СЛУШАЙТЕ РАДИО «ВЕСТИ» ГДЕ УДОБНО И КОГДА УГОДНО!
стенограмма

Эфир без правил

Эфир без правилТайны киевского метро

Стенограмма эфира на Радио Вести

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Это «Эфир без правил». А то, что сейчас находиться под нами, то есть, под нашим голосом с тобой, Василиса Фролова.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Да, здравствуйте! Как будто это какие-то интершумы. Не мешают они вам?

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Ну, на самом деле, многим из наших слушателей эти шумы знакомы.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Так теперь вы понимаете, да? Что это.

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Прибывает поезд на одну из станций киевского метро. И вот в этот момент, наверное, мы и начнём говорить.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: С нашим гостем, который долгие годы проработал машинистом в киевском метро. Зовут его Александр Шевченко, он сидит уже напротив нас. Вы можете наблюдать его и на нашем сайте //radio.vesti-ukr.com/. Здравствуйте!

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Здравствуйте, Александр Юрьевич! Знакомые шумы?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Да. Дуже знакомые шумы. Ой… Простите. Буду на русском разговаривать, потому что жена сказала: «Говори лучше на китайском, будет смешно и непонятно». На русском или на украинском? Не давайте лучше на русском. Вот терминологию я могу…

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Как скажете. А мурашки по коже, нет, не чувствуете от этого звука?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Я потом объясню почему.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Нет. Хорошо, а вот эти звуки, они для Вас являют… Ну какие-то рефлексы у Вас вообще вызывают? Или у Вас уже атрофированные эти чувства?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет, ну рефлекс конкретный есть у меня.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Какой?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну как на работе сижу сейчас.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: И что? И что Вы испытываете? Хочется понять, как вы уже относились к своей работе. Вы скучаете по ней? Или же Вы хотели чтоб быстрее рабочий день закончился?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну как сказать? Я мечтал с детства. Это мечта детства – водить поезда. Я помню вставал утром, то есть, утром. Каждый день с шести, шесть лет мне было, я помню вставал. Фактически там железная дорога, мог идти обнять рельсу и спать.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Да Вы что?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: А мне нравилось. Ездить нравилось, управлять. И вот мечта детства сбылась. До армии работал помощником машиниста паровоза. В армии был машинистом паровоза. После армии был перерывчик, там из-за чернобыля. Скрывался. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А потом Вы учились этому ремеслу…

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет, а потом перерывчик был: прописка там, с жильём решались вопросы и работал немножко там на заводе чуть-чуть, на одном, на втором заводе. А потом, когда появилась возможность, когда женился. Можно сказать получилась прописка постоянная. И мне получилось…

