Экс-глава Национальной полиции Украины Хатия Деканоидзе в "Циниках"

Константин Дорошенко: Радио Вести – радио новостей и мнений, программа “Циники”,  с вами Константин Дорошенко и Дмитрий Терешков. Наш гость сегодня один из самых резонансных в последнее время государственных деятелей Украины, Хатия Деканоидзе, которая чуть больше года руководила ей же созданной Национальной полицией Украины. Второй раз она в нашем эфире и это первое радиоинтервью госпожи Деканоидзе после отставки.

Дмитрий Терешков: Здравствуйте!

Хатия Деканоидзе: Здравствуйте!

Дмитрий Терешков: Прежде всего, хотелось бы поинтересоваться, чем вы занимаетесь после отставки? Применяете ли вы где-то сейчас ваши способности, знания и опыт или отдыхаете?

Хатия Деканоидзе: Спасибо большое за приглашение. Я всегда рада с вами общаться. Однако, мне всегда трудно общаться с вашими коллегами с Радио Вести, потому что первое интервью, которое у меня было на Радио Вести – это было интервью с Пашей Шереметом. Я его всегда вспоминаю, как замечательного человека и журналиста. Я очень сожалею, что в течение того времени, когда я  была начальником Нацполиции нам реально не удалось раскрыть дело Паши Шеремета. Чем я занимаюсь? Во-первых, конечно, я продолжаю жить в Украине, потому что я гражданка Украины. Вы помните, наверное, что меня часто обвиняли, что у меня другой паспорт, гражданство Грузии. Нет у меня никакого другого гражданства. Я сейчас занимаюсь проблемами здоровья, которые накопились в течение года. Я очень надеюсь, что в течение нескольких недель эти проблемы уже не будут меня беспокоить. Конечно, съездила на Родину, пообщалась с родителями, потому что я с ними не виделась очень давно. Что касается моей профессиональной жизни, все интересуются, пойду ли я в политику…

Константин Дорошенко:  Да, все говорят о команде Саакашвили.

Хатия Деканоидзе: Я сейчас не состою ни в какой политической партии, и пока такого намерения нет. А что будет в будущем? Вы знаете, жизнь такая замечательная штука, что там, в будущем, произойдет - никому не известно. Может быть, какие-то сюрпризы будут. Я бы, например, в жизни не подумала, что я буду в Украине начальником Нацполиции или буду жить в Украине. Как-то так случилось и я этому очень рада. Я очень рада, что я познакомилась с замечательными людьми, что проработала два года для полиции Украины, что смогла что-то сделать для этой замечательной страны, которую я очень люблю и самое главное для людей, которые очень хорошо понимают, как должен жить современный украинский народ.

Константин Дорошенко:  В общем-то, у нас почему-то до сих пор считается новостью идея того, что специалисты высокого уровня могут работать на правительство разных государств. Я, например, вспоминаю, Марту Кузьму, украинку американского происхождения, которая долго занимала пост главы офиса современного  искусства королевства Норвегии. А сейчас работает в Швеции. По сути, украинцам, если мы говорим о европейском векторе, стоит понять, что действительно высококлассные специалисты порою нанимаются правительствами разных стран, и в этом нет ничего удивительного.

Хатия Деканоидзе: По сути, мы же являлись  и являемся технократами, которые приехали в страну и принесли свой опыт. Вы знаете, моя совместная  история с Украиной началась не с полиции. Если вы помните, я года три назад создала политическую школу CAPS, которая до сих пор существует. В ней мы воспитывали современных лидеров,  привозили лекторов не только из Грузии, но и людей из-за границы, хороших профессоров, которые реально понимают, что значит современное лидерство и руководство. Вы знаете, судьба Грузии и Украины очень связана. Я себя не представляю только технократом. Я представляю себя человеком, который очень волнуется за судьбу и моего народа, где я родилась и выросла, и новой Родины, Украины, потому что у нас общий враг, у нас общее прошлое, мы стремимся к общему будущему. Даже когда я работала в Грузии, мне была не безразлична судьба украинского народа. Самое главное, что сейчас Киев, к сожалению, остается очень важным центром в борьбе против Путина. К сожалению, в Грузии победили и в 2012 и в 2016 пророссийские силы. Вы знаете, что в Молдавии творится, то же самое в Болгарии. При таком раскладе, такие внешнеполитические факторы, Украина и Киев – это очень важный прозападный вектор. И я бы еще сказала, что это очень важный фронт в борьбе против российской агрессии.

