков, очень похоже на американские фильмы для подростков.

Дмитрий Терешков: А вас устраивает ситуация, где вы тянете за собой Горянского, Сумкую, умираете и в это время свою аудиторию хороните? А что-то там для подростков снимается параллельно и вас это не интересует?

Семен Горов: Почему не интересует? Просто это не моя аудитория. Я не смотрю фильмы для подростков, я их уже отсмотрел давным-давно, когда я был подростком, тогда мне нравились фильмы для подростков.

Дмитрий Терешков: “Игра престолов” это тоже массовое кино, которое для подростков по-вашему?

Семен Горов: Мне не интересноэ то кино, я смотрел несколько серий.

Дмитрий Терешков: А “Лучшая неделя моей жизни” это что-то глубокое, элитарное?

Семен Горов: Нет, это эксцентричная комедия. Во-первых, это другой жанр.

Константин Дорошенко: О природе смешного. Тут был у нас в стране скандал – дошутился “95 квартал”, что-то не так пошутил. С другой стороны, мне было странно, что кто-то обратил на это внимание, потому что пошутил так как всегда и шутил, на самом деле. Как ты думаешь, есть национальные особенности юмора и восприятие смешного в Украине?

Семен Горов: Я думаю, украинцы очень заточены на юмор, всегда так было. Можно вспомнить, начиная от Гоголя, Квитки Основьяненко, Котляревского, в принципе, вся литература и театр были ориентированы на комедию. Мы всегда говорим Украина и представляем себе полненького усатого мужика и его жену с колотушкой, они всегда смеются, что-то делают. Сам украинский язык очень комедийный. Может, это мой комплекс какой-то, но был такой сериал “Альф” или МТВишный “Бивис и Батхед”, на украинском это намного смешнее звучит. Я не могу объяснить, но почему-то на русском мне меньше смеяться хочется.

Дмитрий Терешков: Это только язык, если заменить их шутки нашими шутками, ничего смешного, там снова будет кум и кума, как в “95 квартале”.

Константин Дорошенко: Понимаешь, да, я согласен с тобой, что украинская культура во многом построена на иронии, на самоиронии. Но возьмем англо-саксонский юмор того же Луи Си Кей, там гораздо больше жестких вещей и они позволяет себе смеяться над тем, на что мы бы сказали: “Боже, святое нельзя трогать”. Например, над больными раком, над суицидом, над реальными проблемами, которые людей приводят в ужас, там могут смеяться. Почему мы не можем?

Семен Горов: Мы пробуем. Я опять возвращаюсь к “Лучшей недели моей жизни” – это адаптация британского сериала, и там есть такие шутки. Например, там погибает собачка, над ней шутят, ее распиливают. Посмотрим, как украинский зритель к этому отнесется.

Дмитрий Терешков: Собачка — это все-таки не тот англо-саксонский юмор, который про Холокост, суицид. Например, если бы вы шутили про солдата АТО, это действительно опаснее. Это может и отрезвило бы как-то украинца?

Семен Горов: Есть так называемый “карманный юмор”. Я не думаю, что какой-то британский умник шутил бы по поводу погибших людей на Фолклендских островах.

Константин Дорошенко: Есть и такие.

Семен Горов: Это “карманный юмор”, это не уровень BBC. И у нас, наверное, такие есть, они шутят в Интернете.

Дмитрий Терешков: Джордж Карлин в Америки или Джимми Карр в Британии, какой же это “карманный юмор”, это как раз уровень BBCи больше.

Семен Горов: И что они шутят о Холокосте?

Дмитрий Терешков: Еще как. Сара Сильверман шутит о Холокосте.

Семен Горов: Ей можно.

Константин Дорошенко: А как это решается, Семен, по-твоему, кому можно, а кому нельзя над чем-то шутить? И может ли быть на территории юмора и иронии какая-то запретная тема? Вокруг “Charlie hebdo” много споров…  Есть ли что-то такое святое что можно шуткой оскорбить?

Семен Горов: Как в любом деле, важно где, когда и в какой аудитории. Одно дело если мы стоим и курим в курилке, это одна ситуация и аудитория, другое дело ты на похоронах шутишь об умершем, третья – на радио, и четвертая – в детском саду.

Дмитрий Терешков: Вот эта третья, на радио, больше всего интересна. Я думаю, что в Украине мы больше всего боимся оскорбить продюсера, рейтинги, к этому, наверное, всегда сводится. Отталкиваясь от аудитории, все-таки она не готова, так вы это понимаете?

Семен Горов: Это, наверное, продюсер думает об этом, у меня нет такого, я об этом не думаю. Я считаю, что украинский зритель ко всему готов, как и я. Но опять же, для каждой шутки есть место и время.  Например, о евреях можно шутить, но где, когда и кому.

Константин Дорошенко: В общем, мы приходим к тому, что, по сути, шутить можно над чем угодно, вопрос уместности. Уместность очень легко проверяется: если ты не уместен, можешь, например, в табло получить.

Семен Горов: Правильно. И чего ты хочешь добиться своей шуткой. Шутка шутке рознь. Есть шутки оскорбительные, а есть, наоборот, которые под маской оскорбительности превозносят.

Дмитрий Терешков: Что касается сериалов, которые нужно снимать, чтобы наконец появились хорошие. Если закрыть глаза на бюджеты, сколько нам нужно времени, что должно происходить здесь? Есть какая-то изоляция культурная, еще какие-то обстоятельства… Куда мы идем и какими темпами? Когда у нас появится какой-нибудь нормальный ситком типа “Идеал” или “Он и она” в Британии. Снятые в одной комнате, это не очень много стоит, это хороший сценарий, два актера…

Семен Горов: Мы над этим работаем. Не в одной комнате, мы снимаем ситкомы…

Дмитрий Терешков: Их сериалы весь мир смотрит, вот в чем разница. Вы работаете и это здорово, это видно, но там смотрит весь мир, а у нас что-то подобное когда произойдет?

Семен Горов: Если сравнивать первые американские сериалы, например, “Династия”. Сколько они шли к сегодняшнему уровню “Игры престолов”? Больше 20 лет?

Константин Дорошенко: Ну да. Чтобы что-то делать, нужно что-то делать.

Семен Горов: Другого пути нет.

Константин Дорошенко: Сейчас, работая над украинским телевизионным продуктом, на кого ровняешься: на польский телепродукт, на российский, на немецкий, на американский? Или у нас вообще свой какой-то путь и не нужно никуда смотреть?

Семен Горов: Мне всегда продюсеры говорят: посмотри этот сериал или этот. Я не смотрю принципиально. Мне хватает своего мира, пусть он ущербный и недостаточный, но мне как-то интереснее в себе черпать образы.

Константин Дорошенко: Но не только ж в себе, ты же, не просто сидя в медитации это все черпаешь. Чем ты вдохновляешься тогда? Ты не сморишь телевидение, не сравниваешь с другим телепродуктом, чем ты насыщаешь себя для того, чтобы тебе захотелось что-нибудь творческое делать?

Семен Горов: Я когда снимаю сцену, я смотрю, как бы это было в жизни. Своей жизнью, своими эмоциями, впечатлениями, опытом своим и своих друзей, шутками, которые рассказывают друзья  или в которых я принимал участие.

Дмитрий Терешков: Хороший финал программы “Циники”. Режиссер Семен Горов был нашим гостем.  Спасибо вам!

Константин Дорошенко: До встречи!