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: …Устроиться в метро!
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Да! Пришёл тупо, говорю: «Берите меня в метро», -- но тогда сказали все: «Вы что»?
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Это круто было. В каком это году было?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: В 90-ом. Весной.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Так. Ну что значит пришёл просто так в метро?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну вот в отдел кадров пришёл и говорю: «Возьмите меня». Они там посмотрели, там. «Где ты живёшь? У нас тут люди в очередь записываются».
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Какая ветка метро для Вас была первой?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Дарница. Дарница.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Красная!
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Первая и единственная, да.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: То есть Вы на зелёной, на синей никогда не бывали?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Бывал. Там по технологии с путеизмерителями ездили и прочими всякими. Я там бывал, но работал на Дарнице. Дарницкая ветка, красная.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Простите, Вы так и не договорили. Как же Вас всё-таки взяли, при всей популярности этой должности?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну там. Ну взяли, взяли, взяли, взяли. Ну что сказать взяли меня. Ну короче отправили меня на медкомиссию, прошёл медкомиссию, зачислили в группу, там было тридцать человек. Я как пришёл посмотрел, контингент – разный там есть в астрономах таких. Некоторые только 60 гривень, там стипендию платилы, 60… 67 рублей. Некоторые просто, некоторые так, некоторые ну не знаю, короче компания такая бородошерстая. Очень многие пооставались, но очень многие. Фить! Ушли.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Ну, сколько времени Вы провели в итоге на этой красной ветке?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: С девяностого года по 2007. А в 2007 меня оттуда вынесли на носилках в полном смысле этого слова. 
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Подождите-ка. Подробней, пожалуйста. Семнадцать лет на одной ветки. 
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Да. 
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Почему на носилках?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну. А не похоже да.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А это как-то связано с работой в метро?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Наверное. Доктор сказал: «Меняйте образ жизни». 
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А вот в течении суток, как много времени Вы проводили под землёй?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну восемь часов.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Восемь часов?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: От шести до восьми у меня. Это минимум.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Практически всегда в темноте.
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну нет, Дарническая ветка отличается тем, что после Днепра можно выехать на свежий воздух. 
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А когда Вы в тоннеле, Вы что перед собой видите? Хорошо освещается вот этот вот?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну только прожектор, или сейчас фары, прожекторов уже нет. Четыре фары.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А на какое расстояние вы видите вперед? 
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну чтоб так реально метров 50. Ну 100. А так темно. 
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Вот за 17 лет вашей работы, встречались ли такие вот случаи, когда Вы едите и видите что-то, ну вот что-то не естественное? То чего не должно быть в метро. Ну вот часто говорят, что есть такие мифы, о том что животные живут под землей. 
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Приведенья может какие?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Никогда такого не было. Ну серьёзно скажу, может мне и не везло, такой вот не везучий. Ничего такого не видел.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Я вот недавно читал статью, о машинисте в московском метрополитене, который. На счету которого – четыре сбитых человека. Или это считается, там, исходя из этой статьи, много, он какой-то рекордсмен. Как часто вот подобное в Киеве происходит?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: В Киеве тоже такое происходит, и у нас тоже были рекордсмены. Я уже, наверно, не помню сколько было. Ну, люди бросаются, падают, кто выпил бурячихи. Кто просто покончить жизнь самоубийством, кто упал, прыгнул, кто за кошельком прыгнул.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: На Вашем счету есть такие случаи?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет. Слава Богу, нет. Так зеркалом один раз ударил, прыгали, но живые оставались. 
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А почему живы оставались? Ну вот тоже вопрос: прыгнуть и остаться в живых. Какова вероятность выживания?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну, процентов 95.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А от чего это зависит? От Вас или от техники? 
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет, это зависит от человек испугается или не испугается. Так на станции Вы ж выдели. Два рельса, а посредине, типа, ямка. Канавка. О то как упали, видите поезд едет, не надо никогда прыгать на платформу, никогда не вылезете
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Да Вы что? А что надо делать?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ложится.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Ложится под поезд?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет, ложится под ямку, это вот какая вот. 
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Между рельсами. И получается лежать под поездом.
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Да, там расстояние полметра, так что Вам хватит с головой. Разве у Вас габариты не такие.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Я читал еще, что в некоторых ситуациях, когда поезд не выезжает из тоннеля, есть какое-то время и можно бежать в сторону как раз по направлению поезда. Там есть некий стоп, куда поезд дальше не заезжает. Так вот дальше какой-то линии. 
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: На станции да. Надо по направлению движения бежать от поезда и до конца станции.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А как быстро замечают упавшего человека? 
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Вообще моментально. Ну это как краем глаза мелькнуло что- то и всё. 
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Есть видеокамера, которая смотрит на определённый участок. 
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет, машинист замечает сразу. А на счет камеры, есть сейчас камеры конечно. На станции все смотрят.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Если у Вас есть вопросы к Александру Шевченко, который семнадцать лет проработал в киевском метро. Задавайте их пожалуйста. 390-10046. И, конечно, вы понимаете, по какому поводу мы сегодня пригласили Александра Юрьевича. Не будем мы говорить о таких страшных случаях в киевском метро. О безопасности хотелось бы поговорить, через призму случившегося на прошедшей неделе в Москве в первую очередь.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Я бы хотел еще раз подробнее остановится на этих несчастных случаях. Почему? Потому что, большинство пассажиров метро как раз вот о них и думают. Насколько безопасно, вот я сейчас здесь нахожусь, и насколько это угрожает моей жизни? А мне вот интересно, я помню случай, когда вот между вагонами в этот пролёт падали люди. Машинист не замечал и, собственно, ехал. Может предусмотрено что-то, чтобы заметить момент, когда поезд закрывает двери и поезд трогается?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ничего не предусмотрено, это если дежурная заметит и даст там машинисту сигнал по радиостанции, тогда он может остановиться. 