Дмитрий Терешков:  После отставки вы заявили, что причиной этого решения стало отсутствие необходимых полномочий для того, чтобы завершить реформу, начатую вами. В то же время говорили, что Порошенко уговаривал вас остаться. Странно, получается, Порошенко не тот, кто мог бы расширить для вас эти полномочия?

Хатия Деканоидзе: Нет, я говорила, что я свою функцию выполнила. Если вы помните мое заявление, которое я  сделала 14 ноября,  я сказала что 7 ноября 2015 года, когда была создана Национальная полиция, я думала, что это была очень трудная должность главы Национальной полиции. Никто не понимал, не знал, как должна работать эта новая структура, какая дорожная карта, как провести реформу не только патрульной полиции, но и самого трудного криминального блока.  Я согласилась, потому что я была уверена и до сих пор уверена, что можно создать какую-то платформу для того чтобы написать какую-то дорожную карту, чтобы реформа продолжалась. И самое главное, чтобы люди понимали, что значит современная гражданская полиция. Я сказала во время моего заявления об отставке, что я выполнила эту функцию. В первую очередь, хочу сказать, что год это очень мало, но мы успели очень много.  Я сказала тогда, когда у меня был отчет перед украинским народом, что мы закончили делать патрульную полицию, мы запустили очень серьезный проект переаттестации, который был абсолютно  новым не только для правоохранительной системы в Украине, но и во всем мире. Мы создали специальные проекты, где мы набирали молодых и новых абсолютно людей через новые образовательные проекты, не только в патрульную полицию, но и в криминальный блок. Создали Управление по правам человека…

Дмитрий Терешков: Вы говорите функция, но в чем функция? Просто начать и не важно, как эта реформа завершиться?

Хатия Деканоидзе: Для меня очень важно, как реформа закончиться. Не только для меня но и для всех наших людей, которые требуют, чтобы в стране функционировала нормальная гражданская полиция, абсолютно аполитичная и которая существует по современным стандартам . Сделать это в течение года, конечно, невозможно. Не только потому, что есть какие-то проблемы внешние и внутренние факторы, самое главное, потому что это очень мало времени. Мне кажется, что после Майдана у страны был шанс сделать радикальные реформы. К сожалению, мы этот шанс упустил. Сейчас, я думаю, время не ждет и радикальные реформы, которые могут иметь место и в полиции и в другой правоохранительной системе, должны продолжаться. Но я бы хотела отметить, что только реформирование полиции ничего не даст. Реформа правоохранительной системы  должна идти не только в полицию, но и в судебную систему, и в прокуратуру. К сожалению, сейчас реформа судебной системы и реформа прокуратуры уже запоздалая. Это всегда является фактором, который оттягивает все эти реформы назад. На фоне общего кризиса, который есть в стране, экономический, социальный,  очень трудно сделать большой прорыв в отдельную полицейскую сферу.

Константин Дорошенко:  Перед тем как мы вернемся к идее, которая совершенно понятно, то реформу полиции невозможно сделать без реформы всей правоохранительной системы…

Хатия Деканоидзе: И без финансовой поддержки.

Константин Дорошенко: Разумеется. Важное слово вы упомянули – “ реваншизм”, действительно существует опасения и реальная угроза того, что после вашего ухода люди, которые не прошли аттестацию, которые были фактически дисквалифицированы из рядов бывшей милиции, захотят реванша, захотят вернуться в органы. Безусловно,  никто не будет спорить с тем, что Украина страна кумовства и коррупции, это вполне возможно. Что будет с ребятами вашего призыва, если вернуться те старые милиционеры? Может начаться очень жесткое неприятное противостояние. Людей, которых  вы набирали на работу, могут постараться вытеснить из полиции, и мы вернемся снова к той милиции, которая будет просто по-новому называться, которая всем давно была отвратительна.

