СЛУШАЙТЕ РАДИО «ВЕСТИ» ГДЕ УДОБНО И КОГДА УГОДНО!
стенограмма

"Русские по языку люди, живущие в Харькове и Одессе, оказывается, совсем не такие русские, как живущие в России"

Максимум мнений с Сакеном АймурзаевымОпрос украинцев от Навального и дело Сенцова

Стенограмма вечернего эфира на Радио Вести

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Двадцать часов и три минуты, и сорок девять секунд в Киеве. Двадцать четвертое сентября, среда. Вы слушаете Радио Вести. У микрофона Сакен Аймурзаев. Добрый вечер, приветствую вас уважаемые слушатели. В ближайший час я в этой студии буду общаться с вами. Рассказывать вам что-то и спрашивать у экспертов. Значит, какой план. Первые полчаса мы поговорим о очень интересном опросе, который опубликовал накануне вечером Алексей Навальный, российский политик. Опрос касается непосредственно Украины, самых болезненных вопросов, которые существуют на востоке страны. Подробнее через несколько минут. После новостей середины часа в эфире Зоя Светова, российский журналист и правозащитник, которая активно занимается делом Олега Сенцова. Регулярно встречается с ним и опубликовала недавно замечательную обширную, обзорную статью о том, как продвигается дело Сенцова и трех других арестованных и содержащихся в российской тюрьме граждан Украины, обвиняемых в терроризме. Ну и в конце сегодня опять включу телефон и послушаю вас, ваши мысли по поводу вот тех информационных и как вам сказать, смысловых блюд, которые я вам сегодня предложу. Будем думать, и обсуждать все в конце часа. Двадцать четыре-тридцать пять – телефон для смс сообщений. Пожалуйста, посылайте их щедро, не жалейте. Тем более они бесплатные. И подписывайте обязательно. И так, Алексей Навальный и фонд борьбы с коррупцией, который Алексей организовал и возглавляет, опубликовал невероятно интересный опрос. Он есть на сайте navalny.com, можете познакомиться с цифрами подробнее. Заранее сейчас извинюсь перед вами, поскольку на радио цифры – это всегда трудно. Но мы попробуем с вами не просто произносить цифры, не просто их как-то мимо сознания пропускать. Немножко думать о том, что это за цифры. Итак, социологический опрос, проведенный фондом борьбы с коррупцией Алексея Навального, прошел в двух областях Украины: в Харьковской и Одесской. Харьковская и Одесская области. Почему их выбрал именно Алексей и его коллеги? Поскольку эти области российской пропаганды, российская идеологическая машина с завидной регулярностью и упорством включает в состав так называемой Новороссии, вот этого вот мифологического образования путинского. И эти области считаются в России пророссийскими собственно. Опрос, проведенный Алексеем Навальным и его коллегами, конечно же, адресован российской аудитории. И он это интерпретируя этот опрос, говорит о том, что вот русские по нации, русские по языку люди, живущие в Харькове и Одессе, оказывается, совсем не такие русские, как живущие в России, попадающие под действие пропаганды. И так, обо всем по порядку. Опрос проводился, сразу скажу, с восьмого по семнадцатое сентября, то есть совершенно недавно. Было опрошено тысяча человек. Итак, первый вопрос, который задавался жителям Харьковской и Одесской областей, с кем должна быть Украина? Какой курс должен быть у Украины? Что интересно. Значит в Харьковской и Одесской областях тридцать четыре процента считают, что будущее Украины должно быть связано с Европой. С Россией – семнадцать. А дальше самое интересное. Дальше утверждение, которое попросили выбрать респондентов, звучали следующим образом. Я не могу выбрать ни Европу, ни Россию, потому что считаю, что Украина должна быть самостоятельным государством. Таких людей в этих двух областях, которые российская пропаганда считает пророссийскими – семнадцать процентов. Столько же, сколько тех, кто хотел бы, чтобы будущее Украины было бы связано с Россией. Следующее утверждение: я не могу выбрать ни Европу, ни Россию, это не имеет значения для меня. Я хочу, чтобы не было войны – восемь процентов. Следующие два процента те, кто хотят и с Россией и с Европой. И в общей сложности двадцать два процента – по той или иной причине не могут ответить на этот вопрос. И того мы имеем семнадцать процентов тех, кто хотел бы, чтобы будущее Украины было связано с Россией. Тридцать четыре с Европой. И все остальные – это более сорока процентов, более сорока процентов – либо не определились, либо за мир против войны, либо хотят, чтобы со всеми, либо хотят, чтобы Украина была суверенной независимой и, по сути, наверное, в некотором смысле нейтральной страной. Но это сорок процентов к тридцати четырем за Европу. Получаем семьдесят четыре процента граждан Украины, которые так или иначе ассоциируют себя с Россией, потом с русской