СЛУШАЙТЕ РАДИО «ВЕСТИ» ГДЕ УДОБНО И КОГДА УГОДНО!
стенограмма

"Евросоюз и США пока стараются избегать ярких заявлений"

"Точка зрения"Панченко: "Бизнес уже ищет замену России"

Стенограмма "Точки зрения" на Радио Вести

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: шестнадцать часов и четыре минуты в украинской столице. Здравствуйте всем, кто слушает Радио Вести. Это программа «Точка зрения». Меня зовут Юлия Литвиненко. В рамках этого проекта сегодня мы выслушаем точку зрения журналиста, редактора интернет-проекта «Европейская правда» Юрия Панченко.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Добрый день.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Здравствуйте. Сразу давайте в Вашем личном хит-параде новостей внешней политики на что обратить следовало внимание? Потому что, ну, понятное дело, что мы не можем не обратить внимание на визит Президента в Соединенные Штаты.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Ну, визит Президента и я бы назвал события, которые прошли на прошлой неделе, но значение, которого будет еще очень долго и очень важно. Это, наконец-то, ратификация Соглашения об ассоциации и те условия, тот гарантийный фонд, который его сопровождали. Речь идет о том, что экономическая часть, которая занимает восемьдесят процентов договора, вступит в силу лишь в конце следующего года.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Это поражение?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Это очень неоднозначное решение для Украины. Есть плюсы и минусы. И тут я хотел бы сказать, что самое главное, что дьявол прячется в деталях и главное, что разные стороны, имеется в виду Европейский Союз и Украина, с одной стороны, и Россия с другой, абсолютно по-разному трактуют этот документ. С одной стороны, то, что написано в документе, по сути – это поддержка Европы Украиной, потому что украинские товары по-прежнему будут и этот год, и следующий поставляться в Европу по нулевым ставкам. Это естественно, что выгодно для наших производителей. После чего вступит в силу уже свободная торговля. Этот режим продолжится. В то время, как европейские товары пока будут идти в Украину по стандартным ставкам. Ну, естественно, что это плюс, потому что украинский бюджет сохранит поступления таможенные, которые в принципе в нашей ситуации очень важны. Я слышал разные оценки, но в любом случае это несколько миллиардов гривен, которые мы сэкономим. Второй момент – это то, что украинские товары пока не будут стесняться европейскими. У украинских производителей есть еще около года, чтобы усилить свою конкурентоспособность. Это тоже, в принципе, плюс. Минусы в том, что этот договор не дает ответа, что будет через год. Очевидно, что Россия, доказывая что этот договор вреден для нее, грозиться повысить таможенные ставки для украинских товаров до уровня, обусловленного условиями их членства в ВТО. Это полбеды. С другой стороны, как отреагировать на это Украине, пока не понятно, потому что одновременно Россия продолжает политику запрета на ввоз украинских товаров на российский рынок под различными предлогами. Как правило, это санитарные нормы, технические стандарты. То есть, по сути,  Украину продолжают выдавливать с российского рынка даже не смотря на вот этот документ, можно сказать, о торговом перемирии. Кроме того, Россия трактует документ еще в том, что в течение нынешнего и следующего года Украина и ЕС не будут адаптировать свои технические систем друг другу. Точнее, Украина не будет адаптировать свои технические системы, стандарты к европейским. При этом, в принципе, это полный нонсенс, потому, что это никак не влияет на торговлю с Россией, но фактически они сказали, что если будет это, то они, все-таки, будут вводить таможенные ставки по обычным нормам, а не так как они идут сейчас по нулевым ставкам. То есть, таким образом, это кК бы перемирие, но оно очень недолгое, скорее всего. И скорее всего,  уже в ближайшем будущем мы увидим какие-то новые торговые конфликты. Тем более, что сегодня Российский премьер Медведев заявил, что он подписывает повышение ставок для Украины, которое может не вступить в силу, а может вступить. То есть, как видите, пока еще ситуация очень далека от решения.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Как думаете, в торговом смысле чего добивается Россия в таком «сотрудничестве» с Украиной? В кавычках.