СЛУШАЙТЕ РАДИО «ВЕСТИ» ГДЕ УДОБНО И КОГДА УГОДНО!
стенограмма

"По служебному биометрическому паспорту уже можно ездить в ЕС без визы"

"Тема Калныша"Пятницкий: "Украинский шоколад сможет конкурировать с бельгийским"

Стенограмма эфира "Героя дня" на Радио Вести

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: В рамках программы сегодня с огромным удовольствием представляю вам Валерия Пятницкого, правительственного уполномоченного по вопросам европейской интеграции. Валерий Тезиевич, добрый вечер!

Валерий ПЯТНИЦКИЙ, правительственный уполномоченный по вопросам европейской интеграции: Добрый вечер!

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Могу сказать, что встречаемся мы с вами по очень приятному поводу, потому что с сегодняшнего дня начали действовать автономные преференции. Давайте с этого вопроса поподробнее. Потому что вы теперь частый гость в регионах, вы объясняете украинскому бизнесу преимущества этого явления. Вот давайте всем слушающим теперь поподробнее.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Спасибо. Я действительно думаю, что это уникальная возможность, когда можно не в одном отдельном регионе, а, наверное, обратиться к слушателям многих регионов сразу. С 23 числа, с сегодняшнего дня, начали действовать со стороны Европейского Союза автономные преференции, которые касаются, прежде всего, товаров. И это та часть соглашения, которая предполагает… будущего соглашения о свободной торговле, которая предполагает постепенное снижение таможенных пошлин. Европейский Союз в одностороннем порядке снижает эти пошлины, снизил с сегодняшнего дня. Украина не должна этого делать. Этот режим будет действовать до 1 ноября этого года, что позволит уже сегодня, с сегодняшнего дня и, естественно, в ближайшее будущее украинским производителям всех товаров – и промышленных, и сельскохозяйственных – экспортировать в Европейский Союз свою продукцию практически по многим позициям, по большинству позиций с нулевой пошлиной. Вы можете себе представить, когда те или иные пошлины составляли 5, 10, 15%, а вы уже с сегодняшнего дня можете эту же продукцию экспортировать с нулевой пошлиной. Более того, если мы говорим по сельскому хозяйству, то многие пошлины составляли не 5-10%, это и 50, и 100 и так далее. То есть если вы экспортируете продукцию агропромышленного комплекса, вы получаете как бы еще большую перспективу для наращивания торговли с Европейским Союзом.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Нет худа без добра, как и нет добра без худа, сказала бы я так, потому что вот эти новости о том, что Россия отказывается от украинского картофеля с конфетами, с кондитерскими, с шоколадом, с кондитерской продукцией все еще у нас проблемы с Россией. Означает ли это, что, осваивая европейские рынки, мы теряем рынок российский?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, это абсолютно не означает. Более того, это означает то, что мы достаточно успешно сможем выходить и на третьи рынки. Сегодня в Украине торговля так сложилась за последние годы, что, конечно же, рынок СНГ для нас очень важный, и во многие периоды у нас составлял экспорт где-то порядка более одной трети, Европейский Союз – где-то порядка 30%, остальной экспорт – в другие страны. То есть торговля, в общем-то, достаточно диверсифицирована.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Но вы подсчитывали убытки?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Да. Как вы понимаете, что если вы теряете какой-то один из таких больших рынков – 30%. Что такое 30%? В прошлом году мы экспортировали товаров, всех товаров на 80 миллиардов долларов. Вот представим себе, что мы потеряем одну треть. То есть это 27 миллиардов долларов невозможно экспортировать. Естественно, что, во-первых, мы не прекращаем торговлю ни с Россией, ни с другими странами-членами СНГ. Она действительно сокращается, сокращается по многим направлениям. Прежде всего, по промышленным товарам. И это продукция машиностроения не в последнюю очередь, а, наверное, в первую очередь. По сельскому хозяйству мы также являемся очень крупным поставщиком продукции на рынок и Российской Федерации, и других стран-членов СНГ. Но продукция сельскохозяйственная или агропрома – она, в общем-то, востребована сегодня очень в мире. Поэтому здесь я думаю, что каких-то озабоченностей существенной у наших производителей не должно возникать. А вот что очень важно в нашем сотрудничестве с Европейским Союзом – то, что необходимо также повышать качество своей продукции. То есть когда мы говорим о нашей гармонизации правил санитарного, фитосанитарного контроля, ветеринарного контроля с европейскими правилами, то это будет означать, что, прежде всего, эта продукция будет и более высокого качества на внутреннем рынке, естественно, она будет поставляться на рынок Европейского Союза и, безусловно, на рынки третьих стран.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Изменения в цене это понесет за собой?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, например, наши производители одни из первых, кто сегодня может воспользоваться уже преференциями со стороны Европейского Союза – это производители птицы и, прежде всего, естественно, производители куриного мяса. Они прошли все процедуры аудита, те, кто уже сегодня может экспортировать, и их уровень контроля за качеством безопасности продукции таков, что европейский требования не являются для них проблемой. Конечно, это крупные производители. Знаете, с точки зрения рекламы, я думаю, что я не буду называть этих производителей, но они есть. И это, как правило, вертикально-интегрированные структуры, которые контролируют качество своей продукции, начиная, допустим, с производства корма для птицы и заканчивая поставкой в торговые сети, то есть переработкой соответствующей и так далее. Вот они сегодня могут безусловно поставлять на европейский рынок, на третьи рынки, что они успешно сегодня и делают.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну хорошо. А поставляя продукцию, сельскохозяйственную в том числе, в Россию, мы можем пренебречь какими-то правилами? Потому что вы как-то обмолвились до начала эфира, что у России могут быть вопросы, и, в принципе, не беспочвенные к продукции украинской.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, когда мы говорим о качестве, безопасности продукции, особенно сельскохозяйственной, животного происхождения либо растительного происхождения, то мы не должны забывать, что животные являются объектами, которые поражаются теми видами заболеваний, и то же самое растения и так далее. Поэтому здесь, безусловно, обеспечение очень четкого контроля, очень четкой системы контроля как на государственном уровне, так и на уровне отдельных предприятий – оно просто крайне необходимо. Другое дело, что в Российской Федерации очень часто происходит зачастую подмена своего рода понятий, такой своеобразный микс, когда правила санитарного, фитосанитарного контроля, ветеринарного – они смешиваются с правилами или с требованиями технического контроля. Технические правила или техническое регулирование – оно относится к промышленной продукции. Вот, к сожалению, в Российской Федерации произошло такое уникальное смешение, когда, с одной стороны, у них есть обязательства в рамках ВТО, когда эти системы должны быть четко разделены и, естественно, четко определены полномочия тех или иных контролирующих органов. Если мы говорим о контроле за пищевой продукцией, это, прежде всего, контроль на рынке. То у нас это сделано, у нас это работает. В Российской Федерации зачастую это микс и это просто зачастую такие субъективные требования выдвигаются к той или иной продукции. Хотя я не хотел бы говорить о том, что, допустим, те сообщения, которые появились по картофелю, они являются беспочвенными. У меня нет оснований ни доверять, ни опровергать на сегодняшний день или данный момент. Потому что понятно, что если мы покупаем картофель на рынке или мы покупаем в сети супермаркета, у любой домохозяйки тоже могут быть нарекания на ее качество и так далее и тому подобное, как она хранилась. Потому что, безусловно, тот или иной продукт – он не только сам по себе является переносчиком, допустим, какого-то заболевания, но очень многое зависит от того, как хранилось.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну хорошо. Означает ли это, что как только у нас будут… Имея теперь за спиной возможности реализовать нашу продукцию в Европу, означает ли это, что мы будем громко хлопать дверью перед российским рынком и уходить?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, громко хлопать дверью перед любым рынком, я думаю, абсолютно не стоит. Вы знаете, мы за последнее время заключили несколько соглашений о свободной торговле с целью, в общем-то, диверсифицировать свою торговлю. Есть среди таких стран, с которыми мы заключили соглашение, это Черногория. Черногория – небольшая очень страна, то есть 600 тысяч население. Летом это увеличивается до 6 миллионов. Это 6 миллионов потребителей продуктов питания. Можно этим пренебречь? Я считаю, что, с одной стороны, да, казалось бы, можно пренебречь. Но для целого ряда производителей это тоже очень интересный рынок. Это и рынок продуктов питания, это рынок воды, это рынок пива и так далее и тому подобное. Поэтому такой рынок, каким является рынок Российской Федерации или рынок вообще стран СНГ, я думаю, что нам не стоит пренебрегать. Другое дело, что это не должно превращаться в такое, знаете, потакание произволу, которое зачастую применяется по отношению к украинским продуктам.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Вы со стороны России имеете в виду?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Со стороны России и, в общем-то…