культурой. Потом об этом скажем чуть позже. Семьдесят четыре процента, которые не хотят или пассивно, или активно, чтобы будущее Украины было связано с Россией. Это Харьковская и Одесская области. Следующий вопрос очень любопытный. Как вы понимаете слово Новороссия? Спросили эксперты жителей Харькова и Одессы. Я не понимаю, что это такое, не воспринимаю этого и не хочу комментировать это – сорок три процента. Сорок три процента. Это что-то плохое – четырнадцать процентов. Соединяем, получается у нас пятьдесят семь процентов тех, кто негативно априори относится к самому слову и явлению Новороссия в Харькове и Одессе. Так называют районы, которые хотят в Россию – тринадцать процентов. Чушь, бред, ерунда – девять процентов. Короче говоря, из всего, что интересно в этом – пятнадцать процентов называют какие-то другие определения. И только четыре считают это историческим термином, по сути, также как российская пропаганда. Четыре процента – Харьков и Одесса. Следующий вопрос. Хотели бы вы, чтобы ваш регион остался частью Украины, стал частью России или стал частью Новороссии – спросили у жителей Харьковской и Одесской областей. Остался частью Украины – восемьдесят семь процентов. Стал частью России – три процента. Стал частью Новороссии – два процента. Этот опрос меня особенно порадовал. То есть тут даже разброса нет. Пять процентов считающих, что эти регионы должны стать частью России или частью Новороссии. Пять процентов. И восемьдесят семь однозначно говорят о том, что это часть Украины. Следующий блок вопросов, заданных жителям Харькова и Одессы касался войны и того, как люди, живущие в этих областях, объясняют себе войну. И как они ее видят, что это за война, между кем и кем эта война. Война между Россией и Украиной – тридцать два процента. Между Россией и Западом – двадцать два процента. Между ополченцами и Киевом – четырнадцать. Не могу выбрать ни одну из этих точек зрения или затрудняюсь ответить – в общей сложности тридцать один процент. Вот тут мы входим в ту часть опроса, в те предложенные респондентом варианты, которые удивительным образом показывают огромное количество людей, не понимающих и не определяющихся в отношении войны. И так, тридцать два процента считают войну, происходящую между Россией и Украиной. И почти столько же не могут сказать, что это за война. Не могут сказать, не понимают, что это. Не могут определить ее для себя. Примерно такое же интересное явление мы наблюдаем, когда задают людям вопрос – участвуют ли в военных действиях на территории Украины российские войска? Вот, например, есть ли россияне, воюющие в Украине, российские войска или нет? Участвуют непосредственно – пятьдесят два процента. Больше половины. Не участвуют – девять процентов. И что меня поражает – двадцать один процент затрудняется ответить. Двадцать процент жителей Харькова и Одессы затрудняются ответить, есть ли на территории Украины российские войска. Для меня это в первую очередь означает, и мы об этом говорили в эфире не раз, означает конечно недостаточно информирование населения. И недостаточное информирование и недостаточное ограждение украинских граждан от действия российских СМИ, которые говорят, что здесь нет никаких российских войск. Ну просто ведь очевидные вещи, которые постоянно сообщаются. Может быть плохая доказательная база. Может быть неубедительно украинские журналисты рассказывают об этом. Может быть как то еще надо это делать. Двадцать один процент жителей Харьковской и Одесской областей затрудняются ответить, участвуют ли российские военные в военных действиях на территории Украины. Продолжим после рекламы и новостей. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Двадцать шестнадцать. Продолжаем эфир. Рассматриваем опрос, сделанный фондом борьбы с коррупцией Алексея Навального. Тысячи человек в Харьковской и Одесской областях были опрошены по самым важным таким сущностным вопросам современности и нашей реальности. Итак, мы говорили о войне. О том, как люди, живущие в этих областях, относятся к войне. Следующий блок вопросов касается украинской власти. И тут очень интересно. Опишите, пожалуйста, свое отношение к Петру Порошенко, спросили жителей Харькова и Одессы. Положительно к действия Президента относится двадцать один процент. Скорее положительно – семнадцать. И отрицательно – семнадцать. Но самое интересное, что двадцать девять процентов относятся к нему нейтрально. То же самое мы видим, когда спрашивают об отношениях к украинской власти в целом, не только к президенту, к власти. Положительно в Харькове и Одессе, безусловно, положительно оценивают одиннадцать процентов. И скорее положительно – тринадцать. То есть в целом положительно – двадцать четыре. И нейтрально – двадцать