Хатия Деканоидзе: Вы знаете, реваншизм начался не тогда, когда я ушла, а тогда, когда я занимала эту должность и мы провели аттестацию. Помните, мы с вами еще разговаривали на эту тему. Вы знаете, это обычное явление, я так на это смотрю. Да, было очень много проблем, Да, мы очень сопротивлялись и юристы Национальной полиции сделали очень много. Была очень циничная история, что например, мы выигрывали одни и те же суды в Киеве или проигрывали в Николаеве,  выигрывали в Днепропетровске, проигрывали в Ровно, Луцке. Это значит, что разные  судьи принимали разное решение. Был процесс аттестации, комиссии, у  которых  было дискреционное право для того чтобы принимать решение, остается этот человек или не остается. Но принимать решение не так, что мне хочется или мне он нравится, у него красивые глаза или хорошая фигура. Нет, принимать решение на общие материалы, которые мы собрали, которые люди присылали, мы создали специальную базу для этого. Но реваншизм, конечно, был. Если мы хорошо посмотрим, я знаю, что вы как журналисты и как люди, которые очень хорошо понимают всю систему и структуру нашего государства, то вы наблюдаете процесс реваншизма везде. Это не только в полиции было. То, что я слышала и видела, это и в системе здравоохранения, образования… Вообще-то реваншизм старых сил, конечно, набрал оборот после Майдана. Мы должны помнить, почему на Майдан вышли люди. Они не вышли, например, потому что они были голодные, а потому что правительство у них отняло достоинство. Я думаю, что есть одна очень большая проблема у нашей страны, та же проблема была у Грузии, я думаю, она есть во многих постсоветских странах – это совковая структура, совковая система, которую нужно вытеснить не только из госорганов, но и из людей, которые реально занимают какие-то должности. Я думаю, что реваншизм был и будет. Конечно, сопротивление старой системы будет, но самое главное какую позицию будет занимать те люди, которые  будут сопровождать реформу.

Дмитрий Терешков: В том и дело, вы описали одну сторону реванша. С другой стороны, ведь были вы как противодействие, а теперь вас нет на этой должности. Насколько стремительно произойдет откат этой реформы? До этого вы говорили: “я запустила процесс”. Да, вы запустили, вы свою миссию выполнили, а дальше что? Через неделю, другую все по-старому?

Хатия Деканоидзе: Нет, я не думаю, что по-старому. Есть очень серьезный общественный контроль, который я всегда наблюдала, работая начальником полиции. Хочу сказать, что аттестационный процесс мы сделали с помощью общественного контроля. Я до сих пор благодарна этим людям, потому что, несмотря на какие-то разногласия, претензии и критику, все, что они говорили - правильно. Я думаю, что сделать переаттестацию без людей, которые принимали участие с  гражданской стороны, было бы неправильно, и результат был бы нулевой. Второе, мы не должны забывать, что полиция как центральный орган исполнительной власти и руководители Национальной полиции должны отчитаться перед украинским народом, перед налогоплательщиками, которые реально заинтересованы в том, чтобы в стране существовала нормальная гражданская полиция, которая наконец-то когда-то повернется лицом к гражданскому обществу Украины. Я не думаю, что кто-то сразу захочет отката реформ и это будет принято на ура в больших кругах. Третье, вы знаете, очень важно, кто будет руководителем Национальной полиции. Я услышала хорошую новость про то, что будет конкурс на главу Национальной полиции. Не знаю, когда он будет объявлен, но он будет. Очень важно, чтобы  конкурсная комиссия, которая тоже, надеюсь, будет укомплектована с профессиональной точки зрения нормальными людьми и нашими партнерами, и выберет профессионального человека. Человека не из системы, человека, который понимает общую суть и стратегии реформ и человек. Когда ты являешься главой Нацполиции, руководителем большой структуры, ты должен еще заниматься оперативной, рутинной работой, которая иногда занимает большую часть времени. Поэтому очень важно чтобы люди, которые там будут, и которые будут показывать образ и новую модель нового украинского полицейского, что они будут принимать такие законы. А главный закон один – надо создать современную гражданскую полицию. Патрульной полиции не хватает для реформирования общей структуры, еще остается криминальный блок.