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А что, хотите сказать, что Европа более лояльна к продукции из Украины?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, если мы говорим о Европе, я не говорю о том, что она лояльна или она лояльно относится к контролю качества. Европа очень жестка с точки зрения контроля качества, но здесь это происходит потому, что есть очень высокая степень ответственности различных органов – тех же страховых компаний и так далее. То есть построена такая многоуровневая система защиты прав потребителей. А вот с точки зрения России это зачастую просто произвольное применение тех или иных как бы инструментов недопущения на рынок. То есть зачастую техническое регулирование или санитарное, фитосанитарное используется как барьер, а не как обеспечение качественной продукции своих же потребителей или как бы безопасной продукции своих потребителей. Потому что происходит зачастую такой, знаете, дифференцированный подход: к своей продукции эти требования не выдвигаются, они выдвигаются искусственно к какой-то чужой продукции.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Каждый должен защищать свое.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Это не защита. Вы знаете, с точки зрения международной торговли это просто прямой произвол и дискриминация.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Жестче конкуренция где?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, она жесткая, в общем-то, на всех рынках. Иногда очень странно слышать, что, допустим, наша машиностроительная продукция не будет пользоваться на европейском рынке никаким спросом в силу того, что она более низкого качества, то есть с более низкими потребительскими свойствами и так далее. Но вот она пользуется почему-то повышенный спросом на российском рынке. Это иллюзия.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Что именно?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Это любая продукция машиностроительная, которая относится… Вот у нас очень много сегодня нареканий, что не покупают вагоны, не покупают какое-то оборудование для тяжелой промышленности, станки и так далее и так далее. Получается таким образом, что зачастую создается иллюзия, что российский рынок, он не требователен с точки зрения качества, с точки зрения эффективности. Но это не совсем так, потому что у россиян есть выбор. Они могут покупать в Германии, они могут покупать в Японии и так далее, могут покупать в Украине.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Но мы, наверное, продаем дешевле?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, это такое сочетание цена-качество, естественно. То есть если это отвечает базовым потребностям потребителя любого – или конечного потребителя, как мы с вами, или промышленного потребителя – и плюс это более доступная цена, очевидно, это могут купить в первую очередь. Но это не будет, знаете, пренебрежение вообще любыми требованиями к качеству и безопасности.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: О правилах конкуренции в Европе, в России и в Украине поговорим в следующем блоке. Оставайтесь с нами.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Мы говорим с правительственным уполномоченным по вопросам европейской интеграции в том числе и о правилах конкуренции на европейских рынках. Валерий Тезиевич, еще раз добрый вечер!