пять. При этом отрицательно – двадцать шесть, категорически отрицательно. То есть посмотрите, нейтрально двадцать пять. О чем это может говорить в данной ситуации? После мы посмотрим, как люди при этом готовы идти на выборы – пятьдесят девять процентов. Пятьдесят девять процентов готовы пойти на выборы, парламентские выборы. И точно совершенно в них участвовать уже сейчас в Харькове и Одессе. Но вот этот огромный процент нейтрального отношения, который сопоставим с положительным отношением, вполне сопоставим, говорит о том же, о чем говорит вот это нейтральное, непонятное отношение к событиям на востоке. К военным событиям. Присутствуют или не присутствуют там русские военные. Вот это не понятно. Ни хорошо или плохо, но нейтрально. Это значит, что огромный потенциал у украинской власти в областях, которых российская пропаганда называет своими пророссийскими отчасти так называемой Новороссии. Огромный потенциал. И пока это потенциал не совсем использован, если этот процент настолько велик тех людей, кто нейтрально относится. То есть потенциально готов относится положительно к украинской власти. Но пока не может этого себе и людям сказать. Следующий блок вопросов интересный тоже. Касается он ценностных каких-то вещей. Это владение языком. А значит одинаковых, хорошо владеют и русским и украинским в Одессе и Харькове – это шестьдесят один процент. Русским лучше, чем украинским – тридцать три. Украинским лучше, чем русским – шесть. Тут что комментировать? И в связи с этим вопрос, хотели бы вы, чтобы русский язык стал официальным или государственным в скобках языком в месте с украинским – сорок четыре процента хотели бы. Тринадцать – скорее хотели бы. То есть в целом пятьдесят семь процентов. Категорически не хотят – восемнадцать, и не считают это необходимым – семнадцать. То есть где-то около тридцати процентов не хотят. Не хотят этого. По НАТО тоже вполне определенные ответы дают жители этих регионов. Категорически против – сорок один процент. В целом против вступления Украины в НАТО – более шестидесяти семи процентов получается. За – семнадцать. То есть пятьдесят процентов между теми кто за и теми, кто против вступления в НАТО. И последнее, это Майдан. Вот тут очень интересно. Как вы относитесь к требованиям Майдана? Положительно – тридцать процентов. Скорее положительно – одиннадцать. Нейтрально – одиннадцать. То есть в целом не отрицательно – больше пятидесяти процентов. И двадцать шесть процентов затрудняются ответить. Что опять же говорит об огромном потенциале людей, которые затрудняются ответить. Это хуже, чем нейтрально. Но они не говорят категорически нет. Они не говорят плохо. Таких семнадцать процентов, о Майдане и о том, что происходило на Майдане. Ну и интересный вывод, кстати, потом, если будет время, посмотрите это там. Там опрос, там были вопросы по Верховной Раде, по выборам в Верховную Раду. Там получается семьдесят два процента еще не решили, за кого голосовать. При том, что шестьдесят почти готовы пойти. Семьдесят процентов не решили, кого избирать. И там какие-то совершенно микроскопические проценты, я даже называть их не буду, у политических партий, которые будут в бюллетене. То есть не определились, и определятся видимо в последний момент. Следующий блок этого огромно опроса Алексей Навального и фонда борьбы с коррупцией безумно интересен. Я не так долго буду еще мучить вас цифрами. Буквально две-три маленькие зарисовки, что теперь делали социологи? Вот они спрашивали у людей, на каком языке они разговаривают дома, на каком языке на работе. И как они общаются в обычной жизни. И так, выделили языковую группу, которая говорит и дома и на работе на русском языке. То есть тотально на русском языке всю свою жизнь каждую минуту в Харькове и Одессе. Из этих людей, и этим людям задали вопросы, которые мы обсуждали в первой части. С кем быть Украине, как вы относитесь к власти и так далее, и так далее. И вот смотрите, что мы имеем. Возьмем вот только эту группу, которые только по-русски говорят, исключительно. И эти люди считают, что будущее Украины должно быть связано с Европой – тридцать два процента. Почти тридцать три процента. При этом, девятнадцать процентов считает, что Украина должна быть самостоятельным государством. А это мы все равно относим к той группе, которая, скажем, ну скорее не с Россией, не с Европой. Самостоятельное государство. Но в целом, не с Россией. С Россией – девятнадцать, самостоятельно девятнадцать. И тридцать два за Европу. Получается, почти пятьдесят процентов, не с Россией. Это те, кто и дома, и на работе в Харьковской и Одесской областях говорят по-русски. То есть культурно чувствуют себя частью русского народа, в этом смысле. В языковом смысле. И такая же группа