Константин Дорошенко и Дмитрий Терешков. Фото L’Officiel Hommes

Константин Дорошенко и Дмитрий Терешков - о том, что такое время

В 28 номере журнала L’Officiel Hommes (Украина) Зима 2016/2017 вышло интервью с ведущими программы «Циники» на Радио Вести Константином Дорошенко и Дмитрием Терешковым: Цинизм и время.

Беседовала с ребятами Елена Коваль.

- Что для вас означает понятие времени, если говорить глобально?

Константин Дорошенко: Честно говоря, для меня лично «время» не имеет значения. То, что происходит в твоей жизни в данный момент, намного важнее того, что произошло в прошлом или что ты можешь себе придумать в будущем.

Это касается и репутации. Потому что репутация - это то, что ты актуализируешь своими действиями «здесь и сейчас». Ни­какие прошлые заслуги, награды, премии не имеют значения. Важно то, каков ты сегодня, кто рядом с тобой и где ты на­ходишься сейчас. Поэтому время - это для меня некая метафора.

То же самое, кстати, касается и возраста. Я не верю, что старший человек мудрее, а тот, кто младше, - слабее. Фактор времени тут очень надуманный.

Дмитрий Терешков: Суета возникает там, где есть излишняя ориентация на вре­мя, а с другой стороны, например, инерт­ность. И первое, и второе лишает нас «здесь и сейчас», но окунает в некую виртуаль­ность. Животным такое не свойственно. На такое только человек способен. «Время» - это слишком человеческое.

Константин Дорошенко: Для чего, собственно, нам о времени думать? Время связано с плани­рованием чего-то, а планирование - вещь достаточно скучная.

Еще время связано с такой опасной вещью, как «срок годности». В данном контексте мне очень близок подход французского экономиста и философа Жоржа Батая. Он говорил, что человеку все свойственно превращать в вещь, в том числе чувства и отношения. Потому что, когда мы говорим о любви «на веки вечные» или «до гроба», - это уже срок годности. А любой срок год­ности все обращает в продукт и товар.

- Но ведь мы не можем недооценивать время, да и репутация - это своеобраз­ный шлейф из ситуаций и действий, который ты всегда оставляешь за со­бой. Он наслаивается с каждым днем, и невозможно воспринимать человека вне его опыта и поступков. Или вам это все же удается?

Дмитрий Терешков: Невозможно воспринимать человека вне его опыта и поступков в про­шлом, но можно подводить его к новому опыту и новым поступкам, если не акцен­тировать на его прежних достижениях, поражениях. Человек способен переступать прошлое. Или не способен - так рождается фанат. Мозг нам для того, чтобы попы­таться увидеть человека или ситуацию вне рамок, вне этого шлейфа.

Константин Дорошенко: Человеку свойственно прирастать к собственному опыту. Вам наверняка известно, что существует масса тренингов, на которых бизнесменов учат забывать о своих достижениях и опыте. Особенно на послесоветской территории, где люди, добившиеся больших успехов и высот, стопорились на определенном этапе. А больших успехов они достигали именно за счет того, что у них не было предыдуще­го опыта - не было ограничивающих идей. Когда человек приходит к некоей цели, он пытается повторить предыдущие ходы, но повторять - это очень часто означает топтаться на месте. А вот отказаться от известного опыта - значит, не застывать, идти вперед. И в бизнесе, и в жизни.

- Если провести некий срез, как эволюци­онировала ваша программа с момента старта до сейчас?

Дмитрий Терешков: «Циники» менялись столь­ко, сколько менялись мы. Где-то течение ускоряется или замедляется, а где-то целое направление в один момент меняется. Так было, когда мы перестали поднимать темы и взялись за персоналии, например. Но так как эволюция - это естественный процесс, а не программный, для нас не представля­ется интересным делать глубокий анализ вчерашнего дня, работу над ошибками и статистику прироста аудитории. Мы эволюционировали, а как это происходило полгода назад, как происходило вчера, уже не имеет значения.

Константин Дорошенко: Эволюция больше связа­на с нашими мотивами. Это всегда интерес к себе новому, которого ты не знаешь в данный момент. А какой ты будешь через время - нынче не представляет особого интереса. Каждый месяц, каждая програм­ма выливаются для нас и для слушателей во что-то новое. Но в том, как мы видим слушателя, ничего не меняется. Потому что мы всегда доносим себя, свое видение на вещи - и это единственная наша цель.

За последнее время в медиа весьма измени­лись подходы. Те, что были актуальны еще в нулевых годах, - подходы с пониманием формата, с навыками подачи информации, как ее продать и «упаковать» потребите­лю - это все меньше работает сейчас. Чем больше развиваются социальные сети, тем больше включаются не товарные отноше­ния, а эмпатические. Отношения, которые вызывают у потребителя информации желание сопоставить себя с информа­ционным продуктом, ощутить себя на своей территории. То есть мы заставляем читателя, слушателя ассоциировать себя с тем, о чем он читает и что слушает. Сейчас людям не нужна просто информация. При запуске «Радио Вести» людям просто не­обходимо было получать информацию - в стране каждые полчаса происходили не­вероятные события: Крым, Донбасс, Киев, президентские выборы и т. д. Слушате­лям хотелось немедленно знать последние новости, и мы их давали каждые 15 минут. Сегодня же они перекормлены новостя­ми. Во многом успех нашей программы в том, что мы не создаем стену между собой и слушателем. Не боимся делать оговорки, не знать все на свете и ошибаться. Поэто­му живой слушатель чувствует равенство. Даже если наши взгляды провокационны для большинства, все равно происходит эмпатия - человек отождествляет себя с информацией. Не потребляет ее, а живет в ней. У нас нет заготовок, инсценированных моментов, мы никогда не подыгрываем слушателю. Это нравится людям, потому что они и так сыты инспирированным продуктом: начиная от шоу «За стеклом» и заканчивая Савиком Шустером. Наша программа никогда не была нацелена на скандал. Потому что цинизм - это не про скандал, это больше про реализм.

Во многом он - цинизм - основан на фило­софии Диогена, древнегреческого мысли­теля, который противостоял Платону - че­ловеку идей. Диоген же обращал внимание Платона и своих сограждан на реальный мир и положение вещей. Нынешним язы­ком Диогена можно назвать перформером. Многие вещи, которые он себе позволял, попали бы сейчас под комиссию по за­щите морали, но все это было о жизни, о настоящем. Вот программа «Циники» о том же, говорим ли мы о политике, экономике, религии или гендере.

- Как вы считаете, время по своей сути цинично?

Константин Дорошенко: Скорее оно абстрактно. Цинично в том плане, что слишком прав­диво? Нет, время - это не о правде. Кто-то за пять лет стареет больше, чем другой за десять. Кто-то за год жизни переживает больше, чем другой за три. Поэтому время абстрактно и очень неправдиво. А цинизм - правдив.