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А если не дежурная, а если я заметил, что человек в проем упал, что мне делать?
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Ты нажал кнопку и связался с машинистом. 
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Просто на платформе стоите. Даете круговое движение рукой.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Круговое движение руки, это говорит о том…
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Что надо остановиться и всё, машинист сразу поймёт. В машинистов такие рефлексы моментальные, не знаю, там доля секунды и всё. Быстрее чем аппаратура. Машинист быстрее поймёт, что что-то не то. 
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А двери открываются автоматически, или вы что-то нажимаете? 
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Кнопку нажимаем.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Вопрос дня!
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Две кнопки надо нажать. Блокировку нажал и открылась, закрывается тоже так. Раз, блокировка и закрылось.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: А Вы чувствуете, когда двери специально придерживают и не дают им закрыться. 
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Сигнализация есть. Видно всё у меня тут всё. Примерно такая как у вас там. Фить!
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Космический корабль, система.
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну да лампочек куча, тумблеров куча. Выключателей всяких.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Скучаете по ним? 
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет. Я потом объясню почему.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: У нас есть слушатель. Здравствуйте, алло! 
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Здравствуйте!
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Да мы Вас слышим. 
Слушатель: У меня есть такой вот вопрос к вашему гостю. Все прекрасно помнят нашумевший фильм метро 2012.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Говорите, пожалуйста, громче.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Мы будем связываться сегодня с его режиссером. 
Слушатель: И, кстати, обратите внимание, что катастрофа в Москве, произошла фактически в том месте, где и в фильме. Вопрос к гостю у меня такой: бытует мнение, что есть подземные воды на станции Славутич, вот в этом участке метро. Я насколько знаю, то что оно как раз под туннелем проходит и насколько высока вероятность того, что подобная ситуация может произойти и нас в Киеве?
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Ага, спасибо.
Слушатель: Потому что, насколько я знаю, тоннель подмывается, идёт проседание тоннеля. Вот метро просаживается очень хорошо. 
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Спасибо за вопрос. Александр Юрьевич, что скажите?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну, вероятность очень маленькая. Во-первых, тоннель так устроенный, любая шахта, любая, извините, дырка в земле, что там есть вода. И от воды никуда не денешься. Воды не только под Славутичем вот этим, на Оболоне, весь тоннель просто висит в воде, грубо выражаясь. Песок давно вымело, тоннель висит в воде, но дело в том, что тоннель ,он такая штука, она собирается из чугунных дыбингов. В принципе тоннель можно даже в Днепру. Вот в Днепр утопить, вода будет протекать, но тоннель будет прекрасно себя чувствовать.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Но ведь есть какие-то системы, которые откачиваю воду.
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Да всё время откачивают. 
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Ну, конечно, специальные дренажные новые системы. Ну вот у нас есть это всё и мы обязательно вам расскажем, продолжим разговор. И звоните нам с вопросами нашему гостю, машинисту киевского метро, который проработал там 17 лет. Вернёмся через минуту.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Мы едем в метро, слышите? Мы продолжаем наш разговор с машинистом киевского метро, который проработал там 17лет. У нас в гостях Александр Юрьевич Шевченко. Закончили об этих вот страшилках, на станциях Вырлица, Позняки например. Вот говорят, что раньше в такой же ситуации была и станция Дарница, но вот там руководство метрополитена добилось уже строительства новой дренажной системы, каких-то там специальных ступенек, которые спасают от потопления, это всё правда?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну станция Дарница вообще наземная. Я не знаю как там, просто, это всё раньше было русло реки какого-то Врага там. Там всю жизнь была, из-за этого, когда идет дождь, заливало переходы. Там не заливало там не могло залить саму станцию, там только переходы заливало. 
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Ну а если говорить вот об этой опасности. То какие станции сейчас подвергаются самой большой опасности? Или вообще нельзя говорить об этом?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нельзя об этом говорить. Такого нету. Никакой опасности нету, пока все работают и делают свое дело. Куча есть насосов дренажных. Система очень хорошо работает, свет отключат, есть резервное питание. Если резервное отключат, есть аккумуляторы. Это всё предусмотрено. 
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Но вот посмотрите, вот Вы говорите, что всё предусмотрено, если все работаю, то всё хорошо, а в московском метро стрелку проволокой перемотали. И 23 человека погибло. И вот мы едем с мыслями о том, что о нас заботятся, но есть же, вон столько людей работает в метрополитене, а вот в какой-то момент галантность допускается и вот…
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну, Москва – не Киев, Киев – это не Москва. Там и раньше было. Я не хочу говорить о том, что точно не знаю. Но многие наши ездили, вот в 90-е я пришёл на работу, а многие уехали в Москву на заработки. Потому что у нас зарплата была у машиниста так. Они уезжали на заработки в Москву, Ленинград, работали по две, по три недели и неделю давали выходной. Без выходных, тупо без выходных. 
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: А на выходные приезжали в Киев, за меньшие деньги.
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет. На выходные просто приезжали отдыхать. А кто приезжал, а кто не приезжал. Им давали работать. По три недели без выходных. Там некому работать. Метро в Москве, вот и когда со Смоленска едут в метро, работают. Потому что ни одного москвича не заставишь.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Да Вы что? Ну а сейчас ситуация изменилась? 
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Та нет, не думаю. Учитывая сколько там, ну там вот такие вот будут. У нас в Киеве, такая вот тоже сейчас ситуация, практически.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Какая, только по подробнее? Нехватка…
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет, сейчас много, но очень мало места. А те которые молодые пацаны приходят, ин негде жить. Я не буду накручивать ситуацию, но по-моему там есть общежитие всякие. Машинисты там расписывают сколько там на лестничном марше ступенек, столько машинистов.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: У нас звонок. Здравствуйте. Алло.
Слушатель: Добрый день.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Добрый.
Слушатель: Скажіть будь ласка в мене таке запитання ще, буквально, з самого дитинства цікавить, на дверях написано: «Не притулятися», чи бували все таки випадки, бо чесно кажучи в час пік там немає куди діватись, то притуляються всі. Ну і так вже люблять поїздити.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Случаи, когда на ходу открываются двери. Спасибо за вопрос.
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Это было. Не афишировалось, но это было. Это была чисто неисправность. Один раз, по-моему. И несколько раз было, это чисто невнимательность машиниста, когда над Днепром. Если там тринадцать станций открываются с левой стороны ,а на станции Днепр с правой. Вот там бывало, но никто, слава Богу, не выпал, но двери открывали не стой стороны. Было такое. Но это так все, слава Богу, обошлось. 