Константин Дорошенко:  Как раз ваши критики вас и обвиняли в том, что вы занимались патрульной полицией, а с криминальным блоком, с оперативной работой не справились. С другой стороны, понятно, что за год смешно говорить, чтобы можно было решить все. Однако, как вы прокомментируете эти обвинения?

Хатия Деканоидзе: Вы знаете, критика в мой адрес была очень большая, но я человек, который относится к критике нормально. С другой стороны, зависит, какие люди меня критикуют. Например, меня критиковали старые генералы правоохранительного комитета, которым не нравились мои методы работы. Критиковали такие люди как Григорий Мамка, которые работали в системе очень долго, и им не нравилась новая система, которую мы создавали. Критика – это нормальная история. Что касается криминального блока, есть такой фактор, которого нельзя избежать . Когда была аттестации одна сторона нас обвинила в том, что мы не всех убрали, другая сторона обвиняла, что мы убирали профессиональные кадры и так разрушали систему. Но полиция никогда не может занять золотую середину,  это закон, которого мы придерживаемся. В криминальном блоке сразу уволить следователей, которые работали в Нацполиции, конечно, это невозможно, потому что воспитывать  новых людей очень сложно, это очень долгосрочный процесс. Убрать, например, розыскников, которые  работали несколько лет, на их воспитание тоже понадобится несколько лет. К сожалению, я не успела запустить один очень важный проект –  Полицейскую академию, которая бы подготавливала кадры точечно для Национальной полиции, и следователей, и оперативных агентов. Но мы, например, запустили абсолютно новый подход, когда мы сделали конкурс на вакантные должности в криминальную полицию. Сейчас я уже так помню, что будет новый поток новых следователей, но новые люди, которые бы приходили бы в систему, они бы принесли свежий взгляд, для того чтобы не только очистить систему, но и показывать что есть мотивация, есть нормальная зарплата и сейчас можно работать абсолютно по-другому.

Константин Дорошенко:   Вы говорили о том, что объявлен конкурс на замещение должности главы Нацполиции Украины. Действительно, новость хорошая. Возникает вопрос, будете ли вы членом той отборочной комиссии, которая будет выбирать тех людей, которые займутся вашим делом?

Хатия Деканоидзе: Нет, я не буду членом комиссии.

Константин Дорошенко:  А почему?

Хатия Деканоидзе: Я не думаю, что это корректно, бывшая глава Нацполиции…

Константин Дорошенко:  В общем-то, по-моему, корректно с точки зрения каких-то европейских традиций, совершенно нормально от одного руководителя к другому переходят полномочия.

Хатия Деканоидзе: Я понимаю. Но я так понимаю, что те люди, которые будут подаваться, я же с ними работала. Но я уверена, что членами комиссии будут с профессиональной точки зрения драгоценные для нас представители наших партнеров, которые очень важны, это американские, канадские партнеры. Я помню, что министр то же самое написал несколько недель назад, когда была первая новость о  том, что будет конкурс. Самое главное, что система должна дать шанс тем новым молодым людям, у которых есть амбиции, профессионализм чтобы занять какой-то пост в Нацполиции.

Дмитрий Терешков: Насколько молодым? Анастасия Деева, например, подходит на эту должность?

Хатия Деканоидзе: На должность главы Нацполиции - нет. У Насти другое направление, которым она сейчас руководит. Вы знаете, я была очень молодой, когда пришла работать на госслужбу, мне тоже было 24 года. Я думаю, что не надо бояться молодости. Это абсолютно новая  хорошая история – молодые, которые получили образование за границей, у которых душа болит, у которых очень высокая мотивация и абсолютно другие ценности. Таких людей не нужно бояться. Это абсолютно нормально, когда в систему, которая форматируются, приходят молодые люди. Но самое главное, будут ли у таких людей полномочия для того, чтобы они приняли правильные решения, чего в нашей стране не хватает. Молодости я никогда не боялась и молодые люди абсолютно для меня приемлемы. Вы, наверное, помните, что было очень много бурных обсуждений, что патрульные очень молодые, что у них не хватает профессионализма и.т.д. Каждый человек, который сейчас служит в патрульной полиции, начиная с тех, кого мы отбирали еще в Киеве, я ими горжусь, потому что несмотря на много трудностей, несмотря на то, что было много таких обсуждений, они доказали что полиция может работать честно, нормально и абсолютно во благо украинского народа. Не надо бояться молодости.