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: В первую очередь, их основная задача – это не допустить вступления в силу договора об ассоциации. В полной мере. Потому что Украина и Россия экономически расходятся уже давно. Наша двусторонняя торговля падает и украинские товары потихоньку выходят на другие рынки. И если сейчас это не закрыть, то уже через года два этот процесс будет уже неостановим. Соответственно, нужно какими-то угрозами остановить это все, оставив Украину только на рынке России. Но работая с российским рынком следует понимать, что он очень политизирован. То есть, сегодня свободная торговля есть, завтра по каким-либо политическим причинам ее может не быть. То есть, Украина никогда не может быть защищена. Тем более, даже время Януковича показало, что политически благоприятные отношения не защищают украинских производителей от очень массовых коммерционных мер на российском рынке. То есть, российский рынок очень опасен и очень непредсказуем.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Как будут вести себя украинские бизнесмены, у которых есть бизнес и тесные сотрудничества с Россией, в частности, Ринат Ахметов.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Ну очевидно, что бизнес уже сейчас ищет определенную замену. То есть, замену на европейском рынке, замену на рынке третьих стран. В принципе, тот же металлургический бизнес не настолько сильно завязан на Россию, как кажется. Как правило, нашу продукцию покупают на рынках даже не Европы, не СНГ, а третьих стран: это и Ближний Восток, и далее. Естественно, что это надо развивать и то, что Украина потихоньку выходит на мировые рынки, на которых до сих пор она очень слабо присутствует – это плюс. С другой стороны, есть рынки, которых найти замену будет очень сложно. Например, это машиностроение.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Только ли машиностроение?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Ну, пищевая промышленность и машиностроение.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну, пищевая промышленность. Да.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Но пищевая промышленность, все-таки, проще найти и замену и при достижении Украиной следующих стандартов мы вполне можем компенсировать российский рынок европейским.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Да, но вот кто-либо просчитывал соотношение вот этих стандартов и соответствия стандартам европейским? В какую копеечку обернется украинскому государству?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Вы знаете, я видел очень много разных расчетов. Ну, самый знаменитый, конечно, расчет на сто шестьдесят миллиардов, которым оперировал Виктор Янукович в Вильнюсе. О том, что для того, чтобы Украина подписала, Европа должна выплатить Украине сто шестьдесят миллиардов долларов. Ну, скажем так, последние данные МинАПК показывают, что уже почти четверть украинских агрокомпаний либо уже полностью перешла на европейские стандарты, либо уже близка к этому. То есть те, кто хочет работать по-европейски, тот, кто хочет уходить в Европу, они это делают.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А кто хочет, если мы понимаем, что никаких гарантий нет и, собственно говоря, кроме каких-то, я не знаю, альтруистов, наверное, от бизнеса будут сейчас инвестировать сейчас в украинский бизнес. Или я заблуждаюсь?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: В принципе, инвестиции есть и сейчас.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Какие сейчас инвестиции?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: И даже, есть частные фонды, которые готовы инвестировать в Украину, потому что это очень выгодно. Заход в Украину сейчас, когда стоимость активов очень низка, но риск велик, позволяет их продать с трехкратной выгодой через несколько лет. Это очень хорошее вложение. Да, естественно, что это бизнес вкладывает в надежные активы и часть денег вкладывает в рисковые. Украина сейчас, к сожалению, в этих рисковых активах. Но такие вложения тоже есть.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Вот этот интерес какие отрасли, какие компании сейчас представляют?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Любые, которые можно продать. Как правило, это то, что ориентировано на внутренний рынок. Там, если позовут, постоянный, и на европейский. Внутренний все-таки больше, потому что это самый надежный вариант. Внутренний просто стабилен.