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: А Вы смотрите, вот после трагедии в московском метро теперь появилось, говорят о таком понятии, как опасный перегон или не опасный. Говорят в Москве – это самые опасные участки, это там где Ленинский проспект, Шабуловская, из-за перепада высоты. Которые там не видны невооружённым взглядом, но ощутимые пассажирами. В Киеве какие, вот такие самые опасные перегоны?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Опасные – это громко сказано. Если всё нормально, то всё нормально. Опасный перегон – это просто, не знаю как объяснить. Это когда что-то не нормально пойдёт, то можно с этого кресла навернуться и убиться. А между Шулявкой, допустим, Берестейкая, там у нас тоже подъем дай Бог каждому. Люди, пассажиры это не замечают. Вот с Берестейской летишь на Шулявку на тормозах просто.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Вниз? 
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Да, всё время. Подтормажиешь, подтормажиешь и подтормажиешь. Поезд может разогнаться там и до двухсот, это так, если не тормозя. 
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А в обычном режиме какая скорость?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: 80. Самое большее. А на верх наоборот тащишься. 
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Есть масса звонков. Здравствуйте. Алло.
Слушатель: Здравствуйте, скажите, вот как специалист, часто ли такие причины трагедии в Москве. И второй вопрос. Вот чисто теоретически, можно ли, между вагонами, прокатится от станции к станции.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Я скажу практически можно, потому что видел. Не стоит, но катаются. В то время, когда Вы работали.
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: И катались и прыгали. И с моста прыгали и на крышу вылазили. Хай им Бог помогает. 
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Мы вам не советуем этого повторять.
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Не советуем.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: А то вы еще подумаете, что мы вам рекомендуем, может.
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет, нет, там, кто попробовал хоть один раз и остался живой, я думаю у него проблем там.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Ну вот смотрите, Вам задали такой самый предсказуемый, такой самый наболевший вопрос по поводу Москвы. Ваше мнение?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну я думаю, у нас такое просто не может быть, потому что, ну как Вам сказать, у нас, извините, как ни странно техника старее. Она не такая мощная. Чем мощнее состав, тем мощнее тормоза. И больше добиваются людей, когда срабатывают, допустим, тормоза, по какой-то причине, неисправность ли это. Все пассажиры сбегаются с пятого вагона в первый. Так резко тормозит. 
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Да. Да, да.
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну такое вот: отправились, едите, а тут раз, и все побежали в одну сторону. И все тут: «Ах!», машинистам. А это как раз тот случай, когда в Москве случилось несчастье. Грубо выражаясь.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: И из-за чего оно произошло, по-вашему?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну по-вашему это из-за того, что я не знаю, какая характеристика этих вагонов «Русыч», или как их там называют, я забыл. Я далеко просто был от Киева, я только мельком прочитал, что вагоны «Русыч», по-моему. Они наверное сильно мощные, у нас в Киеве самое большое 5 вагонов, у них там 10 вагонов, а мощность в 2-3 больше. У нас на старых вагонах – 63 кВт один двигатель, на этих Мытыщенских – по 110 кВт, а там наверное ещё больше. И чем быстрее едет, мощнее, грубо выражаясь, тем он быстрее останавливается. Вот когда это наверное случилось, сработали тормоза, а есть два вида тормозов: пневматика и электрика, они просто ложились друг на друга, когда у нас накладываются – это ничего страшного, просто пассажиры так… У нас мощности не хватит, чтобы он взлетел, вагон, такой. А там, учитывая, что и пути у них старые, у них метро же намного старее, вы ж не забывайте.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Наоборот, а оборудование мощнее.
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Да, а оборудование мощнее. И я сомневаюсь, что у них там.. Самая тяжёлая работа в метро, как ни странно, это у путей. Никто не думает, что машинист, а вы лучше путейщика пригласите в студию. Он вам расскажет намного интереснее, я думаю. У них намного тяжелее работа. Они работают, грубо выражаясь, каждую ночь, и в этот промежуток 3 часа перерыва им надо очень много.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Правда, что им каждую ночь моют тоннель. Мало того, что ремонтируют пути и убирают платформы, так ещё каждую ночь моют тоннель. 
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну на участках, на некоторых, не на всех.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: У нас есть слушатели, очень много. Здравствуйте.
Слушатель: Добрый день.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Добрый.
Слушатель: Вопрос к нашему, к вашему, точнее, гостю. Скажите, пожалуйста, во-первых, как Вы говорите, нет опасных участков, но тем не менее, там вы не работали на той ветке. От Сахарков до Харьковской поезд, ну мелко выражаясь, ползёт с черепашьей скоростью, это первое и второе, всегда вот интересуюсь, почему то только на одной ветке и как бы в одном месте это слышал. Тараса Шевченка станция, чаще всего там, вот когда поезда идут в сторону Оболони, бувально вот он трогается и бибкает, почему-то всё время бибикает.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Спасибо, вопрос понятен.
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Ну это понятно, а что бибикает, это ничего не могу сказать. А то шо такое вот. А на счет того, что ползает, потому что тоннели практически висят, вон на Оболонской на левом берегу особенно на новой линии. Там песок же кругом, ну знаете, там озёра, речки, тоннели практически висят там. Они даже меня не так что там за день по 20 раз, они бывают за год меняют свое местоположение, может подняться может чуть-чуть опустится. Может съехать влево, вправо. Ну как живой. На этих участках ограничивают скорость, это не опасные участки, это просто участки, на которых быстро ехать нельзя. Правильно, на опасных участках при проектировке это всё предусматривают. Может где-нибудь и были ошибки, но люди бы не работали, если бы было опасно
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Мы прервём сейчас на новости, а потом поговорим более подробней о специфике работы машиниста поезда в метро.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Добро пожаловать в метро. 15:35 студия радио «Вести», в «Эфире без правил», по-прежнему Дмитрий Терешков, Василиса Фролова и наш уважаемый гость, который 17 лет проработал машинистом на красной ветке киевского метро. Зовут его Александр Шевченко. Мы продолжаем интереснейшую беседу, о безопасности в киевском метрополитене.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Крысы есть в метро?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Крысы кругом есть.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Подождите, сейчас вот руками показываете больше метра. Да бросьте! Это собаки. Твоя собака меньше.
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А что они кушают там?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Мусорники.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Откуда в мусорнике ведро, если Вы говорите, что тоннели моют!!?
Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Вы что этикетки со сникерса в окно кидаете? По ходу, или что?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет, пассажиры кидают.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Да бросьте! Пассажиры в метро кидают еду!!?
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: А Вы никогда не видели, что там лежит.
Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Ну ка расскажите. Неужели настолько, чтобы вырастить вот такого размера крысу. Там нужно такие целые обеды, завтраки, ланч-боксы выкидывать.
Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Да, дело в том, что метро, оно ж то не изолировано от остальных коммуникаций города, грубо говоря, полностью крыса может пройти где угодно. Она может зайти с торгового центра, спустится по какой-то вентиляции и спокойно там жить, потом пошла и покушала в торговый центр.