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Добрый вечер!

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Нас так долго убеждали, особенно после провала вильнюсского саммита, провала подписания соглашения об ассоциации с Европейским Союзом, на убеждал на то время и премьер Азаров, и Президент Янукович в неготовности Украины к подписанию подобных соглашений. В чем определялась и кто мог определить эту степень готовности? Тем более, что вы сейчас полны оптимизма и говорите, что это абсолютно победа – сегодняшние события об автономных преференциях. Вот это правило конкуренция. Готов ли вообще украинский бизнес инвестировать, реформировать, внедрять инновации для того, чтобы соответствовать эти пресловутым европейским стандартам?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, на счет победы я не говорил. Я говорил о том, что это, наверное, все-таки возможности. Потому что мы в данном случае ни над кем не собирались одерживать победу. Победу над самим собой. Если мы сможем действительно воспользоваться этими преференциями…

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Валерий Тезиевич, в духе времени нужно довольствоваться даже такими маленькими победами в торговых войнах в том числе.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Знаете, на счет автономных преференций что интересно – что в начале ноября, даже в конце октября мы предложили европейским коллегам о том, что давайте введем ассиметричный подход, и о том, что Европейский Союз начнет раньше выполнять соглашение о свободной торговле. В тот момент европейцы отказались.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Почему?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, уровень, наверное, недоверия к любым действиям на то время и правительства, и вообще власти Украины был настолько высок, что существовало, наверное, опасение у наших партнеров, что вообще мы собираемся выполнять это соглашение или вообще его подписывать. В общем-то, этим и завершилось. То есть соглашение не было подписано.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Подозрения не были беспочвенны, да?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Очевидно, да, как показала история. Но вот те аргументы, что мы не способны или мы не сможем работать на европейском рынке – очевидно, они не имеют под собой такого серьезного основания. Безусловно, один из аргументов был то, что мы потеряем российский рынок, что Россия введет ограничения на украинские товары, которые будут поставляться на российский рынок. Но это же не является объяснением того, почему мы не можем работать с Европой. Я уже говорил о том, что где-то 30% нашей торговли осуществляется с Европейским Союзом, и, в общем-то, экспорт достаточно большой. И это разные абсолютно отрасли, это не только сельское хозяйство. Даже больше это как раз промышленные товары. Это металлургическая продукция, это химическая, это продукция легкой промышленности. Поэтому это как бы достаточно разнообразно, это та же деревообрабатывающая промышленность, то есть разные. Мы зачастую, знаете, называем то, что мы экспортируем туда, сырьем. Но, в общем-то, тут главный вопрос о том, что мы производим у себя внутри. Потому что мы экспортируем то, что производим. Если наши предприятия сегодня ориентированы в тех или иных сферах на производство все-таки каких-то полуфабрикатов или сырьевых позиций, то это такова сложилась структура нашей экономики и нашей промышленности. И здесь нужно вспомнить о том, что мы за 20 лет, может быть, в некоторых случаях не трансформировали свою экономику на какие-то замкнутые циклы. Да, мы ориентировались, допустим, на ту экономику, которая нам досталась от советского еще периода. И во многом вот эта ситуация нашей кооперации с Российской Федерацией – это последствия нашего советского прошлого. С одной стороны, это недостаток, с другой стороны, это тоже и сильная часть. Потому что невозможно все циклы создать у себя в стране. Кооперация вообще на мировых рынках – это нормальный абсолютно процесс. И сегодня, когда мы говорим о Европейском Союзе, это тоже не вопрос поставки просто каких-то конечных товаров. Более перспективно это вхождение в какие-то цепочки, технологические цепочки. Даже если посмотреть на правила происхождения товаров, то что интересно? Что товары будут пользоваться преференционным доступом на европейский рынок, например, если, допустим, 30% будут комплектующих европейских, 30 украинских, 40% из других стран, вот кумулятивно это будет 60% происхождение из Европейского Союза и из Украины, и эта продукция будет пользоваться преференциями на европейском рынке. Это будет касаться и машиностроительной продукции, это будет касаться практически любой продукции, которая будет поставляться на европейский рынок. Что очень важно, что Европейский Союз имеет широкую сеть соглашения о свободной торговле. Сегодня 25 таких соглашений. И вот действуют так называемые кумулятивные правила по происхождению, когда кумулируются в одном изделии, скажем, комплектующие из разных стран, которые входят в эту систему кумуляции. И на всем этом пространстве тогда действует преференционные правила. И в эту систему входят и страны Северной Африки, это все практически страны Европы, с которыми у ЕС есть соглашения о свободной торговле. То есть мы, попадая на рынок Европейского Союза, не ограничиваемся только этой территорией. Мы получаем очень широкий доступ.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Возможности широкие, да. Но выдержим ли мы конкуренцию? Вот вы любите сладкое?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Да, безусловно.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А вот теперь скажите мне честно и откровенно, выдержит ли конкуренцию украинский шоколад в соотношении с бельгийским, например?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Абсолютно.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Да ну!

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Более того, вы знаете, уникальная совершенно вещь, что это одна из тех отраслей, которая первая предложила полное открытие рынка. То есть Ассоциация производителей кондитерских изделий предложила такую инициативу, которую европейцы, наверное, даже с опаской восприняли в свое время, это несколько лет было назад, когда с обеих сторон страны могут открыть одновременно рынки. То есть такая инициатива "ноль на ноль". Пошлина с украинской стороны ноль и сразу же с европейской стороны. Европейцы на это пошли, то есть мы их убедили, что это будет выгодно для обеих сторон. Да, это будет повышенная конкуренция. Более того, у нас есть соглашение со странами EFTA, куда входят Швейцария, Норвегия, Исландия, Лихтенштейн. Швейцария тоже известный производитель шоколада и кондитерских изделий. Швейцарцы тоже готовы открыть точно по такому же принципу свой рынок. Поэтому кондитерская отрасль была своего рода пионером. То же самое сделали, например, наши производители продукции легкой промышленности. То есть у нас такая же инициатива "ноль на ноль".