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Европейские компании могут сейчас какими-либо инвестиционными проектами заинтересоваться здесь в Украине?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Они интересуются. Естественно, что пока их интерес не конвертируется в прямые инвестиции. Как минимум, они ждут окончания избирательного цикла и ратификация уже произошла, уже стало более или менее понятно, что как. Самое главное – это окончание избирательного цикла по формированию нового правительства. Им надо понять, с кем им работать, какая будет идеология этого правительства? Как они настроены на реформы и на работу с инвесторами. Это очень важно для бизнеса.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Юрий Панченко. Журналист и редактор интернет-проекта «Европейская правда» высказывает свою точку зрения. Мы сделаем небольшую паузу и оптом продолжим. Поговорим о позиции всемирного банка в отношении огромной суммы. Речь идет про два с половиной миллиарда на развитие экономики. Как будет действовать Всемирный Банк, выполнит ли свои, не скажу обязательства, но обещания перед Украиной. Вернемся в студию и продолжим.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: В программе «Точка зрения» на Радио Вести сегодня Юрий Панченко. Журналист и редактор интернет-проекта «Европейская правда». Вот мы вспомнили о позиции Всемирного Банка в отношении помощи Украине. Речь идет о выделении двух с половиною миллиардов на развитие экономики. И, видите, на самом деле, это не первая инициатива подобного рода Всемирного Банка и почти совершенно очевидно, что это обещание будет выполнено, но как будут реализованы эти средства? Вот главный вопрос.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Вопрос не в том, что оно будет реализовано. Всемирный Банк работает в Украине фактически с независимости страны. И перед кризисом проекты Банка стояли около миллиарда долларов в год. Довольно-таки большая сумма. С другой стороны, до сих пор выборка Украиной кредитов Всемирного банка была очень низка. Бывали годы, когда она была всего около двадцати процентов. Представьте себе, Украина нуждается в деньгах, и тогда нуждалась, но при этом деньги, которые нам предлагают по очень низкой ставке, которых на рынке мы не можем привлечь, мы просто не берем их. Это связано с тем, что Всемирный Банк дает деньги под очень конкретные проекты, очень жестко отслеживает эффективность выполнения средств, куда пошли деньги. Соответственно, интерес на откате у украинских чиновников практически отсутствует, а в таком случае, зачем же брать деньги, если нет своего интереса? Все зависит от того, сможет ли сейчас новая власть переломить эту ситуацию. Потребность в деньгах, потребность в финансировании масштабных инфраструктурных проектов, которые могут поднять национальную экономику, очень велика. С другой стороны, есть сопротивление, скажем так, аппарата чиновнического, у которого нет личного интереса осваивать эти деньги. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Нет личного интереса, нет какого-либо стимула, да?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Проблема Украины была в том, что Украина до сих пор была очень богатой страной. Как бы, что ни говорили. Поэтому перед тем, как привлекать инвестиции, всегда было проще выбить деньги с бюджета, где можно получить свою личную выгоду куда больше. Вот и все.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Да, именно богатой всегда была Украина. Именно богатой она не осталась не потому, что она стала бедной, а потому, что совершенно очевидно, что Украина разграбленная страна. Вот мы понимаем, что полгода минуло, реформ никаких. Премьер говорит, что вообще невозможно проведение реформ, потому что у нас враг у ворот и что же мы будем делать? Мы понимаем, что ситуация с этим противостоянием между Украиной и Россией до конца года вряд ли завершится. Ну хорошо, если в такую спящую стадию перейдет.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Ну, смотрите. Есть страны, которые живут в такой ситуации. Есть Грузия, есть Израиль.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Да, мы понимаем. Да, но Вы помните, каким темпом там начались и продолжались реформы. Вы знаете отношение Евросоюза по отношению к Грузии, а Грузию по отношению к Европейскому Союзу.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Что Вы имеете в виду? Вы имеете в виду политическую ситуацию?