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий:На скидки пошла в торговый центр. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая:Хорошо. Вы видите вот таких вот крыс. Они перебегают. Какого они цвета? 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Как говорят, в темноте они все серые или темные. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Вот вы бы видели. Александр показывает длину больше метра. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А метрополитен как то борется с ними, или вы смирились и они ваши друзья, в итоге. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист:Они живут своей жизнью. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Они могут повлиять на безопасность?

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Они же не бегут, значит они 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Пока поезда ездят и интенсивное движение, они где то там сидят. После 12, часа ночи они начинают уже выходить. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Если говорить о проволоке, то там стрелу неправильно пермотали и крысы могут грызть и могут нанести какой то урон. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: У них есть что кушать и таких случаев нет.

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Вы говорите о еде в тоннелях. Есть еще что то такое особенное, что может быть в вашей практике. Я слышал о том, что зонтики находились в тоннелях. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Сумки, зонтики, кошельки, портмоне. Можно насобирать на всю оставшуюся жизнь.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Музей метро однозначно. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Как на Вокзальную заезжаешь, не знаю как сейчас, або на КПИ после вокзала, на университет карманники выходят и сбрасывают добычу, то все засеяно кошельками. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Что означает сбрасывают добычу?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Человек вытянул кошелек и сразу на следующей станцией выходят и между вагоном и метро такой зазор. Они падают на путя и там их собирай, не хочу. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая:Отличная новость. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Зонтики и сумки находили. Телефоны это вообще такое дело. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая:А вы говорите сложная работа. Смотрите какой там оазис. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Мы только едем и смотрим. 