следующая, смотрите. Взяли тех, кто хочет, чтобы русский был государственным в Харьковской и Одесской областях. И что мы тут имеем? Тридцать девять процентов, почти сорок процентов не хотят, чтобы при этом Украина была связана с Россией. Будущее Украины было связано с Россией. Вопрос провокационный, в нем заложен конфликт изначально. Из тех людей, которые, чтобы русский был государственным – тридцать процентов. Хотят, чтобы будущее Украины было связано с Россией – треть. И последнее, о чем я скажу. Вот тут как бы совсем уже все понятно, да? Фонд Алексея Навального спрашивает у людей, которые выступают в Харьковской и Одесской областях за то, чтобы русскому дать статус государственного. Частью какой страны вы бы хотели, чтобы был ваш регион? Харьков и Одесса. Семдесят девять процентов тех, кто проживая в этих регионах, выступает за русский государственный, хотят, чтобы эти регионы оставались частью Украины. И пять процентов, чтобы они были частью России. Семьдесят девять процентов, и одиннадцать не определившихся. Вы знаете, это очень оптимистический опрос. Поэтому я ему посвятил столько времени в нашем эфире. И еще раз рекомендую вам, тем, кто его не посмотрел, посмотреть более детально. Более спокойно, когда вы видите цифры. И так, мы выделяем две главные позиции – никакой Новороссии, никакого присоединения к России. Семьдесят девять процентов ядерно-русских людей, русских в кубе, которые хотят, чтобы русский язык был в Украине государственным. Семьдесят девять процентов этих людей не хотят, чтобы их регионы выходили из состава Украины. Они хотят быть частью Украины, частью украинского государства. Хотят быть гражданами Украины. По-моему замечательный результат, не смотря на то, что пропаганда работает, СМИ российские вещают и при желании можно все это смотреть и потреблять в огромном количестве. И второй вывод, который я хотел бы сделать из этого опроса. Хотя выводов можно сделать море. Но второй вывод, это огромный потенциал, не использованный потенциал украинской власти, к которой люди в этих регионах относятся нейтрально. Или затрудняются ответить, как относятся. Но которые потенциально, я не хочу тут размышлять в категориях выборов, и в категориях как лучше их агитировать, чтобы они голосовали за власть. Я тут, скорее, о другом. Я о том, что, и о чем собственно в последние дни много говорят, да? О разговоре с народом, как бы это пафосно и расплывчато не звучало и о желании все-таки как то, ну как-то присутствовать в их жизни самыми разными способами. Вот завтра Петр Порошенко дает свою первую пресс-конференцию в качестве Президента. Я буду на ней тоже присутствовать. И журналист Радио Вести будет присутствовать с нами. Мы все там будем. Я надеюсь, что эти вопросы зададут президенту и какое-то вразумительный ответ получим мы. Все-таки огромное количество жителей восточной Украины, как мы видим из опроса, потенциально позитивно относятся. Но пока не могут сказать, что поддерживают действия Петра Порошенко и украинской власти в целом. После новостей поговорим об Олеге Сенцове. Зоя Светова – журналист, правозащитник у нас на прямой связи из Москвы. Она регулярно следит за делом Олега и его товарищей, которые находятся сейчас в московской тюрьме. Двадцать четыре-тридцать пять – смс-номер. И присылайте ваши сообщения. Продолжим после рекламы и новостей. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Двадцать часов и тридцать три минуты. Продолжается эфир. Сакен Аймурзаев у микрофона. Значит, мы сейчас о другой теме. Перед тем хотел несколько ответов на ваши смс-ки. А то вы меня вечно обвиняете, что я их не комментирую, никак не читаю. Но вот пишет человек. Значит: «Ваши факты притянуты за уши. Из шестидесяти работников нашей фирмы, только пять поддерживает Украину», Харьков пишет. Опять же, подписывайте имя. Я же не могу вас Харьков называть. Видите ли, дорогой Харьков, если бы у вас было тысяча человек, как у Алексея Навального в опросе, и из них пять поддерживали Украину, я бы с вами говорил как минимум на равных. А тут нерепрезентативно. Вот у нас на радио все поддерживают Украину. И я тоже. Значит, смотрите, следующая тема – Олег Сенцов. Мы об этом постоянно говорим. Мы никогда не забываем эту тему. Я почему решил сегодня в очередной раз вспомнить и Олега, и его товарищей. Тоже опираясь на публикацию на сайте openrasha.org «Открытая Россия» - сайт организации фонда Михаила Ходарковского, который тоже следит за судьбой украинских граждан, содержащихся в России. Зоя Светова – журналист и правозащитник, которая следит за этим делом. Она написала большую статью про всех, четыре фигуранта этого дела, крымские террористы так называемые. И вот Зоя у нас в прямом эфире. Зоя, приветствую вас, здравствуйте. 