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: В том числе.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Если брать экономическую реформу, то в правилах Евросоюза нет замечаний к ним. Они проводили очень резкие, очень либеральные реформы, которые, конечно, были очень сильно востребованы болезненно населением, но они дали свои результаты.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну а в Украине состояние дел с реформами Вы же знаете.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Основная проблема Украины, на мой взгляд , в первую очередь, очень большие социальные ожидания населения. То есть, правительство во многом бы и готово проводить непопулярные реформы, но, как правило, боится, потому что оно будет не воспринято и будет даже в политическом обществе очень будет сильно большое сопротивление. Мы будем проводить непопулярные реформы и нас за это же и вынесут на третьем Майдане.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну, значит, кто-то должен принести себя в жертву. Давайте тогда не будем проводить реформы, а будем заниматься профанацией.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Понимаете, в чем дело. Нужно принести себя в жертву. Но должен быть доскональный консенсус решения проблемы. Да, мы проводим непопулярные реформы, мы доверяем правительству провести их, но мы знаем четкие ориентиры, к чему они должны привести через год, через два и будем следить за тем, чтобы это обязательство выполнялось. Этого консенсуса пока нет, к сожалению. Зато есть очень большие ожидания, что правительство будет давать деньги, правительство что-то там должно дать, а правительству уже нечего давать, вот в чем момент. Правительство может поднимать налоги, потому что у нас очень большой бюджетодефицит. И МВФ требует искать способа увеличения сборов налогов, сокращения бюджетных расходов.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А смотрите, если мы понимаем, что Национальный Банк не может удержать в безопасных границах гривну. Вот что происходит? Межбанк закрылся сегодня долларом по цене четырнадцать и девять. Четырнадцать и девять, да? Если Нацбанк не справляется с функцией какого-либо финансового регулятора, то почему бы нам не отказаться вообще от услуг Национального Банка и не работать с Европейским банком, раз уж мы понимаем, что… С каким-либо из европейских банков, с американским банком, раз уж мы понимаем, что все равно гривна привязана к курсу доллара? Зачем нам Национальный Банк в таком случае?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Гривна не привязана, гривна сейчас как раз отвязана от доллара.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну да, это совершенно отвязнейшее поведение, будем так говорить.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Ситуация не так плоха сама девальвация, хотя хорошего тоже мало, как то, что она абсолютно не контролируема и непредсказуема.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: В этом-то и ужас весь.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: В том-то и проблема.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Если Нацбанк не может гарантировать, не может удержать, не может сдержать?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: У Нацбанка очень маленький резерв. Это во-первых. То есть то, что предыдущее правительство и предыдущий глава Нацбанка, имеется в виду, Арбузов, удерживал курс, сжигая резервы, конечно, сейчас подкосило регулярно 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Но скажите, как европейские банки отнеслись бы к тому, что, скажем, Украина работала с европейскими банками? Такая схема вообще возможна? Это не моя мысль, чтоб вы не думали, что я какую-то крамолу тут говорю. Эту идею высказывал неоднократно известный грузинский реформатор, Каха Бендукидзе.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Ну, смотрите. Во-первых у Каха Бендукидзе идеи, как правило, очень революционные. Там очень умные идеи, как правило, очень правильные, но очень революционные. Он человек, который ставит под сомнение многие институты, которые, скажем так, являются ключевыми. Например, он считает, что вообще не нужен пенсионный фонд. Вообще.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Кстати, да, он так считает.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: То есть, на мой взгляд, все-таки, это не совсем правильно. Украина могла бы привязаться, например, к курсу евро. Учитывая, что мы брали курс на евроинтеграцию, это было бы, возможно, правильным путем. Но для того у Нацбанка должен быть достаточны резерв, чтобы держать спекулятивные атаки. К сожалению, этого резерва у него нет. В противном случае, я считаю, что это было бы очень неплохим вариантом. Возможно, что нужно было определиться, какой реальный курс гривны, приблизительно, коридор. Возможно, опустить гривну до этого уровня, посде которого уже было бы сказано, что мы уже ее привязываем к евро и он будет в каком-то коридоре по отношению к евро и это даст стабильность для экономики. По крайней мере, бизнес будет брать кредиты, зная, по какой ставке он будет отдавать и так далее. Это в принципе было бы очень сильным сигналом для бизнеса, что можно начинать нормальную работу в Украине.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: И давайте не оставим без внимания сообщение о том, что Газпром переживает худшие времена из-за прекращения поставок в Украину.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Он еще прекращает, снижает поставки в Европу, стоит отметить. Для того, чтобы не допустить реверсной продажи газа Украине, он сейчас снижает продажи в Европу по полной. Естественно, что он бьет по своему карману, в первую очередь. Однако, все делается для того, чтобы досадить Украине. Такая достаточно циничная позиция.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Как думаете, что вот должно произойти в отношениях между Украиной и Россией или одно вытекает из другого и нельзя говорить о прекращениях на экономических рынках в торговой войне этой? Можем мы договориться? Или если бы мы продвинулись в политических соглашениях, то уж это как само собой разумеющееся?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Мне кажется, что мы можем договориться в конечном итоге, но не сейчас.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Когда?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Когда? Когда наша зависимость от российского рынка станет гораздо меньше. В таком случае, инструментов давления будет у России меньше, и, соответственно, придется договариваться. Когда мы закрепимся на европейском рынке и на рынках других стран, соответственно, наша зависимость от русского рынка сильно упадет. То есть, мы можем на нем оставаться, можем уйти, закрыв для России взамен свой рынок. В таком случае, позиция Украины будет гораздо более сильной. Тогда, когда мы сможем диверсифицировать поставки газа соответственно закрытие крана российского газа. Конечно, будет неприятно и проблемно, но не станет концом света.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Юра, ну мы говорим такие фантасмагоричные на самом деле вещи, потому что для того, чтобы все это осуществить, нужно было уже работать в этом направлении. Вот не сегодня, а со вчера, что называется.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: С позавчера. Все правильно.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну и?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: За неимением гербовой бумаги пишем на обычной. Имеем то, что имеем. И эти проблемы, которые нужно было решать позавчера, мы решаем сегодня. Приходится.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Означает ли это, что мы в своим бездействием, попустительствуем и помогаем, по сути, в воссоздании Советского Союза. Вот о чем мечтает? Вот большой, могучий Советский Союз. Вот, о чем мечтает Владимир Владимирович. И торговля тут у нас будет.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: В чем Вы видите свое попустительство, Вы скажите?