Слушатель: «Ветка Оболонская, где Дрим таун, получается, там метро неглубокого залегания сверху такую махину отгрохали Дрим таун, Дрим таун2. Влияет оно как то на тоннели?»

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Вы сами ответили на свой вопрос. Да неглубокого зелегания. Выкопали канаву, грубо выражаясь, вырыли туннель и засыпали, Дрим таун стоит отдельно, то лежит отдельно. Все. На этом вопрос закрываются. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Дрим таун на 1 этаже чувствуются вибрации и шум даже.

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Конечно будет чувствоваться. Получается тоннель прямо под Дрим таун. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист:Он идет с 2х сторон, грубо выражаясь. Конечно слышно. Метро слышно очень хорошо и далеко. Особенно, если тишина. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Были ли случаи потери сознания например машиниста. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист:У меня было и поэтому я бросил работу. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Вы в это время были в пути. И как обстоят дела в такой деликатной ситуации с поездом? 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Поезд будет ехать, пока не доедет, грубо выражаясь до конечной станции или до того места, пока я не наеду на превышение. Автоматика стоит и фиксируется с какой скоростью я еду и с какой скоростью можно ехать. Если я еду 40, а нужно 60, сработает тормоза, если я не нажму кнопочку и не скажу, что я здесь и все контролирую, оно меня до полной остановки. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: А если не нажмете, как с вами случилось? 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Если не нажму до полной остановки, а если нажму едем дальше. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А если эта полная остановка случается в середине тоннеля, что потом? Вот она случилась, пусть не на высокой скорости?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Случилось, все стоим, все стоит себе, диспетчер вызывает, машинист не отвечает, дает команду взади идущему подъехать и как-нибудь связаться. Не отвечает, то поезд ставят на тормоза и идет ко мне и спрашивает, что ты спишь? 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А бывает, когда поезд доганяет другой поезд. Какие то очень, я заметил короткие промежутки меньше, чем минута. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: 45 секунд. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Это максимально возможно время..

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Минимально возможное время, минимальное расстояние между поездами 45 секунд. Это считается безопасным. Поезд может остановится на скорости 60 километров грубо выражаясь. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Без каких то неудобств. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Неудобства будут. Все сбегутся . но это такое дело.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Такое дело произошло в Москве и как то 23 человека. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Я думаю, что их просто выбросило. Когда сработали тормоза, поезд мощный, тормоза мощные, нагрузка большая. Перепад скорости огромный. И его сжало и выбросило. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Что в работе машиниста самое сложное?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Монотонность. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Поэтому женщины в этом смысле, как говорят психологи, более удобные для этой работы. По натуре, женщина может переносить вот эту монотонную работу. Водитель трамвая, который все время по одному и тому запланированному пути, кругу. Почему женщины вяжут лучше. Почему они делают мелкую монотонную работу лучше, чем мужчины. Почему тогда нет женщин-машинистов поездов? 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Не знаю, их нигде нету. Женщину-машинистку я только одну помощницу знал Киевпас. Я учился в институте.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Почему так происходит? Может женщины не знают, что они так бы пригодились в этой профессии. Может быть стоит сейчас объяснить? 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Не могу понять на железной дороге машинистов-помощников и никогда не брали женщин. Точка. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Таки не брали. Почему?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист:Ну не знаю, это еще с советских времен. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: До сих пор так осталось?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: При всех умственных способностях, пусть у нее будет 7 пядей во лбу, но никогда. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Даже не 7 пядей. Тут минимальные знания физиологии дадут понять, что женщина справится легче и с большим удовольствием потому что женщина любит монотонную работу. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист:Да, монотонная, но бывают такие ситуации, когда нужно применить грубую физическую силу. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Например?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Например, заклинила дверь. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: И что машинист выходит и сам эту дверь? 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Да, он должен был выйти и ее подергать и все. Бывает дернешь дверь и едешь дальше. А женщина будет дергать и стоять. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Как устроена панель минималистично? Руля судя по всему в поезде нет. Педали?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Педали для безопасности одна. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Что такое педаль безопасности?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист:Она используется тогда, когда превышаешь скорость. Наезжаешь, можно использовать или кнопку или педаль. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: А так только кнопки у вас? 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Кнопки, тумблера, краников много. Педали и когда едешь с ограничением скорости не больше 20, надо все время держать педали. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: У вас есть какие то экраны?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист:Есть.