Зоя СВЕТОВА, гость: Да, добрый вечер. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Я очень внимательно прочитал вашу статью. И всем нашим слушателям рекомендую последовать моему примеру «Олег Сенцов и другие «крымские террористы». О деле и о себе». В первую очередь я хотел бы спросить, как давно вы видели ребят. И четыре человека, я так понимаю, вы со всеми встречаетесь, и всех знаете лично?

Зоя СВЕТОВА, гость: Да. Я хотела прояснить, что конечно крымские террористы, написано в кавычках.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: В кавычках, я сразу сказал, да.

Зоя СВЕТОВА, гость: Да. Последний раз я была десять дней назад, наверное. И видела там всех четверых обвиняемых по так называемому террористическому крымскому делу. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: И вот из этой их истории меня поразило вот это вот Черний, да? Алексей?

Зоя СВЕТОВА, гость: Чирний, да. Алексей Чирний. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Один из них, который по сути дела пошел на сделку со следствием. 

Зоя СВЕТОВА, гость: Да. Но вы знаете, у меня нет абсолютно точных сведений, что он подписал реально эту сделку со следствием. Но известно, что он дал признательные показания. И дал показания на всех остальных, троих еще членов группы. Но главное, что он дал показания на Олега Сенцова и что Олег Сенцов якобы организовал террористическую группу, которая планировала теракты. Но проблема в том, что насколько мы знаем, никаких терактов не было. И вот эти два поджога, которые были в начале мая или даже в апреле – это поджог в Симферополе офиса Единой России и Общины Крыма или наоборот, я сейчас точно не помню, в какой последовательности это было. Но, во всяком случае, это были хулиганские поджоги, где никто не пострадал. И в общем, никакого не было ущерба. И это скорее действительно смахивает на хулиганские действия, а не на какой-нибудь теракт.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Ну вот у вас в публикации есть такой абзац, который там скажем, еще дальше заводит нас в размышления. О том, что это было. А когда вы пишете, о том, что есть информация. И я так понимаю, вы ссылаетесь на источники в следствии о том, что ФСБ в России не просто следило за этими ребятами. А в каком-то смысле, участвовало в этом процессе, но в качестве провокаторов или как это называть, я затрудняюсь.

Зоя СВЕТОВА, гость: Да. Мне кажется, что так и было. Но я давно не была в Симферополе, совсем не знаю эту среду, и активистов, которые выступали за Единую Россию. Я представляю себе, что как во всякой такой активисткой, оппозиционной среде, там всегда есть люди, которые являются агентами спецслужб, которые туда внедряются и в нужный момент они причисляются к спецоперации. Полагаю, что кто-то там был, такой человек, который, видимо, мог других подговаривать к тому, чтобы совершить какие-то там противоправные действия. В частности, там речь, насколько я понимаю, идет о подготовке, об изготовлении бомбы, которую должны были подложить к памятнику Ленина в Симферополе. И как раз Чирния задержали вот именно тогда, когда он эту бомбу откуда-то вынимал. Из какого-то убежища.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Сейчас этот человек, Алексей, находится в институте Сербского, да, до сих пор?