Константин Дорошенко:  Здесь соглашусь с вами. Давайте вспомним, сколько молодых людей изменяли лицо мира в свое время, начиная от Александра Македонского. Молодость не является каким-то негативным критерием. Но вы  упомянули важное слово “полномочия”. Насколько будут достаточны эти полномочия?

Хатия Деканоидзе: Да, для молодых, которые придут во власть.

Константин Дорошенко:  Не только для молодых. Давайте вспомним всю историю команды  реформ, этих технократов. У нас был Айварас Абромавичюс здесь и он подтвердил ту идею, что во многом приглашенным иностранным специалистам работать не давали, потому что за них им назначали заместителей, и в, общем, они были во многом связаны по рукам и ногам. Вы, уходя в отставку, тоже сказали, что не видите правильным выбор вашего заместителя на должность нового главы Национальной полиции, поскольку он ангажирован политически. На самом деле, были ли у вас полномочия?

Хатия Деканоидзе: Во-первых, я не оценивала личные качества моего заместителя, который сейчас является исполняющим обязанности начальника Национальной полиции Украины. Я сказала, что я не вижу его как независимого человека, который может руководить независимо Национальной полицией для того чтобы Национальная полиция окончательно в нашей стране стала абсолютно аполитичным органом власти. Вы знаете, не только в нашей стране, полиция – это очень важный фактор развития для страны, как и правоохранительная система. Очень много бурных обсуждений постоянно в нашей стране о том, что страну изнутри сжирает коррупция, что у нас очень много демонов, которых мы не можем победить, что изнутри у нас очень много проблем. Если бы у нас правоохранительная система работала бы нормально, например, прокуратура, которая является самым главным фактором для судебного преследования, то коррупции  было бы гораздо меньше. Судебная система, если можно доказывать правду или то, что человек заработал очень много денег абсолютно беззаконно, это было бы нормальным выходом из положения,  в котором сейчас Украина находится. А самое главное - это последовательность, того, чего,  думаю, нам не хватает. Есть  бурные обсуждения, есть очень много каких-то  разногласий внутри общества, что правоохранительная система синтезно не работает, коррупцию не побороть… Но какие решения, какая последовательность?  Я этой последовательности не вижу. Что касается Национальной полиции, я сказала что отдельно реформировать… Когда, например, рука болит – мы делаем общий анализ крови для того чтобы вычитывать, что болит у организма, отдельно мы не можем починить руку и потом обратно пришить. Так я рассматриваю синтезность правоохранительной системы. Что касается полномочий, я говорила о том, когда мы обсуждали молодость, люди начинают с 24  или после студенчества, молодые профессионалы, которые придут во власть, я за это и это абсолютно правильно. Просто я говорю о том, что дадут ли им полномочия для того, чтобы они принимали  решения. К сожалению, неоднократно говорилось о том, что очень многие технократы оставили свою должность. Мне очень жаль, что такие как Айварас, Наталья Яресько ушли, Давида Сакварелидзе выгнали. Были какие-то моменты, которые нашу страну не показывают  в хорошем свете.

Дмитрий Терешков: Вы выразили надежду на то, что новый глава полиции будет правильно избран на этом конкурсе. Каким бы он не был хорошим и правильным, в любом случае ему понадобятся деньги. Вам деньги доноры давали легко. Насколько легко будут давать не иностранным специалистам, украинцам, которые, в общем-то, видятся всему миру как по умолчанию коррумпированные и погрязшие в коррупции?