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Хорошо. Почему у России тогда постоянные вопросы к украинскому шоколаду? Что там такое?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, эти вопросы, они как бы спонтанно возникают. Вы помните, сначала были претензии о том, что там пальмовое масло. Но опять же, когда мы говорим о рецептуре того или иного изделия, вопрос же не в том, какие ингредиенты там находятся. В общем-то, основной вопрос – насколько это безопасно для жизни и здоровья того, кто будет потреблять ту или иную продукцию. И оно соответствует как раз тем или иным требованиям по безопасности.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Есть поговорка такая у русских: что хорошо русскому, то немцу – смерть.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, в свое время по сыру тоже была одна из претензий, что сыры должны все соответствовать каким-то совершенно четким правилам, даже техническим регламентам, или тем рецептурам, которые понятны для россиян. Но в Европе сколько сыров, столько и рецептур. И в Европейском Союзе контролируется как раз безопасность продукции для потребления, а не то, как оно создано.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Но подождите. Мы готовы менять, скажем, рецептуру в том числе? Потому что иногда тот сыр, который продается у нас, в Европе ни что иное как сырная паста. Или наоборот, вот у нас…

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Безусловно. Если это будет, скажем, поставляться на европейский рынок, очевидно, как бы и надо будет называть тот продукт своим именем. Потому что вопросы как бы по каким-то там консистенциям и так далее, требования к тому или иному продукту могут быть абсолютно разные. Более того, могут быть вкусовые предпочтения. Вот мы вспоминали про кондитерскую отрасль. Если мы выйдем с конфетами "Ромашка", попытаемся выйти на европейский рынок. Что такое для потребителя европейского конфета "Ромашка"? Ничего. Непонятно. Это не вкус детства. То есть мы все сформировали свои предпочтения с детства. Для нас это вкус детства. Или сгущенка для нас – это вкус детства. Для них это ни о чем. То есть поэтому либо мы попадаем в ту нишу, которая знакома для этого потребителя, и мы как бы делаем свой товар, знакомый по своим вкусовым качествам, по своим визуальным качествам… вернее, характеристикам, знакомый для потребителя европейского. Более того, европейский – это 28 стран. Безусловно, в каждой стране тоже есть свои предпочтения. Если мы выйдем, допустим, с батончиком Twiks или Mars, или Snickers, с этими характеристиками – для них для всех это будет все знакомо. Если мы выйдем со своим каким-то батончиком, нам надо будет убедить, что эта продукция – она интересна для потребителя. То есть это и маркетинговая политика, это и реклама, это, в общем-то…

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Но это и дополнительные вложения.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Это дополнительные вложения.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Откуда?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Опять же, с учетом того, что эта отрасль уже у нас, допустим, кондитерская – она серьезно сформирована на рынке, она имеет свою абсолютно четкое позиционирование не только на украинском, но и на многих других рынках. И она постепенно выходит на внешние. Скажем так, эта продукция знакома в Прибалтике, это продукция знакома в Восточной Европе, эта продукция знакома в странах СНГ. И это такая своего рода экспансия, шаг за шагом, шаг за шагом на новые, новые, новые рынки.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Государство готово содействовать? Вот если производитель этих упомянутых вами конфет говорит: "Нет возможности у меня модернизировать производство". И что, банкрот предприятие?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, я не хочу говорить, что каждый отвечает сам за себя, какое-то предприятие банкрот, какое-то не банкрот.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Тут принцип такой: закон рынка суров.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Да, закон рынка суров.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Расти или погибни.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Представляем себе, что у нас есть один рынок – рынок Украины. Это будет происходить: кто-то будет банкротом, кто-то будет оставаться на плаву. И более того, сегодня это одни предприятия, завтра это могут оказаться абсолютно другие. Даже если мы полностью изолированы от внешней конкуренции, это будет происходить на любом рынке, если у нас действительно рыночные условия. Как будет в это вмешиваться государство? В качестве кого? Арбитра? Как определить, кто лучший? Хорошо. Если есть 10 украинских предприятий, работающих только на украинском рынке, кого поддержать? Ресурсы есть на одного. Кого поддержать? И поэтому если мы говорим о европейских правилах, то поддерживают не предприятия, а поддерживают, допустим, переподготовку специлаистов. Вот для той или иной отрасли нужны специалисты определенной квалификации. В это государство может вкладывать. Научные исследования в той или иной сфере – в это государство может вкладывать. Помощь своего рода такая маркетинговая, это помощь, связанная с продвижением товаров на внешние рынки через выставки, то есть здесь вам тоже могут оказывать. И это не будет считаться вмешательством в коммерческую деятельность, это не будет считаться нарушением правил конкуренции. Но вот если вы будете просто какой-то конкретной компании выделять ресурсы из государственной казны под условия, которые не являются рыночными, с одной стороны, вы будете создавать неравные условия для других отечественных же предприятий, это с одной стороны. С другой стороны, вы будете создавать неравные условия по отношению к внешним предприятиям, иностранным предприятиям. И тогда они могут защищаться. И для этого есть антидемпинговые меры, антисубсидиарные меры и так далее. То есть тогда могут защищаться. То же самое можем делать и мы.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: В Украине, наверное, я бы стала утверждать, что, наверное, на всей территории постсоветского пространства, в странах СНГ есть уже осознание того, что за любой товар нужно платить. Но вот никак мы не можем согласиться с тем, что за идеи тоже нужно платить, что идеи – это тоже товар. Об интеллектуальной собственности мы поговорим сразу после выпуска свежих вестей, после небольшой паузы.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну что, Валерий Тезиевич, остановились-то мы с вами на вопросе интеллектуальной собственности.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Да. Вы знаете, вопрос тоже очень интересный. И в соглашении с Европейским Союзом, я думаю, он занимает одну из таких ключевых тоже ролей, играет, и появляются такие новые для нас достаточно сферы, они не абсолютно новые для Украины – допустим, сфера географических наименований. Это когда мы говорим о торговле товарами. И для нас это знакомо, допустим, по таким наименованиям как шампанское, коньяк, и постоянная дискуссия о том, возможно или невозможно использовать эти наименования в дальнейшем. И здесь дискуссия тоже была достаточно активная, потому что знаете, привыкли к таким наименованиям как "Советское шампанское" или там, я не знаю, различные коньяки, которые производятся в Украине, те же вина, херес, портвейн, которые стали частью как бы…