Зоя СВЕТОВА, гость: Нет, он сейчас уже не находится. Он был в институте Сербского. Его признали вменяемым. Потом у него очень сильно испортилось состояние психическое, вот. И он даже пытался, в общем-то, покончить с собой. У него тяжелая депрессия. И его положили в психиатрическую больницу Бутырской тюрьмы. Он там пробыл недели две-три. Я там его тоже видела. И действительно, он был в довольно тяжелом состоянии. А потом его вернули в тюрьму, и ему пообещали новую психиатрическую экспертизу в институте Сербского. Потому что он говорит, что он себя очень плохо чувствует. Он в общем-то находится в глубокой депрессии. Он не видит никакого смысла в дальнейшей жизни. И очень боится, что ему придется ехать в колонию. Насколько я понимаю, он бы предпочел, чтобы его признали невменяемым и чтобы его положили в психиатрическую больницу. Но уже после приговора. И это совершенно не устраивает следствие. Потому что таким образом его показания будут поставлены под сомнение. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Ну, да. Как он мог тогда вину Синцова каким-то образом предъявить.

Зоя СВЕТОВА, гость: Да.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: А вот второй, Геннадий Афанасьев, двадцать три года, тоже крымчанин. Он тоже сотрудничает со следствием. Или он просто признался? Да?

Зоя СВЕТОВА, гость: Вы знаете, когда мы в первый раз его увидели где-то вот в конце, тридцатого мая по-моему, двадцать девятого мая, в тюрьме. Но поскольку мы не имеем права разговаривать по уголовному делу. Когда члены общественных комиссий, посетители заходят в камеры, и спрашивают как дела, нужен ли адвокат. Он сказал, что адвокат ему не нужен. Я уже во всем признался. И потом на следующий день его показали по центральному телевидению как человека, признавшего свою вину. Я не естественно не знакома с его показаниями. Я думаю, что он тоже дал показания не только на себя, но и на других людей. Кроме того, это известно, что из всех четверых обвиняемых, Геннадий Афанасьев – он не признает, он отказался от украинского гражданства. Он считает себя российским гражданином, он принял российское гражданство. А что очень важно, все трое и Алексей Чирний тоже, они считают себя украинцами. Хотя российское следствие считает, что они россияне, поскольку они до какого-то марта не отказались от гражданства.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Получается два из четвертки, двое признают свою вину. Двое – не признают свою вину. И четвертый это Александр Кольченко. Тоже молодой совершенно, двадцать четыре года ему, из Крыма. А он, что за человек. И в каком он сейчас состоянии.

Зоя СВЕТОВА, гость: Смотрите, Александр Кольченко, у него, кстати, завтра в суде будет продление меры содержания под стражей. Он очень симпатичный молодой парень, который известен в России как активист, антифашист, эколог. Вот. И в Украине, по-моему, он тоже известен. И он на Майдане был. Он держится очень хорошо. Единственное, что он, насколько я слышала, он признал свою вину в одном из поджогов. Но он считает, что это был такой хулиганский поступок, а не террористический акт. Он других показаний ни на кого другого не дает. И держится он вполне хорошо, очень так, я бы сказала, не унывает, читает книги. Ему даже разрешили читать книги на украинском языке, которые он привез с собой, из Крыма.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: И вы еще написали, что Олег Сенцов тоже какие-то книжки из библиотеки попросил. Ему дали эти книги, да?

Зоя СВЕТОВА, гость: Да. Вы знаете, дело в том, что в Лефортовской тюрьме замечательная библиотека. Там огромный фонд библиотечный. И все дореволюционные книги, и современные книги, и всякие. И всем сидельцам библиотекарь приносит список книг, и они выбирают. И Олег Сенцов нам сказал, что он выбрал себе книги до Нового года, уже весь список у него расписан. Каждые две недели он берет определенное количество книг и их читает. И кроме того, он пишет сценарий. И этот сценарий никак не связан с его новым опытом тюрьмы. Этот сценарий тоже о каком-то мальчике или подростке, он не рассказывает.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Удивительно конечно, что у него остаются силы еще о каком-то думать другом пласте жизни. И последний вопрос я хотел бы задать вам по Надежде Савченко, еще одной сиделице, которая находится там, в России. И ее сегодня по данным следственного комитета перевозят в Москву для проведения психиатрической экспертизе. Что это обычно означает, в таких процессах, в таких историях? Это значит, что ее там и оставят в Москве? Или в психушке? Или ее вернут в Воронеж? Что от этого ждать?

Зоя СВЕТОВА, гость: Смотрите, ее должны сейчас или сразу из Воронежа отправить в институт Сербского, который находится в центре Москвы и положить туда на стационарную экспертизу, которая обычно длится три недели или месяц. Или иногда бывают людей, которым предстоит эта экспертиза, их на время кладут в Бутырку, в психиатрическую больницу, в «кошкин дом», где сейчас был Алексей Чирний. И потом отправляют на Сербского и из Сербского ее вернут в Воронеж.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Могут вернуть потом? 