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий:Мониторчик и что там? 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист:Скорость допустимая, с какой ты едешь. Но это недавно появилось.

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Но никакой видеотрансляции. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист:Новых составов нет. Я не знаю насколько на них не работал. Там один по моему, и 2 Корюковских. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Вы не видите, что за поездом?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет, этого наверное, никто не видит. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: И никаких датчиков? 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: У нас задним ходом ехать в принципе запрещено. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: А возможно?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Возможно, но запрещено. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Можно ходить в обратную сторону. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Да, можно туда идти, а просто поехать назад, это ..

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Александр Юрьевич, а скажите, вы когда-нибудь в своей жизни ездили в вагоне, который не управляется никем. Автоматически управляется. За границей таких много. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет, не ездил.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: А слышали о таких? 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Слышал

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Как вам кажется в Украине сколько надо ждать пока такие появятся?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Не знаю, как деньги будут. Так и появятся. . 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Мы продолжаем путешествие по красной ветке киевского метрополитена. Интересно, на какой мы сейчас станции. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Выдубичи не красная ветка.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: С нами машинист красной ветки, который 17 лет проработал там. Давайте к Москве перейдем, потому что мы так ее и не каснемся. Могла бы быть это проволока или может быть лопнувшая рельса. Ваши предположение. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Если бы лопнула рельса, поезд остановился намного раньше. Не так резко, потому что сработала бы сигнализация, что путь занят впереди и она постепенно срабатывала. Она не смогла за 3 секунды перед ним лопнуть. Нарушилась изоляция и все бы. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая:Значит, это могла быть только проволока?

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Я не знаю, что там в метро в Москве, могли проволоку намотать. Я не знаю с какой целью. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Примечательно, что авария произошла в утренний час пик между станциями Парк Победы и Славянский бульвар. И наверняка что то ночью чинили. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист:Если ночью чинили, то есть конкретный виновник, который накрутил эту проволоку и не раскрутил. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Говорят, что фамилии и имена в этой трагедии есть. То есть это не просто что то абстрактное. А конкретная халатность. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Конкретная халатность зачем было накручивать проволоку, а с другой стороны, непонятно, накрутили проволоку, закрутили стрелку. Дело в том, что кругом автоматика и она показала бы, что 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Чудовищное стечение обстоятельств, которое в буквальном и переносном смысле может быть виноват стрелочник. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Может быть стрелочник. Но стрелочник понятия такого нету. Но дело не в этом. Намотали рельсы проволокой. У меня не укладывается в голове, потому что сработала бы автоматика и показала бы диспетчеру, что занят путь. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая:
Василиса ФРОЛОВА, ведущая:У нас сейчас на связи один человек из Москвы. Не посмотрели тот самый известный фильм Метро, который напоминают всю неделю из Москвы и во многих странах. Почему вы его не досмотрели?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Я его начал смотреть, смотрел его досить таки долго. До того момента, пока машинист с стажером. Они остановились в туннеле и им сказали возвращаться на станцию и там это у них снялось напряжение и у них 1-2 вагона, не помню, они попали на нейтральную ставку между контактными рельсами. И они не могли поехать. Это меня убило просто. Тормоза все время их бьют. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Вот эта самая автоматическая тормозная система срабатывает. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Он не мог набрать скорость. 5 километров вроде бы набирать за 10 секунд, что бы сработали тормоза. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая:И он не мог его набрать. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Не мог набрать, у него только один под контактом рельсы. Это правильно, но дело в том, что в таких ситуациях, есть такая система как кнопка аварийного хода. Она справа от меня находится. На нее нажимаешь и все отключаешь в кабине, что надо, включаешь кнопочку и едешь спокойно. Это как раз для тех случаев, когда пожары, наводнение, что бы спасти жизнь.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Вы говорите о тех вагонах Русичи или о тех вагонах, которые в фильме Метро?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: , Которые в фильме Метро. Русичи не видел. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Игорь Толстунов продюсер этого фильма. Он сейчас с нами на прямой связи.

Игорь ТОЛСТУНОВ, продюсер фильма: «Добрый день»

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Вы наверное, слышите нашу беседу сейчас. У нас в гостях машинист, который 17 лет.. мы понимаем, что на этой неделе к вам особо повышенного внимания. Очень много таких странных совпадений, о них говорили наши слушатели. Насколько вы сейчас довольны технической подготовкой, такими странными моментами, о которых рассказал наш гость, которые не дают реалистичной картины. Вот видите, машинист отказался смотреть фильм из-за этого. 