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Бренда?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Да, какого-то определенного бренда. Это не значит, что они абсолютно повторяли те же продукты, которые могли экспортироваться из Франции, из других стран-членов Европейского Союза. Для нас это было достаточно новая сфера. И в самом начале у нас было только два географических наименования, это два вина. Сегодня их уже 16. Хотя, опять же, оказалось так, что большинство из них в Крыму оказались. То есть это тоже такая своеобразная ситуация.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Он вообще решаемый, этот вопрос?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, над этим… Это абсолютно новая для нас ситуация. Конечно, ее нужно решать. Потому что даже тот же Европейский Союз четко сказал, что на товары из Крыма автономные преференции распространяться не будут. Здесь этот вопрос не только в защите прав интеллектуальной собственности, он во многих других аспектах лежит. Более того, знаете, такие сферы, которые для нас понятны, допустим, авиатехника. Мы всегда говорим, что мы такие крупные производители авиатехники. Другое дело, что в этой сфере у нас на сегодняшний день больше интеллектуальных достижений, то есть технических решений и разработок, мы в этом смысле более интересны…

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Но здесь рынок как раз, по-моему, российский больше заинтересован.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Рынок российский, с одной стороны, заинтересован в чем? Получить вот как раз эту интеллектуальную собственность. Или если мы говорим о рынке программного обеспечения. Вот здесь Украина становится уже все больше и больше мировым игроком. И это та сфера, которая может приносить действительно серьезные очень поступления и той же иностранной валюты, о которой мы так все время говорим, что нам она необходима, и вообще стать такой очень важной отраслью экономики. Потому что, наверное, не всю жизнь нам производить только металл, миллионы тонн зерна или миллионы, я не знаю, литров или тонн подсолнечного масла. Я думаю, что как раз интеллектуальную продукцию здесь, скажем, не то что более благородна, но более перспективна, наверное, на сегодняшний день производить. И здесь мы еще можем перейти в такую сферу, как, допустим, сфера услуг вообще в целом. Потому что в Европейском Союзе у нас, если сравнить нашу структуру и европейскую, то она как бы симметричная. В Европейском Союзе до 70% ВВП производится в сфере услуг. У нас ситуация абсолютно трагичная, то есть в сфере услуг у нас не такая большая часть ВВП. Если мы смотрим на наш ВВП, то это, как правило, большие, крупные промышленные предприятия, но сейчас все больше и больше агропром. Вот сфера услуг у нас во многом недоразвита. И хорошо, что у нас есть сегодня и телекоммуникационные, и банковские и так далее все новые и новые услуги, но как правило, если посмотреть с точки зрения экспорта-импорта, то это труба. Вот труба, которая приносит основную часть доходов от сферы услуг. И здесь, конечно, это тоже такая своеобразная особенность украинской экономики. То есть здесь это та сфера, интеллектуальная собственность, сфера услуг, которые могут нам принести новые возможности и новые конкурентные преимущества. Вот не нужно зацикливаться только на производстве каких-то товаров, которые мы привыкли производить еще со времен Советского Союза.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Так что, у нас нет проблем? У нас есть новые возможности, вы хотите сказать?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Проблемы, безусловно, есть у каждого отдельного предприятия. Есть проблемы у правительства. Сегодня проблемы у правительства, я даже их повторять, наверное, не хочу, потому что они очень серьезные. И как бы они решаются в различных сферах – и в политической, и в экономической и так далее и так далее. Здесь как бы я не думаю, что сейчас стоит об этом плакать – о том, что у нас столько проблем. А вот с точки зрения Европейского Союза и возможностей сотрудничества – это как раз широкая сфера прежде всего возможностей. И здесь нужно, знаете, инвестировать своего рода в возможности. Потому что если мы будем только думать о том, как решать наши проблемы, мы будем, по сути дела, инвестировать в те слабости, которые у нас уже на сегодняшний день есть, и их достаточно.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Не могу не спросить о политической части соглашения об ассоциации. Вот что на этом фронте?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, вокруг политической части тоже был целый ряд спекуляций. Одни из таких спекуляций – об однополых браках и многие-многие другие вещи. Но политическая часть, даже если открыть… Вы знаете, не надо много читать. Откройте только преамбулу вообще всего соглашения. Преамбула уже начинается с того, что это говорит о европейских ценностях: это уважение прав человека, прав собственности, прав личности, причем во всех ее аспектах – религиозном, расовой, гендерном и так далее и тому подобное. Поэтому когда мы говорим прежде всего о политической части, мы говорим о тех ценностях цивилизационных, на которых сегодня строится европейская культура и, в общем-то, мировая культура. И мировое сообщество пытается идти именно развитием этих ценностей. И мы в данном случае говорим не о том, что мы полностью всему соответствуем. Но мы разделяем эти ценности. Если мы разделяем эти ценности во всех сферах, то дальше мы можем строить и экономические взаимоотношения. Потому что мы становимся партнером цивилизованным, предсказуемым, и партнером, с которым можно иметь дело и который не будет заниматься тем, что в один день говорить одно, в другой день говорить другое. И, в общем-то, это тогда строится таким образом, что вы несете больше угроз, чем перспективы сотрудничества.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Я помню, как-то в одном из интервью министр культуры России сказал, что никаких европейских ценностей нет. Возможно, имел в виду то, что миром…