Зоя СВЕТОВА, гость: Я думаю, что обязательно вернут. Потому что ее там содержат. Там суд, там ее будут судить. Кстати, и по Сенцову, и по всех остальных их будут судить в Симферополе. Их наоборот вернут.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Вернут в Крым? Суд будет в Крыму?

Зоя СВЕТОВА, гость: Да, суд будет в Крыму. И скорее всего суд будет закрытым, потому что это суд о терроризме. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: И вот самый последний вопрос, Зоя. Сколько грозит ребятам? Тем, кто сотрудничает со следствием и тем, кто не сотрудничает со следствием.

Зоя СВЕТОВА, гость: Олег Сенцов говорит, что следователь ему обещал двадцать лет. Это как бы потолок по этой статье. А тем, кто сотрудничает, это там две трети обычно наказание, если люди заключают сделку с правосудием. То есть может быть и пять, и шесть, и восемь лет. Такие сроки. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Спасибо Зоя за то, что следите за этим делом. И в Украине многие люди читают вас и знают о том, что вы не оставляете этих людей в одиночестве.

Зоя СВЕТОВА, гость: Да, очень важно. Я хотела еще сказать о том, что Олег Сенцов очень благодарит всех тех, кто пишет ему письма. А также и Кольченко. Они все это получают и им это очень важно. И Алексей Чирний о том, что он выбрал другой путь, и Афанасьев – все равно это те люди, которые тоже нуждаются в поддержке, хотя бы в пиьменной. А Чирний – он абсолютно одинокий человек. Его родители никак его не поддерживают. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Спасибо Зоя. Спасибо вам большое, до свидания.

Зоя СВЕТОВА, гость: До свидания.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Зоя Светова – российский журналист, правозащитник. Была в эфире, рассказывала нам об Олеге Сенцове, и других украинцах, которые содержатся сейчас в «Лефортово» и обвиняются в терроризме. Сейчас новости.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Двадцать сорок восемь. Заключительная часть эфира. И я хотел бы послушать ваши телефонные звонки, ваши мнения. Вот сегодня слышали, о чем мы говорили. Интересно, что по этому поводу думаете. Ноль сорок четыре триста девяносто сто четыре и шесть – телефон прямого эфира радио Вести. Набираете его и выйдете в прямой эфир. Да спасибо Анне из Харькова, что напомнили мне, что смс вовсе не бесплатные. Это голосование бесплатное. А смс вы платите столько, сколько вы за смс платите. Вот счастливые обладатели некоторых сетей делают это вовсе бесплатно. Поэтому, пожалуйста, тем не менее, пишите, двадцать четыре тридцать пять. Ваше мнение интересно и в письменном виде, и в устном. Вот вы, например. Добрый вечер, вы в эфире. Я слушаю вас.

Слушательница: Здравствуйте.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Здравствуйте.

Слушательница: Я так люблю ваше радио. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Спасибо. Как вас зовут?

Слушательница: Меня зовут Лилия. Я хочу сказать, что так тяжело слышать об этих людях. Что я воспринимаю это как личную трагедию. Я даже не знаю, что с этим делать, как быть. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Да, это очень сложно. Это очень сложно. Но я вам скажу, вот так как нам говорит Зоя, не в первый раз мы с ней говорим, она очень просила всегда писать этим людям, письма. Писать этим людям письма. Это можно сделать, написать в следственный изолятор Лефортово. Индекс четыре единицы шесть, пять единиц шесть, город Москва, Энергетическая, дом три. Вот можете написать по этому адресу письмо кому то из ребят и просто поддержать их. Пока я думаю одно из немногих, что вы можете сделать для них. Спасибо вам за звонок. Да, спасибо. И еще раз: пять единиц шесть, город Москва, Энергетическая, дом три, следственный изолятор Лефортово. И можете отправить Олегу Сенцову, или остальным ребятам, которые там сидят. Как вы знаете, Алексей Чирний, у него позиция такая, какую он занял. Второй человек, который там находится, Геннадий Афанасьев, который тоже сотрудничает со следствием. Александр Кольченко и Олег Сенцов. Вот можете написать им письмо. Да, вы в эфире. Как вас зовут? Говорите.

Слушательница: Здравствуйте.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Здравствуйте.

Слушательница: Меня зовут Елена, Киев.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Да, слушаю.

Слушательница: Я звоню часто на ваше радио, если попадаю на вашу передачу.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Двадцать звонков я уже зафиксировал. Пожалуйста, говорите.