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну, хотя бы, в вопросах ратификации.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Я все-таки не считаю, что мы сейчас сдаемся. Мы ищем какие-то пути и самое главное, что документ подписан. И это очень важно. Задачей России было сорвать подписание. Все-таки он подписан и есть четкая позиция, когда он вступает в силу. Сейчас главная задача теперь России отсрочить адаптацию украинских норм к европейским. Я надеюсь, что это не удастся. Мы найдем те варианты, чтобы провести все эти реформы. Если же Россия решит обидеться и, например, поднимет ставки, то, ну что ж, в таком случае еврокомиссары сказали, что режим сводной торговли Украины и ЕС вступает в силу незамедлительно. Возможно, это будет и оптимальный вариант. Естественно, надо сказать, что это будет определенным экономическим шоком для Украины, но, к сожалению, это придется пережить.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Значит, я напомню нашим слушателям, что у вас есть возможность нам позвонить. Мы говорим сегодня с журналистом, редактором интернет-проекта «Европейская правда» Юрием Панченко. Наш гость высказывает свою точку зрения. Мы поговорили о европейском векторе и о российском, о российских проблемах. Точнее, о рпоблемах российско-украинских в этом противостоянии, не законченном еще. Ну и в следующей части я предлагаю поговорить об отношениях между Соединенными Штатами и Украиной. Что означает невозможность получения этого статуса союзника без членства НАТО, о чем просил Президент Порошенко президента Соединенных Штатов. Мы вернемся в студию и у Вас будет возможность задать нам вопрос или высказать, как я уже сказала, свою точку зрения по телефону триста девяносто, сто четыре и шесть. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Это программа «Точка зрения». Юрий Панченко сегодня журналист, редактор интернет-проекта «Европейская правда» высказывает свое мнение. Вот так о событиях, которые в наибольшей степени удивили нас за последние несколько часов. Мы начали ЧС отношений между Соединенными Штатами и Украиной. Попросил Президент Порошенко статуса союзника без членства НАТО. Ну вот, я так понимаю, что было отказано.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Я бы не был так категоричен. Дело в том, что получение такого статуса – довольно долгая процедура. Должны проголосовать обе палаты законодательные США, потом подтвердить президент. Я считаю, что провести такое голосование оперативно не получится. Но, в то же время, сенаторы и конгрессмены США поддерживают такой статус. Соответствующий законопроект в поддержку Украины был вынесен как представителям Республиканской, так и Демпартии. Это показывает, что в США среди оппонентов есть консенсус. В таком случае, вероятность того, что это решение будет принято, достаточно велико. Не поучилось сейчас? Конечно, это плохо. Это было бы очень важным сигналом, но я бы хотел сказать, что и Евросоюз и США пока стараются избегать ярких, именно публичных каких-то заявлений.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Хорошо. Давайте я Вам сейчас процитирую нового премьера Польши. Как Вы знаете, новый польский премьер, Ева Копач, прокомментировала так вопрос о возможных поставках оружия Украине. Вы знаете, да? Ну вот для тех слушателей, которые, возможно, эту новость пропустили разговор с журналистами на эту тему произошел во время презентации нового Кабинета Министров и вот, значит, отвечая на вопрос о поддержке Украины оружием, Копач ответила, что подходит к нему, прежде всего как женщина. «Вы знаете, я женщина. Я представляю, что б я сделала, если бы на улице мужчина размахивал острым инструментом или держал пистолет в руке. Первая мысль: там, позади меня мой дом и мои дети. Поэтому я бы зашла в дом, заперла его и заботилась о своих детях», - сказала она. – «Польша должна вести себя как польская умная женщина. Наша безопасность, наша страна, наш дом, наши дети – это наиболее важно.» Надо отметить, что подобны заявления Копач вызвали возмущение у польских журналистов, о чем они делятся на своих страничках в Твиттере, например. Вот как Вы прокомментируете такую реакцию?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Мне еще понравилась реакция на эту новость польских журналистов. Он написал, что это спецоперация Дональда Туска для того, чтобы поляки оценили, что значит.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Лицом к лицу лица не увидать? Большое видится на расстоянии, да.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Естественно, что для нас это достаточно серьезное заявление и не исключено, что с новым польским правительством отношений настолько хороших уже не будет. И это очень плохо. НО, опять таки, не стоит делать такие странные заявления по первому заявлению. Важно, что это интервью сразу вызвало шквал возмущения, его и нового премьер-министра сильно критикуют, из-за чего естественно, что любой разумный политик вынужден будет несколько сменить свою политику по этому вопросу, если она вызывает такое возмущение.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Но, тем не менее, Польша, Украина и Литва продолжают сотрудничество. И я бы хотела поговорить об этом проекте с открытием штаба-квартиры в Люблине, да? Вот, давайте мы про это. Так называемый «Батальон»?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Да, польско-литовско-украинский батальон со штабом в Люблине. Ну, скажем та, естественно, что это решение очень давнее. Это обсуждалось еще во времена Кучмы. То есть, представьте, сколько лет прошло от идеи, от обсуждения до реализации. Идея очень старая. Она, с одной стороны, полезная, поскольку даст украинской армии и отдельным частям опыт взаимодействия с армией Польши и Литвы, улучшит наше взаимодействие и улучшит, в конце концов, нашу боевую подготовку. Однако, это не значит, что после этого батальона польские и литовские части будут воевать на территории Украины, помогая нам бороться с сепаратистами. К сожалению. Но, в любом случае, позитивный от этого решения факт в том, что тренировки, которые будут происходить в том же Люблине, на территории Польши и Литвы украинские военные получат лучшую подготовку  и будут больше готовы для защиты своей страны. А это плюс. И, если можно, я вернусь к поставкам оружия, то, что мы говорили по поводу Польши. Я бы хотел сказать, что Европа очень осторожно подходит к вопросу. На прошлой неделе я общался с рядом европейских политиков официально. Официальная позиция Европы и стран, что вопрос по оружию еще пока решается, ничего не понятно. Однако, неофициально говорится следующее: поставки оружия все-таки будут, есть страны, готовые нам уже помогать, но это будет очень неофициально, без какого-либо освещения в прессе. Именно поэтому Европа так болезненно отреагировала на заявления Юрия Луценко, который, как Вы помните, назвал страны, после чего все стали опровергать Естественно, что в таком деликатном моменте такое освещение просто неприемлемо.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А зачем тогда не новичок в политике Юрий Луценко делал это?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Ну, помните в фильме: дай, думаю, сказать и сказал.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Да уж. И на солнце бывают пятна, это называется. Кстати, вот я напоминаю наш телефон триста девяносто, сто четыре и шесть. Вы можете позвонить нам и высказать свою точку зрения. Вот мы можем поприветствовать дозвонившегося слушателя.