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, верховенство права – это ценность. Причем ценность не только для личности, а она прежде всего даже, если мы говорим об экономике, для бизнеса. Если я могу защитить свою собственность через судебную систему, через законы, которые выполняются всеми, то это, наверное, высшая форма, в общем-то, наверное, ценностей.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Хорошо. Защита интеллектуальной собственности.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Та же самая интеллектуальная собственность. Если я ее могу защитить… Я же как, допустим, владелец интеллектуальной собственности в любой сфере – то ли это авторское право, то ли это какие-нибудь…

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Кстати, говорим мы с вами сегодня, замечу для наших слушателей, сегодня как раз и есть – вот так само собой случилось – День авторского права.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Да, тем более. И когда мы говорим об украинских программистах, то программа – это объект защиты авторских прав. Если их можно свободно проигнорировать ваше право на создание интеллектуального продукта, это то же самое, что вас просто ограбят на улице. То есть почему-то вот это понятно. То есть если у кого-то что-то отберут на улице, это понятно.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Да, вот такое у нас отношение. Мы не воспринимаем интеллектуальную собственность как некий товар, за который надо платить.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Да. А если как бы вам без любой оплаты просто изымают вашу собственность, где-то продают на Петровке, распространяют через сеть Интернет и так далее и тому подобное, то в этом случае какая у вас есть вообще перспектива и стимул развиваться? Какой есть перспектива и стимул в этой стране развивать именно интеллект, вкладывать в интеллект, вкладывать в образование? Никакой перспективы нет вкладывать в культуру, вкладывать в искусство, если этим всем будет пренебрегаться. Вот поэтому здесь это тоже определенные ценности. Здесь должна быть и правовая защита, вплоть до защиты, принуждения. Потому что здесь контроль на границе, и это предусмотрено соглашением, естественно, борьба с пиратством, с различными формами нарушения прав интеллектуальной собственности внутри рынка. И здесь вплоть до уголовной ответственности. Это то, на чем сегодня построена, в общем-то, мировая практика защиты прав интеллектуальной собственности.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Вот каким образом собирается… Вот только поговорили о поддержке правительства мы. Вот в вопросах инноваций и в вопросах поддержки науки. Я не знаю, что там случилось со Сколково, очень много скептических отзывов о так называемой "российской Силиконовой долине", но вот вопросы поддержания науки. Каким образом правительство готово вообще поддержать своих, вернуть все эти золотые мозги, отток которых случился за последние 20 лет без преувеличения? И вот каким образом мы будем поддерживать и, возможно, выстраивать сотрудничество и с европейскими институтами в том числе?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, когда мы говорим о соглашении в целом, то большая часть – это так называемое секторальное сотрудничество. И, допустим, есть такие сферы как сфера космоса. Я уже сказал о том, что полноценный абсолютно есть механизмы защиты прав интеллектуальной собственности. По космосу всегда так или иначе у нас были серьезные позиции – и в советские времена, и, в общем-то, на сегодняшний день. И в данном случае развитие сотрудничества в этой сфере, оно как бы направлено на то, чтобы те мозги, те разработки, которые существуют сегодня в Украине, чтобы они не исчезли никуда, и чтобы они действительно получили свое новое развитие и были востребованы. Были востребованы и в Европе и вообще в мире. И они на сегодняшний день востребованы. Если мы говорим о других сферах, это может быть абсолютно разное, тот же дизайн. Дизайн одежды. Сегодня украинские дизайнеры выходят на рыкни? Выходят. Что мы традиционно делали в сфере легкой промышленности? Мы были таким своеобразным пошивочным цехом в советские времена: школьная форма, я не знаю, военная форма и так далее и тому подобное. В сотнях, тысячах, в миллионах экземпляров и так далее. Что такое интеллект в этой сфере? Это вот дизайнер, который создает продукт, который создает тот промышленный дизайн, который интересен с точки зрения характеристик своих национальных даже, что он создан в Украине. И Европа в этом смысле очень интересный рынок, потому что это 28 стран, это многокультурье. Это многокультурье, которое позволяет развиваться всем культурам в своем сегменте. И вот то богатство, которое есть в каждой культуре, действительно, делиться этим богатством со всеми.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Мы продолжим наш разговор с Валерием Пятницким сразу после небольшой паузы. Оставайтесь с нами.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Собственно говоря, теперь мы знаем, с кого спросить о преимуществах в вопросах евроинтеграции. Вот пока вы слушали вести, мы тут парами фраз перекинулись. Валерий Тезиевич, давайте на чистоту. Политическая часть соглашения об ассоциации с Европейским Союзом не предусматривает решение вопроса с безвизовым пересечением границ. Вопрос вынесен за скобки.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Он не то что за скобки, это параллельный абсолютно процесс, это параллельный переговорный процесс. И он, я думаю, что сегодня очень активизировался не с точки зрения переговоров, а с точки зрения реализации уже тех договоренностей, которые есть. То есть принятие необходимого законодательства. Знаете, достаточно привести пример, что больше года в Украине говорили о форме паспорта биометрического, допустим, так называемого служебного паспорта. И только буквально несколько недель назад внешний вид этого паспорта был утвержден. Это было все в наших руках. И по биометрическому паспорту служебному сегодня уже можно в Европейский Союз, в шенгенскую зону уже ездить без визы. Это пример. То есть пока эти паспорта даже не существуют, они не отпечатаны в том количестве, в той массе, в которой они были бы необходимы. То же самое может касаться печати биометрических паспортов обычных гражданских. Поэтому многие вещи – в наших руках.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: У нас тут внутренний бизнес такой был на этих паспортах.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Да, вокруг этого строилась такие вот какие-то бизнес-схемы, которые были достаточно непрозрачны, непонятны, и было сложно каждый раз уследить, какое решение будет приниматься. Оно то в одну сторону склоняется, то в другую и так далее и так далее. И вокруг этого было больше такой, скорее, знаете, суеты потенциально бизнесовой, чем перспективы именно открытия безвизового режима.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Тут кандидаты на пост Президента разбрасываются называнием разных дат все-таки возможного пересечения безвизового режима для граждан Украины. Но вы-то практик, вы реальными цифрами и датами оперируете.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, это, прежде всего, опять же, зависит от принятия целого ряда законов, которые необходимо принимать в Украине. Это с одной стороны. Поэтому это вопрос политический и уже скорее к нашему парламенту. Это сейчас мы переходим или перешли ко второй фазе выполнения плана либерализации безвизового режима. Есть примеры. Есть наши соседи. Молдова уже практически получила этот безвизовый режим. И я не думаю, что мы чем-то радикально отличаемся, допустим, граждане Украины от граждан Молдовы. То есть, наверное, как бы парламент Молдовы более оказался проворным и принял все необходимые решения.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Да, мы говорили с послом Молдовы в Украине не так давно. Но там вопрос с биометрическими паспортами уже решен.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, проблема с биометрическими паспортами решена не только в той же Молдове. Мне приходится достаточно много ездить. Допустим, такие отдаленные от нас страны бывшего Советского Союза, опять же, Таджикистан. Уже много лет решен вопрос с биометрическим паспортом. То есть поэтому это, опять же, многие вещи – они находятся, в общем-то, в руках здесь, внутри.