Слушательница: Вот хочу просто выразить поддержку этим ребятам, о которых рассказывала Зоя. Сказать о том, что это мужественные люди, не зависимо как они себя ведут под следствием. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Да, потому что под следствием, я с вами согласен, нельзя осуждать человека под следствием, потому что никто не знает как бы мы с вами себя повели, находясь.

Слушательница: В любом случае, это трагическая судьба каждого этого человека. И я думаю, что они люди умные и на уровне своего интеллекта или какой-то гражданственности что ли, они обретут силу духа для того, чтобы это все пережить.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Спасибо вам.

Слушательница: И безусловно они заслуживают только поддержки. И кроме того, хочу выразить поддержку Зое, я не знаю, слышит ли она нас или нет, потому что вот такие журналисты и борцы за права человека, их не так много. Они очень нужны, это их такая самовідданість, по-украински.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Самоотдача, да.

Слушательница: Очень она ценна в таких ситуациях. Письма чужих людей это прекрасно. Но все-таки вот такие конкретные действия. Она ездит, они ее видят.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Спасибо вам, что цените. Спасибо большое.

Слушательница: Удачи тем ребятам, может быть как-то.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Дай Бог, до свидания. Ноль сорок четыре триста девяносто сто четыре и шесть – пожалуйста, звоните в прямой эфир радиостанции Вести. Да, я вас слушаю, как вас зовут?

Слушатель: Меня зовут Пётр. Я из Киева. У меня такой вопрос. Почему то вы меня все время отключаете.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: А вы мне опять про свой вопрос, кто платит, тот и музыку заказывает хотите сказать? 

Слушатель: Нет, нет. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: А это вы же спрашивали? Вы? 

Слушатель: Это я спрашивал.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Вот, я вас по голосу узнаю. Так, ваш телефон мы запомним, Пётр, запомним. 

Слушатель: Да. Вот вы говорите, что вы не занимаетесь пропагандой. И приводите статистику исследований Навального.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Да.

Слушатель: Опять вопрос в финансы упирается.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Значит, Пётр. Я понял. Все-таки у вас какая-то удивительная фиксация на деньгах и на том, кто платит тот и музыку заказывает. Смотрите, давайте не будем переходить на нервы. Спокойно. Вы так много раз со мной лично в эфире разговаривали, что у меня к вам есть несколько вопросов. Скажите пожалуйста, чей Крым?

Слушатель: Я не понял.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Чей Крым?

Слушатель: Значит, я даю такой ответ. Вы все время, я иногда включаю.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Нет, вы ответьте, чей Крым?

Слушатель: Я вам скажу, чей Крым. 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Чей?

Слушатель: Он остается украинским.

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Вот. Это уже хорошо. Значит можем разговаривать дальше.

Слушатель: Вы все время уходите, вы просто следствие разбираете. А причин вы ни разбираете. И ни в одном блоке никто не разбирает причин. Как эти Майданы организовывали, геополитика как тут влияла. Никто. Вы только следствие. Сейчас война идет. Кто ту войну развязал, причины? 

Сакен АЙМУРЗАЕВ, ведущий: Все, спасибо. Не будем превращать ваше соло этот эфир. Значит, что касается денег. Фонд борьбы с коррупцией, и тут уже действительно сложно каким-то образом Алексея Навального, уважаемый Петр и другие слушатели, упрекнуть. Публикует все свои финансовые отчеты. Они все есть. Это все абсолютно открыто. Зайдите в Интернет и почитайте, Петр, кто платит, если вас это так интересует. Это конкретные граждане России, которые неравнодушны. И это можно сделать прямо на сайте, зайти, кликнуть, перечислить им деньги. Не великих денег это стоит, провести опрос на тысячу человек в двух областях Украины. Поверьте, в свое время я этим занимался даже как журналист канала. Мы делали опрос, заказывали еженедельно. Это не очень дорого и не надо преувеличивать. Пишет Анна из Харькова: «Спасибо Зое Световой, она неравнодушный человек, что само по себе редкость». Обязательно передам это сообщение Зое, которую я и сам бесконечно ценю. И в том числе и за ее работу с ребятами, и за то, что она остается верной своему журналистскому и человеческому достоинству. Спасибо вам, что были со мной в этом эфире сегодня. Завтра как всегда, в двадцать ноль ноль. Я приду в студию Радио Вести, назову вам точное время до секунды и проведу с вами час. А теперь спокойной ночи.

Читать все
Читать все