Хатия Деканоидзе:  Я думаю, что это неправильная формулировка, когда мы говорим  о том, что деньги выдавались под конкретного человека. Международная техническая помощь – это самая правильная формулировка.  Вы знаете, наши партнеры выделяют техническую помощь для развития Национальной полиции Украины, несмотря на то, какой будет человек. Самое главное чтобы этот руководитель, который будет очень важной персоной в нашей стране, не потому что статус, а потому что он или она будет отвечать за безопасность наших граждан, чтобы этот человек и весь руководящий состав показывали правильный вектор для развития Национальной полиции Украины. Только в течение года мы запустили около 49 международных проектов, это очень много, начиная с тренингов,  заканчивая оборудованием и формой для патрульной полиции. У нас было очень много проектов, которые реально предусматривали переобучение новых, и переквалификацию так называемых старых сотрудников. И наши доноры, наши партнеры очень много с нами работали, чтобы эти люди, которые работали в системе 20-25 лет или даже 5 лет,  принимали новые стандарты, которые существуют в полицейском институционализме. Мы абсолютно переформатировали образовательную систему, внедрили современную методологию, работали с очень многими донорами,  начиная с ОБСЕ, заканчивая нашими канадскими партнерами. Вы знаете, что несколько месяцев назад было объявлено, что Канада выделяет около 8 миллионов долларов для того чтобы внедрить новые проекты и новые программы в Национальную полицию. Самое главное – это правильный вектор. Поверьте мне, если будет правильный вектор и если у наших партнеров не будет никаких вопросов относительно того что Национальная полиция развивается не  в правильную сторону, конечно, международная техническая помощь не будет выделяться под конкретного человека. Наши партнеры так не работают.

Константин Дорошенко:  Когда вы ушли в отставку, с очень интересным комментарием выступил наш известный правозащитник, активист организации “Соціальний рух”, Владимир Чемерис. Он, в частности, высказал предположение:

“Симптоматично, что отставка руководителя полиции состоялась в преддверии широких акций социального протеста. Похоже, пани Хатия не захотела брать на себя ответственность за подавление свободных мирных собраний, которые уже анонсировали украинские силовики”.

Мы снова возвращаемся к вашему разговору с президентом Порошенко. Можете ли вы подтвердить или опровергнуть ту ситуацию, что вы в какой-то сложный момент, когда действительно полицию могли использовать для подавления свободных собраний, решили не портить свою международную репутацию?

Хатия Деканоидзе:  Никогда ни один человек из кабинета, начиная от президента, со мной не разговаривали о том, грубо говоря, как притеснить права человека во время мирных собраний и демонстраций. Это не было вопросом обсуждения, когда у нас был разговор перед моей отставкой. Наоборот, я больше скажу, в течение года Национальная полиция доказала, что когда мы говорим о том, что  полиция немножко показала человеческое лицо и повернулась к людям, что мы смогли проводить очень большие, мирные манифестации и демонстрации по современным стандартам. Помните, например, когда у нас был “Марш равенства” и Национальную полицию Украины хвалили не только представили ЛГБТ-сообщества, даже была большая статья в NewYorkTimes, что в Украине это был первый “Марш равенства”, когда полиция обеспечивала нормально по всем цивилизованным стандартам права всех участников демонстрации.  Я очень горжусь, что многие полицейские были задействованы в этой демонстрации. Это были не только патрульные, которые пришли в старую систему абсолютно с другими менталитетом, но и люди, которые работали в системе и, может быть, у них были какие-то другие взгляды на это. Я до сих пор очень хорошо оцениваю работу господина Крищенко, начальника Киевской полиции, он хорошо обеспечивает безопасность мирных демонстраций в Киеве. Я думаю, что в течение года мы показали, как можно работать с людьми, которые выражают свою позицию.

Константин Дорошенко:  Но эта позиция ваша и Национальной полиции вызывала и критику у консервативно настроенных слоев населения, у правых сил, которые выступают за традиционные ценности. В данном случае, наверняка, было определенное противостояние и внутри системы, которой вы руководители. Не секрет, что ваш заместитель, Вадим Троян, который сейчас исполняющий обязанности главы Нацполиции, как раз человек традиционных взглядов. Он близок к батальону “Азов” и как раз не из тех,  а мы знаем, что было много людей подобного плана и настроения, которые как раз протестовали против “Марша равенства” и говорили о том, что нам эти непонятные ценности не нужны, они противоречат украинским традициям.