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: И заметьте, это совершенно не помешало их дружбе с Российской Федерации.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: В данном случае действительно не помешало дружбе с Российской Федерацией. Но там дружба может быть основана несколько на других, в общем-то, аспектах.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Не корысти ради, да?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: В общем-то, и у нас неплохие отношения с этими регионами, и мы торгуем достаточно успешно. Так что поэтому здесь вопрос, опять же, безвизового режима – это вопрос ближайшего будущего. Я не хочу говорить, что это вопрос ближайших месяцев или недель, это все-таки вопрос, наверное, ближайших года-полтора, но это, в общем-то, абсолютно решаемый вопрос.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Год-полтора, по-вашему?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Да.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Возвращаясь все-таки к экономической части соглашения об ассоциации. Мы так долго говорили о реформировании промышленности в том числе и ничего не делали, что, мне кажется, сейчас-то в пору говорить не о реформах, а об инновациях. Потому что мир так ушел вперед… Вот насколько Украина готова инвестировать или привлекать инвесторов для того, чтобы развивать все-таки инновации в промышленности в том числе?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Я, наверное, даже согласен с тем, как вы поставили вопрос – насколько мы готовы привлекать именно инвестиции в эту сферу. Здесь это действительно вопрос защиты прав собственности, начиная от интеллектуальной и любой материальной собственности. Потому что, безусловно, мы можем сказать, что мы готовы открыть свой рынок для того, чтобы сюда пришли инвесторы, или у нас такая череда есть примеров. И, в общем-то, наша недавняя история, когда к этой собственности относятся достаточно, мягко говоря, не совсем корректно. То есть рейдерство присутствует, коррупция присутствует, на государственном уровне, прежде всего, на разных уровнях, на региональном уровне. И поэтому здесь ожидать того, что сюда придут какие-то инновации при такой ситуации крайне сложно. То есть если что-то и будет приходить, то опять же, какие-то базовые производства. Потому что сегодня инновация – она стоит больших денег. Допустим, если мы говорим о фармацевтике. Здесь вопрос защиты той же информации о тех же различных лекарствах. В Европейском Союзе сегодня срок защиты – это от 10 лет и более. Даже в нашем соглашении мы договорились о том, что эта защита будет распространяться на период 5 плюс 2 года. Поэтому она уже даже короче. И поэтому если вы хотите производить какой-то новый современный препарат, и вы не обеспечиваете уровень защиты, который есть, например, в Европейском Союзе, то, очевидно, самый современный препарат к вам не придет просто-напросто. И у вас будут так называемые препараты-генерики, как их называют, то есть такие своего рода заменители. Но, знаете, это цель какова – лечить или имитировать это лечение? Поэтому понятно, что это тоже вопрос защиты той же интеллектуальной собственности. Хотя здесь есть серьезный прогресс. Потому что даже в этой сфере фармацевтики уже вложено достаточно много средств. И если 5 лет назад, когда мы вот, допустим, начинали переговоры, основной экспорт концентрировался на странах СНГ из Украины фармацевтической отрасли, то сегодня количество стран увеличилось, наверное, раз в 5, в которые экспортируется фармацевтическая продукция, лекарственные препараты. Даже такой рынок, например, как Индия, который перенасыщен различными препаратами, даже на этот рынок сегодня уже идет экспорт. То есть понятно, что здесь должны быть последовательные шаги. И еще что очень важно – продемонстрировать, что вкладывает украинский бизнес, или как потребляется тот или иной товар. Вот, допустим, та же авиация. Когда мы говорим о том, чтоб продавать нашу авиационную технику на внешние рынки, возникает зачастую тоже вопрос: а сколько тех же самолетов эксплуатируется ваших на украинском рынке? Сколько их эксплуатируется? Если их ни сколько не эксплуатируется, то тогда почему вы их пытаетесь продать на какие-то внешние рынки? Может быть, у них качество не то. И тогда возникает очень много вопросов.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Но вопрос возникает еще знаете какой? Вот изучая все-таки и понимая, что вы открываете украинскому бизнесу двери на европейский рынок, отрасли риска. Вот кто умрет, не выдержав конкуренцию?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Вы знаете, говорить о том, что какая-то отрасль откровенно умрет – крайне сложно об этом, может быть, говорить. Хотя вы знаете, вот за последние годы исчезли практически целый ряд отраслей. Допустим, та же отрасль, связанная с производством телевизионной техники. Например, сложно очень представить себе, что на сегодняшний день в Украине производится из телевизионной техники. Может быть, что-то собирают.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Это грустно.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Это грустно. Но с другой стороны, это, знаете, точно так же можно сказать, что так же грустно нашим канадским коллегам, так же грустно нашим американским коллегам. Но они как бы особенно этим не переживают, что у них это не производится. Потому что сегодня, допустим, та же техника Samsung, те же телевизоры Samsung производятся или собираются в Калужской области. Он собирается там. Вот это сборочное производство – его разместить можно в любой точке, где создадут хотя бы какие-то минимальные базовые условия для этого, где будут рыночные условия достаточно стабильные и так далее. Но если этого не будет, если не будет хотя бы каких-то базовых гарантий и гарантий защиты вашей собственности, а, тем более, если вы хотите инноваций, то интеллектуальной собственности и высокотехнологических разработок, и более того, если вы не сможете обеспечить, скажем так, кооперацию в этой сфере… Потому что если вы надеетесь на то, что вам будут отдавать эти высокотехнологические разработки, а вы ничем не будете делиться, то здесь это тоже иллюзия. Вы все время будете в таком состоянии, когда вы будете отставать. И нужно в это вкладывать.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Да. Ну вот инновации – это, на самом деле, вопрос еще и создания инвестиций, создания дополнительных рабочих мест. Тут преимуществ просто тьма, на самом деле. Я помню, мне по долгу службы довелось побывать в Грузии. И вот как проблема была решена в Грузии необычно и неожиданно со школьной литературой. Вот сын ваш – взрослый уже человек? Сколько ему?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Да-да, уже 24 года.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Но носил-то учебники в школу?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Безусловно.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Вы помните, в каких количествах и как мы все, родители, каждый раз отправляя с этими портфелями, рюкзаками, переживаем. Так вот что сделал некогда Президент Грузии, теперь уже бывший Президент Грузии. Они купили лицензию на производство ноутбуков, в которые загнана вся программа школьная, начальные классы. Голубые ноутбуки для мальчиков, розовые соответственно для девочек. Небьющиеся, не тонущие в воде. Вот сидит целый цех в Грузии, в разных городах они разбросаны. Не буду называть, по чьей лицензии они это производят, но, тем не менее, вот они собирают эти ноутбуки. И таким образом решили проблему с учебниками в начальной школе. Это решение на поверхности. Вопрос политической воли и желания, ну и, конечно, понимания того, насколько мы прогрессивная нация. Вот в чем вопрос, мне кажется. Или я ошибаюсь? Или все не так просто?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Я думаю, что этот пример – это пример для Украины тот же абсолютно. Потому что создать подобный электронный учебник – эти все разработки, они уже были сделаны несколько лет назад. Поэтому…