Слушатель: Здравствуйте.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Здравствуйте, по-моему, это город Харьков у нас на связи.

Слушатель: Да, это Харьков, это Федор.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Вы не работаете, Федор? Вы слушаете все время радио и все время звоните. Чем вы занимаетесь?

Федор, слушатель из Харькова: Я не все время звоню, но когда актуальные темы, тогда стараюсь.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А чем Вы занимаетесь в миру?

Федор, слушатель из Харькова: Мелкий спекулянт. Это все чепуха.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Спекулянт? Ясно. Так.

Федор, слушатель из Харькова: Ну, как все.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Свободный художник, так.

Федор, слушатель из Харькова: У меня вопрос к господину Юрию, я забыл, Панченко, да?

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Так. Слушаю Вас, слушаю.

Федор, слушатель из Харькова: Да, Панченко. Вот скажите, пожалуйста, вот где-то года три назад был такой разговор, что Евросоюз ведет переговоры с Россией о создании глобального, континентального проекта или содружества. Вот вопрос: какая разница для Украины, как она войдет в это содружество. То ли через Россию, то ли через Евросоюз. Может, если этот вопрос поставить нашей общественности, то не было этого конфликта, как сейчас?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: С удовольствием Вам отвечу. Понимаете, в Европе действительно есть, по крайней мере, была такая идей большой Европы от французского Бреста и до Владивостока. И у этой идеи есть поклонники, в основном, среди левых интеллектуалов. Однако подобная концепция возможна лишь в случае демократической России. Еще лет десять назад, даже, скорее, пятнадцать, таких надежд было достаточно много. И тоже Президент Путин. Его воспринимали, в первую очередь, как европейского политика. По началу. В отличие от такого каноничного почвенника Ельцина, Путина воспринимали как такого европейского  политика, который может реализовать эту концепцию. Остатки этих надежд до сих пор еще у некоторых остались. Естественно, что когда в России стали бороться с правами человека, зона свободы слова стала сужаться. Естественно, что надежды на реализацию такого концепта, соответственно, стали снижаться. И сейчас естественно, что вариант, при котором Россия может произвести общую модель, общую ассоциацию с Евросоюзом. Я уже не говорю даже войти в Евросоюз. Но, по крайней мере, какую-то общую модель, например как есть общий свободный европейский рынок, в который входит Евросоюз и те страны, которые не входят в Евросоюз. Такие страны, как Норвегия, Швейцария. Что-то подобное с Россией теоретически возможно, но в долго-, в краткосрочной, в среднесрочной перспективе этого не будет. Это понятно, что пока в России такая ситуация со свободой слова, защитой прав собственности, прав личности, естественно, что подобное просто не реально. Возможно, когда-нибудь в будущем, кто знает, как оно будет. Тем более, сейчас уже Россия выбрала уже не европейский, а, скажем, евразийский путь интеграции, интегрируясь с Казахстаном, интегрируясь в ШОС. Это организация, которая включает Китай. Это их выбор, в конце концов. Если им ближе Китай, чем Европа, никто не будет их останавливать.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Мы вернемся в студию сразу после свежих вестей и Юрий Панченко выскажет свою точку зрения в отношении референдума, которого долго ждали но мы обсудим, как Шотландцы так долго прощались, но все-таки не ушли.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Юрий Панченко, журналист редактор интернет-проекта «Евпропейская правда» будет отвечать теперь на ваши вопросы, комментировать ваши мнения, ваши точки зрения. Вы можете позвонить по телефону триста девяносто, сто четыре и шесть. Я лишь вскользь упомяну факт того, что ДНР в эти минуты в отчаянии, так как считает, что результаты референдума в Шотландии сфальсифицированы. Какого?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Ну, им был нужен прецедент мирного разделения.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Им из ДНР виднее, конечно.