Хатия Деканоидзе:   Нет, во-первых, Троян, который сейчас исполняет обязанности главы Нацполиции, в течении нескольких месяцев руководил криминальным блоком Национальной полиции. Это не общественный блок, который занимается обеспечением безопасности правопорядка во время таких массовых мероприятий. Несмотря на то, какие взгляды представляет человек, люди, которые продолжают работать в Национальной полиции – они полицейские. В законе точно расписано, что полицейские  не могут занимать ни одну политическую сторону, не должны состоять ни в одной политической партии или симпатизировать какой-то политической силе. Давайте вспомним еще Крестный ход, который  длился не один день, а полтора месяца.

Константин Дорошенко:  И провокаций было много.

Хатия Деканоидзе:  У нас была информация о провокациях, но полиция сработала замечательно. И не только киевская городская полиция, но и полиция в областях. Самое главное, есть меры закона о том, как должен действовать полицейский во время массовых мероприятий. Но закон один для всех. Например, люди, которые принимают участие в марше или представляют какую-то сторону, как они должны себя вести чтобы не провоцировать полицейских или не нарушать закон. Если кто-то нарушает закон, в таком случае закон должен быть один для всех. Например, помните когда у нас была ситуация на стройке на Святошино, когда у нас побили полицейского, а потом суд отпустил человека, который побил этого полицейского. Я была против таких судебных решений, потому что это показывает полицейскому что закон, судебная система и государство не могут защитить полицейского.

Дмитрий Терешков: Возвращаясь к Вадиму Трояну, выходит, что личность руководителя не очень то большое значение имеет, если говорить о внутреннем функционировании полиции сейчас?

Хатия Деканоидзе:  Личность, конечно, имеет значение. Во-первых, человек, который будет руководить полицией, я, кстати, очень надеюсь, что это будет она, должен иметь абсолютно стратегический взгляд, куда идет Национальная полиция и как ее развивать. В первую очередь, конечно, перебороть старую систему, которую до сих пор многие люди считают незаменимой. Когда мы после создания Нацполиции заговорили об институте детективов,  многие меня критиковали, мол, как можно так поступить с уголовным блоком, уголовным розыском, соединить следствие и розыск. Вы знаете, такая структура  работает во всех цивилизованных странах, и у нас в Грузии она работала. Кстати, тоже было сопротивление Грузии, когда мы соединили эти две структуры, потому что мы создали таким образом универсального полицейского и сократили бумажную работу. Я не знаю, какая сейчас судьба этого проекта, но 1 декабря мы хотели запустить экспериментальный проект в Киевской области по слиянию розыска и следственного блока. Но, честно говоря, это было бы хорошим решением для того, чтобы оптимизировать криминальную полицию, выбрать нормальных людей, которые работают и в том ,и в другом блоке, и тоже оптимизировать их. Есть одна истина, которую не стоит забывать, голая и голодная полиция, конечно, не может работать эффективно. У нас на дворе уже XXIвек и без хорошей электронизации полиции невозможно вести хорошую оперативную работу. Поэтому современные стандарты очень зависят от бюджетирования Национальной полиции.

Дмитрий Терешков: После ситуации в Княжичах, где погибло 5 полицейских, Авакова упрекали в молчании, он тогда был с официальным визитом в Канаде. В связи с этим событием и на фоне общего недоверия к Авакову, много обсуждалась его отставка, якобы она необходима. Сколько плюсов и минусов, по-вашему, в отставке Авакова сейчас?

Хатия Деканоидзе:  Насколько я помню, отставку господина Авакова уже обсуждают очень давно. Я два года уже нахожусь в Украине и часто это слышала.

Дмитрий Терешков: Так что, пора ему в отставку, если так долго обсуждают?

Хатия Деканоидзе:  Это не мое  решение, его должна принимать Верховная Рада. Должна отметить, что для меня стала очень душераздирающим случаем эта перестрелка, когда погибли 5 полицейских. Одна жизнь полицейского – очень важна для государства, особенно для моих бывших коллег. Я до сих пор не услышала доскональную информацию того, что там случилось. Я очень надеюсь, что украинский народ, перед которым должна отчитываться полиция, услышит наконец-то нормальную версию, того, что там произошло. Это обсуждалось много раз, потому что это очень важно для будущего обсуждения реформирования полиции.

Дмитрий Терешков: Спасибо! Нашим гостем была Хатия Деканоидзе, экс-глава Национальной полиции Украины.