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А как ты чувствуешь гордость за свою страну, когда ты читаешь "Сделано в Украине".

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Оно было сделано в Украине. И это другой вопрос, насколько это было внедрено широко, в общем-то, действительно в повседневную жизнь школьников, наших детей и так далее. Более того, знаете, у меня перед глазами примеры, когда во время определенных визитов на достаточно высоком уровне у нас подымали вопрос – например, во Вьетнаме был визит на уровне Президента, и у нас все пытались привлечь какие-то инвестиции и так далее – то с Вьетнамом договаривались о том, чтобы вьетнамцы поставляли к нам вот эти самые учебники. С тем, чтобы проинвестировать там, вьетнамцы создавали, имея все эти мощности, все эти возможности, все эти технологические разработки в Украине.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Что ж мы по старинке, наши дети таскают все эти портфели?

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Опять же, это вопрос, в общем-то, наверное, средств. Если переложить на родителей все эти возможности, знаете, если в Киеве это, наверное, возможно, но у нас же, в общем-то, вопрос не только в том, что родители живут все в Киеве и обеспечены достаточно. Это по всей стране.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Вот вам проблема реформирования системы образования в том числе.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Безусловно. И знаете, здесь, наверное, для детей более важно решать и обеспечивать вопрос питания, особенно в младших классах, и многие другие.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Давайте мы с книги не будем… Не хлебом единым все-таки, Валерий Тезиевич. Спасибо огромное за то, что посвятили нам этот час. Много у нас, конечно, еще вопросов. Но мы будем теперь следить за тем, насколько европейский рынок открыт и насколько мы можем использовать вот эти шансы.

Валерий ПЯТНИЦКИЙ: Я думаю, что мы как раз сможем в ближайшее время как раз это посмотреть.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А мы теперь знаем, с кого спросить. Спасибо, что слушаете. Приятного вечера всем, кто остается с нами дальше.

Читать все