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Это конечно. Но в любом случае, когда российская Госдума направила свою делегацию следить за референдумом, можно было ожидать, что будут какие-нибудь интересные результаты выборов. В любом случае, референдум очень интересен и говорить, что проблемы для Великобритании решены – отнюдь нет. Смотрите. Можно говорить, что была большая поддержка, если бы за независимость проголосовало, например, двадцать  или тридцать процентов. Тогда бы можно было говорить, что подавляющее количество шотландцев против. Однако, голоса разделились практически поровну: сорок пять на пятьдесят пять, то есть, шотландское общество расколото. Более того, британские власти агитировали шотландцев против независимости, гарантируя увеличение прочих социальных благ. Это при том, кстати, что Шотландия уже и так достаточно получает их неге, то есть, там и так нет такой большой экономики, там довольно-таки суровая природа.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Климат, да.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Соответственно, они получают денег больше, чем дают в общий британский бюджет. И вот теперь правительству говорят, что вы нам обещали, вы нам должны дать повышенное финансирование. Как это воспримут британцы Англии, Уэльса? То есть, проблемы, связанные с Шотландией, они далеко не кончились референдумом. Они только начинаются. Тем более видно, что расколотое общество. Очень большие ожидания. Тем боле, что референдум в Шотландии оперировал не столько историческими какими-то моментами, обиде нации и прочим, сколько ожиданиями, что независимая Шотландия станет жить богаче, что им британцы должны. Что, кстати, не совсем правда, поскольку обеспеченные шотландцы, то есть, люди, которые умеют считать фунты, голосовали против, хотя видели, что обещания шотландского правительства нереализуемые. 

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: То есть, Вы думаете, что вот это противостояние, если хотите, борьба внутри страны, будет продолжаться.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: К сожалении, да.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Но если не референдум, то какие методы борьбы будут использованы?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Ну, если не референдум, теперь они будут требовать больше финансовых вложений.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну там даже речь, скорее… Ну, да, это один из факторов. Но ведь Шотландия настаивала на том, что она хотела принимать и влиять на политические решения, в том числе.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Ну они и так в определенной мере влияют на политические решения.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну каким образом?

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Делегируя в общий парламент.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Да, но участие, кажем, во внешней политике. У Шотландии нет ресурсов. А вот они хотели сыграть ключевую роль. Не скажу решающую, но одну из ролей имен во внешней политике. Но вот голоса Шотландии во внешней политике по-прежнему не будет слышно.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Очевидно, что сейчас им будут предлагать различные меры, например, большую автономию при сборе налогов. То есть, вы хотите самообеспечения? Вы считаете, что вас обделяют? Давайте вы будете иметь большую финансовую автономию. Вопрос о том, согласится ли на это правительство Шотландии, поскольку это не факт, что приведет к благоденствию. Основной аргумент шотландской национальной партии про залежи нефти в Северном море. И, естественно, что идут сравнения с Норвегией, где подобные залежи, которые позволяют обеспечить национальную экономику, очень высокие социальные стандарты. Но извините, при практически одинаковом населении, чуть больше пяти миллионов, добыча нефти в Норвегии, если не ошибаюсь, в четыре раза больше, а в Британии она постоянно снижается.  Поэтому далеко не факт, что увеличение финансовой автономии Эдинбурга приведет к увеличению денежных вливаний в кошельке каждого шотландца.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Триста девяносто, сто четыре и шесть. Это телефон прямого эфира. Код Киева ноль сорок четыре. Ну вот теперь время для наших слушателей. Триста девяносто, сто четыре и шесть. Вы можете задавать свои вопросы, можете высказывать свою точку зрения, мы будем рады слышать вас в прямом эфире. Здравствуйте, откуда Вы звоните?

Слушатель: Добрий День. Це Ганна, Київщина.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Да.