Игорь ТОЛСТУНОВ, продюсер фильма: «Мы же снимали художественное игровое кино. Это вымысел. Не научно-популярный фильм о работе метрополитена, машиниста и так далее. Если бы мы снимали все, как снимается вправду, то было бы не так интересно. Но к сожалению, 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Было бы скучно. Думаю, из этой ситуации я бы вышел секунд за 30. И догоню, вспотел.

Игорь ТОЛСТУНОВ, продюсер фильма: « Да, вам бы стало бы скучно и вы бы не досмотрели 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Я бы просто выехал и все. И никто бы этого не заметил. С пассажирами никто бы ничего не понял.

Игорь ТОЛСТУНОВ, продюсер фильма: « Я вас понимаю, это нормально

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий:Вы готовились к съёмкам фильма и наверняка много для себя прояснили, познали метро и вот несколько дней тому назад случилась трагедия в Москве. Через призму этого фильма, может быть вы по особенному его увидели?

Игорь ТОЛСТУНОВ, продюсер фильма: «Нет конечно. Я думаю, что вымышленная причина катастрофы в метро и реальная причина катастрофы в московском метро скорей всего в одну базу. Как называется пресловутый человеческий фактор. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Давайте об этой трагедии не будем, о ней и так много сказано. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая:Давайте о нас. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Например вспомнилось я очень часто выхожу на последней станции Академгородке и после меня остаются люди. Может быть люди подвыпившие, может люди просто уснули. Разные бывают ситуации, но тем не менее кто то ведь доезжает к финишу. И утром приезжает. Бывает такое?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Нет не бывает. Было в лихие 90-е, когда милиция сильно не ходила по вагонам, бывает, что заезжали. Берешь его под белы ручки, тащишь в первый вагон, что бы двери, когда открытые в тупике, очень высокая платформа и нужно тащить в первый вагон. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая:А вы говорите монотонность. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Это ж просто так, что бы спать не хотелось. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий:А 3 линии, это же не те линии, которые есть в киевском метрополитене.? Есть наверняка какие то участки. 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Есть участок, когда новые когда между Театральной строили между вокзалом и университетом была прямая линия, а когда строили Театральную это тут кусочек туннеля остался. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: То есть никаких секретных ходов, о которых ходят мифы 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: На Арсенальной есть, когда при отправлении в сторону Днепра с правой стороны там железные ворота, там что то есть. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Какая то секретая суперсовременная.

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Это очень старая. Это кабмин. Верховная рада. Не для кого не секрет 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Ну там что то функционирует? 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Конечно функционирует. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий:А где находится мозг киевского метрополитена. Основной

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: На площади Льва Толстого. Здание инженерный комплекс. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Прямо на площади?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист:Да, прямо на площади. Выходишь туда и инженерный комплекс. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: Тогда вы где-нибудь на Шулявке на нивках связываетесь с человеком, он находится на Льва Толстого. Или еще есть пункты?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Пунктов там много. Но в основном, один человек руководит всем движением на одной ветке , это диспетчер. Он отдает приказы и больше никто не имеет права отдавать приказы. Никаких. Ни как мне ехать, ни зачем мне ехать. Я его слушаю по радиостанции, что он скажет, то делаю. Скажет стоять, буду стоять, скажет подпрыгнуть, подпрыгну. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Кроме этой радиостанции что вы еще слушаете и как справляетесь с этой монотонностью? 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Я отжимался лично.

Василиса ФРОЛОВА, ведущая:Во время езды или на остановках? 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая:Во время езды. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: На полу места мало. На кресле что бы не терять вид. Потому что надо все время быть в тонусе. Те, кто курит, те смалят, смалят. И до конца смены глаза такие, что страшно. А те, которые кто чем хочет. Не знаю, других не спрашивал. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий: У вас есть в Киеве любимая станция метро?

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист:Это был Университет. Просто что старая и одна из самых первых. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Нам пишут, что женщин не берут в метро, потому что женское зрение значительно меньше и плохо адаптируется в темноте. Может быть такое? 

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Там время хватает адаптироваться в темноте. Нам даже очки выдавали специальное. 

Дмитрий ТЕРЕШКОВ, ведущий:Спасибо большое. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Спасибо большое.

Александр ШЕВЧЕНКО, машинист: Мне бы за парковку расплатится. 

Василиса ФРОЛОВА, ведущая: Поможем. Спасибо.

Читать все
Читать все