Ганна, слушатель из Киева: у мене запитання до ведучої Я часто чую від Вас таке ствердження. Можливо, є така можливість, що Порошенко – останній Президент України. Ви не маєте права нав’язувати суспільству таку думку. Це слухачі можуть сказати в цьому плані. А Ви журналіст, не маєте право цього говорити. Для чого Ви деморалізуєте суспільство? Дякую.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну, я оставлю это без комментариев, потому что мое мнение – это мое мнение. Здравствуйте, откуда Вы звоните?

Слушатель: Добрый день, Тимур, Днепропетровск. Добрый вечер, Юлия.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Здравствуйте.

Тимур, слушатель из Днепропетровска: У меня вопрос такого плана по поводу российского олигархата. Как мы знаем, увеличивается давление и на финансовое состояние, и на данные события с арестом оного из ведущих, скажем так олигархов. Какие у Вас прогнозы по поводу волнений среди богатых людей России? Будут ли они и какие будут последствия

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Ну, тут как я понимаю, было отсыл к нынче европейской жизни олигарха Фирташа, а потом уже отсыл к российским. Но упомянут был, я так понимаю, именно Фирташ.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Следует заметить, что европейские санкции, направленные в том числе на олигархов, в первую очередь из ближнего окружения Путина в расчете на то, что испытывая проблемы, они будут чаще обращаться к Путину с призывами резкой смены политики. Если честно, я не верю в то, что это будет эффективно. Потому что в России построен тот строй, когда решения принимают – внешнеполитические решения. Экономические еще возможно, их влияние на принятие закона или еще что-то. Но во внешней политик все решения принимаются единолично, без какого-либо учета мнений других. И, соответственно, здесь есть момент. Да, очевидно, что количество, в том числе, олигархов, не довольных внешнеполитической политикой растет. Санкции достаточно болезненные. Это сейчас. А вот год действия санкций, естественно, что это уже будет существенная проблема для всех. Тем более, что есть вероятность того, что они будут усиленные. А если, например, будут реализованы такие меры как запрет пользования платежной системой SWIFT, то это сверхсильный удар по российской экономике и по каждой компании финансовой, в первую очередь финансовой. С другой стороны, что за четырнадцать лет путинского правления фактическое влияние олигархов если не равно нулю, то очень близко сведено к нему. Естественно, что они уже не могут так влиять, как это было при Ельцине.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: А вот смотрите. Если мы говорим об олигархе, как о явлении, мы говорим обычно о некотором слиянии политики и бизнеса. Ну вот природа олигархии в чем? Под это определение президент Путин подпадает? Человек, который имеет интересы в Газпроме и при этом представляет интересы страны.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Если верить российской позиции, то да.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Да? Хорошо. Есть еще одно мнение. Мы выслушаем и продолжим. Вы сделайте тише приемник, мы тогда сможем с Вами общаться. Откуда Вы звоните? Как Вас зовут?

Слушатель: Здравствуйте, из Днепропетровска, Александр.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Здравствуйте.

Александр, слушатель из Днепропетровска: Хотел у вас спросить вашего объяснения. Скажите,  а можете ли вы сказать, не в курсе в Шотландии какие социальные слои сорок пять процентов хотели отделения? Если вот скажем в Украине это люмпен пролетариат, так называемый, алкаши, босота сепаратизма этого. А вот в Шотландии какие слои идут на это?

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Вот, кстати, на этот вопрос мы уже вчера отвечал политолог Тарас Березовец. Он сказал, что как раз все эти призыва к отделению были направлены на электорат предпенсионного, пенсионного возраста.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Я смотрел перед тем, как идти на передачу, как голосовали отдельные графства. Во-первых, за референдум, если я не ошибаюсь, проголосовало Глазко и Эдинбург, один из них точно. И северные территории, где уровень жизни значительно ниже. Вот это вот достаточно показательно. Кроме того, из всех опросов можно сделать вывод о том, что голосовали люди старшего возраста и в принципе молодежь. Почему сорок пять процентов сторонников независимости набралось? Потому что организаторы референдума смогли привлечь на участки людей, которые обычно в выборах не участвуют. Сделали популярным среди молодежи, которая тоже пришла с идеями независимости. Люди, которые редко ходили, и вот они пришли и сделали довольно-таки высокий процент сторонников независимости.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: Спасибо Вам большое, что нашли время сегодня пообщаться с нашими слушателями. Я напомню, что сегодня свою точку зрения высказывал журналист, редактор интернет-проекта «Европейская правда» Юрий Панченко. До новых встреч.

Юрий ПАНЧЕНКО, журналист: Да, спасибо.

Юлия ЛИТВИНЕНКО, ведущая: И приятного, конечно же, дня, приятного вечера для всех, кто остается дальше с Радио Вести. Матвей Ганапольский дальше заступает на свою смену.

Читать все